Дина Галкина – Левиафан (страница 81)

— …в которую я не верю, — тихо закончил Тарлиан.

— В твоем возрасте и мы с твоим отцом в нее не верили, — улыбнулся дядя. — Скоро ты все поймешь. Тарлиан. Ну а сейчас… иди, наверное, в казарму. А, и еще одно, — внезапно вспомнил он, когда Тарлиан уже направился к выходу, — сегодня вечером — торжественное построение. Не забудь.

— А оно настолько важное? — удивленно спросил Тарлиан. Построения-то он и раньше не пропускал, но чтобы об этом ему напоминал лично главком…

— Именно. Ну, до свидания, Тарлиан.

— До свидания, дядя.

***

— Старик, ты серьезно?! — охнул Илом, заслышав только о том, что случилось с Тарлианом в Эймаре.

Стояло то великолепное время, когда у старших учеников учеба уже закончилась, и выдалось короткое свободное время. Особенно у тех, кто не владел магией.

Разумеется, ни на какую учебу Тарлиан сегодня не пошел — впервые в жизни, кстати говоря. Сейчас они с Иломом бесцельно шатались по двору крепости, и Тарлиан рассказывал другу о том. Что с ним случилось, начиная с прибытия в замок Эймар. Почему-то для того, чтобы рассказать это Илому, слова у него находились.

Илом же — вот уж вечный оптимист! — не переставал удивляться и радоваться за Тарлиана. А уж услышав о том, что Тарлиан — феникс…

— Так ты обладаешь магией?! — вскричал он. — Серьезно?! Слушай, старик, это же… Круто!

— Я бы не сказал, что это магия… — произнес Тарлиан. — Скорее — просто сила. Но тут, в крепости, ее все равно будто бы нет.

Действительно — его сила снова скрылась, как и раньше. Даже искра огня в сердце, казалось, погасла. И все же юный феникс знал, что стоит ему покинуть стены крепости, и вновь разгорится у него внутри этот огонь.

Он продолжил свой рассказ, перейдя к описанию битвы за Эймар. Илом несказанно удивился, услышав, что в этом бою Тарлиану помог не кто иной, как Андроний. Потом Тарлиан рассказал и о Гройвуде, и о своем путешествии в Норьаф во сне…

— Так значит, ты даже не совсем человек? — спросил Илом после этой части его рассказа.

— Получается, что так, — кивнул Тарлиан, который раньше об этом и не задумывался.

— С ума сойти! — снова воскликнул Илом. — Ну, а потом что?..

…Рассказывал Тарлиан долго и подробно, как будто заново переживая все случившееся с ним. Правда, по большей части ему этого совсем не хотелось… Но все-таки вместе с этим рассказом приходило к нему осмысление — а точнее, переосмысление — всего произошедшего. И появлялись также некоторые вопросы. Например — почему тогда, на испытаниях в Эймаре, им, Тарлианом, так заинтересовался хозяин замка?

— А знаешь… — сказал Илом, когда он закончил свое повествование. — Ты ведь изменился. Взрослее стал, что ли…

— Серьезно? — спросил Тарлиан, который и сам это заметил. — И намного?

— Намного, — кивнул Илом. — Даже, кажется, взрослей, чем я.

Тарлиан улыбнулся. Илом был старше него месяца на три, и частенько об этом ему напоминал.

— Ну, а у вас-то тут как? — спросил он.

Илом рассказывал куда меньше, чем Тарлиан — да и рассказывать было почти нечего. По его словам, за все это время в крепости произошло всего несколько сколько-нибудь важных событий, первым из которых было возвращение из Эймара троих учеников и наставника Картена. Но по прибытии в крепость ни Эрлгримм с Промсом, ни даже Андроний ни словом не обмолвились о том, что пережили в Эймаре. Андроний, как и следовало ожидать, стал вести себя еще заносчивее, а в остальном все было как обычно. Следующим событием стала отмена ежегодной поездки в Дарминор, на фестиваль — Фениксы должны были отправиться в столицу несколько дней назад, но главком лично отменил это традиционное путешествие. Странным, по словам лучшего друга Тарлиана, было и сегодняшнее торжественное построение: крепость в последние три дня жила, как на вулкане, и причину сегодняшнего торжества не знал почти никто — разве что старшие рыцари.

Слушая своего друга, Тарлиан думал, что, несмотря ни на что, он, кажется, даже рад был возвращению в крепость, где все было знакомо и как-то понятно. И как же все-таки хорошо, когда рядом есть лучший друг…

***

Вечер наступил как-то неожиданно и слишком уж быстро. И только тогда Тарлиан вспомнил о чрезвычайно важном торжественном построении, о котором говорил главнокомандующий. В чем же все-таки такая его важность?..

…Поначалу все было, как всегда: все рыцари и ученики крепости выстроились на плацу, где проходила обычно строевая. Все старшие ученики стояли рядом — Тарлиан, как всегда, оказался рядом с Иломом. Среди остальных старших юноша заметил и Эрлгримма с Промсом — они тоже заметили его, приветливо улыбнулись — и Андрония с его дружками — он вообще словно не заметил его присутствия. И что только творится в мире в последнее время?..

Но самое интересное все же было еще впереди. Началось оно, когда на плацу появилось командование крепости: сам главнокомандующий и комендант, господин Орт.

Обычно на таких построениях, которые собирались по какому-нибудь очень важному поводу, главнокомандующий брал первое слово, объясняя в том числе и этот повод. Так было и в этот раз.

После всех полагающихся приветствий (на самом деле, вся эта ситуация очень напоминала какой-нибудь военный парад в нашем мире) барон Юсманский начал свою речь:

— Вчера, в день Новолуния, свершилось наконец то, чего столь долго ждали без исключения все. Древнее чудовище, Левиафан, побежден наконец раз и навсегда! Благодарить за это нужно небезызвестных некоторым из вас Избранных. Более того, вчера в древнем логове Легиона в битве был убит их предводитель. Враг временно обезглавлен!

Это заявление было встречено удивленно-радостными возгласами — это для дисциплинированных и сдержанных рыцарей было нечто совсем уж из ряда вон выходящее.

— Но даже это еще не все новости, — продолжил главком, и строй тут же затих. — Хотя вам и известно об участии в этой истории четверки Избранных, практически никто не знает о том, что среди них оказался один из старших учеников нашей крепости. Тарлиан Брейс, подойди сюда.

Он подошел, чувствуя, как бешено колотится сердце. Он начинал уже угадывать, что происходит, но вот поверить в это…

— За одержанную победу, а также за проявление в походе всех качеств, присущих юному рыцарю, — торжественно начал главнокомандующий, — главой Ордена было принято решение посвятить этого ученика в рыцари Феникса до срока. И я с радостью исполняю это решение.

Что происходило дальше, почти не закрепилось у Тарлиана в памяти: слишком уж неожиданно было… все это. Даже осознания того, что именно сейчас происходит, у него пока еще не было.

Но все же он — скорее интуитивно, чем как-либо контролируя себя — преклонил колено, как требовал того ритуал посвящения.

— Клянешься ли ты, Тарлиан Брейс, свято чтить и выполнять законы Ордена, не жалея себя ради Эфарленда и его народа? Клянешься ли ты всегда следовать кодексу чести и действовать во имя справедливости и блага людей?

— Клянусь, — тихо, но очень твердо и уверенно ответил Тарлиан.

— Тогда именем Эфарленда, короля и Ордена, отныне и навсегда ты — рыцарь Феникса. С гордостью носи это имя и деяниями своими докажи, что ты достоин его. А сейчас встань, рыцарь!

Тарлиан поднялся. Неужели все? Учеба окончена, и теперь он — настоящий Феникс?

— Я вверяю тебе этот меч, — продолжил меж тем главнокомандующий, — и да послужит он тебе верой и правдой, и не предаст в разгаре боя.

Тарлиан с поклоном, как и полагалось, принял поданные ему ножны с мечом.

— Я горжусь тобой, Тарлиандр Второй! — сказал главнокомандующий, но слышал это только Тарлиан. — Как гордился бы и твой отец. Твой меч… он раньше принадлежал ему.

***

— Старик, ну я тебя поздравляю! — в который уже раз повторил Илом по дороге в казарму. — Вот, похоже, и кончилась твоя черная полоса! Везение началось, а ты и не верил!

— Не каркай, — улыбнулся Тарлиан, ловя себя на мысли, что давно уже не задумывался обо всем этом… Удача, неудача… А оказывается, одно действительно сменяет другое!

— Выходит, тебе снова в путь надо? — как-то неожиданно переключился на другое Илом.

Тарлиан кивнул. Сейчас ему нужно было доехать до Дарминора, чтобы там сэр Нектос решил, куда направить его для дальнейшей службы. Но сначала нужно было наведаться к истоку Нэды — это святая обязанность каждого вновь посвященного Феникса (кстати, клеренцам исполнять ее удобнее всего — от истока до крепости всего день пути). И, конечно, надо было заехать в Эймар.

Конечно, грустно становилось от того, что он, возможно, навсегда уедет отсюда. Илому, вон, еще три года учиться. Да и крепость уже какая-то родная… Но что ж тут поделаешь? Он человек военный. Должен приказы исполнять.

— А ты знаешь, что ты стал самым молодым посвященным за последние лет семьдесят? — спросил Илом. — Ты даже Андрония обскакал!

— Да уж… То-то все удивились, наверное!

— Не то слово, — засмеялся Илом. — Ты бы видел их лица! Тех, кто с нами одного года и этих, на год старше! Хотя самые старшие — Эрлгримм там, Промс — и сами рыцари за тебя рады были.

— Ну и хорошо, — немного рассеянно сказал Тарлиан, думая уже о другом.

Ведь действительно, с тех времен, как закончилась война за Эфарленд, никого так рано не посвящали в рыцари… Может ли это быть знаком «великих потрясений», начавшихся в Новолуние?..

…Остаток дня Тарлиан провел в размышлениях. Осознание произошедшего приходило очень медленно, будто бы нехотя. Он уже настоящий Феникс. Посвященный. И ему не нужно ждать еще три года, чтобы покинуть крепость. Он уедет отсюда уже завтра. Странное ощущение: вроде и мечтал выбраться отсюда, а вроде и привык он к суровому Клерену.