Дина Данич – Пленница. Цена любви (страница 9)

Я не жду этого, но мужчина внезапно отпускает меня.

Тут же отскочив на два шага, я хватаю нож и выставлю тот перед собой.

Меня потряхивает – ощущение на моих губах все еще слишком яркое, а то, как руки Адама меня держали…

Я не понимаю, почему, но не испытываю отвращения. Страх, да. Но нет того липкого ужаса, который был с другими.

Леви же довольно ухмыляется – зелень его глаз становится насыщенно-изумрудной, глубокой и топкой. Не будь он врагом моей семьи, то…

Ужаснувшись своей мысли, снова мотаю головой.

– Мне все равно, что там, – повторяю гораздо тише.

– Плевать, что делает твой вроде как жених? – насмешливо фыркает Леви. – Как думаешь, он разорвал помолвку? Хотя ее ведь официально и не было.

Адам начинает приближаться, и чтобы сохранить между нами дистанцию, я начинаю обходить стол. Конечно же, он это видит, но не торопится что-то делать – просто медленно преследует, поддерживая мою инициативу.

– Это все неважно. Есть договор, – шепчу. Горло дерет, а губы пересохли.

Я не уверена, что хочу замуж именно за Андреа. Я вообще не уверена, что хочу становиться женой. Это когда-то я мечтала о семье, детях. Но для меня брак – подтверждение того, что я не изгой. Что со мной все в порядке, несмотря на прошлое.

Ухмылка на лице Адама становится шире.

– Пока, возможно, есть. А может, уже и нет. Как думаешь, готов ли Соррентино поставить свою репутацию на кон ради договора с твоим братом? Так ли ему нужен мир с ним?

Он бросает в меня вопросы, которые прицельно бьют в сомнения, мучающие и меня.

Я помню, как отец сокрушался, что теперь меня вряд ли можно будет удачно выдать замуж – а ведь меня тогда лишь били. Сейчас – после той съемки – ситуация куда хуже.

Вероятно, брат будет разочарован мной – он же рассчитывал на меня, а я, получается, подвела его. Даже если не в моих силах было избежать похищения, все равно в итоге бракованной и бесполезной окажусь я.

– В твоей голове царят бестолковые установки, – неожиданно жестко выплевывает Леви. – Традиции и привычки, которые в тебя вложили, не стоят ни черта.

Такая резкая перемена в нем застает меня врасплох. Я останавливаюсь и непонимающе смотрю на мужчину, а тот пользуется моей заминкой и буквально за пару мгновений настигает. Перехватывает мою руку с ножом и как-то так ловко выворачивает ее, что я сама его отпускаю. Адам тут же отталкивает тот ногой, а мое запястье держит уже куда более бережно.

– Ты не обязана оправдывать чьи-то ожидания, – добавляет он все таким же бескомпромиссным тоном.

– Зачем ты это говоришь? – спрашиваю, а у самой внутри все подрагивает от нашей внезапной близости. – Зачем?!

– Чтобы ты стала свободной, лисица.

Взгляд мужчины снова становится давящим, темным. Я не понимаю, как ему это удается, но он словно сворачивает пространство вокруг нас так, как ему вздумается. Мне опять кажется, что мы заперты в коконе, и пока Леви не захочет, я так и останусь в нем без возможности выбраться.

– Не смей, – шепчу, когда он наклоняется все ниже. Понимаю, к чему все идет, и боюсь. Боюсь снова почувствовать то, чего быть не должно.

– Отпусти. Зачем я тебя? – вопрос, сотканный из отчаяния, срывается с моих губ быстрее, чем я успеваю осознать, что ответа все равно не получу.

Но Леви меня удивляет – многозначительно усмехается, а затем выдает:

– Я расскажу зачем, но у меня будет условие.

8 Белла

Я даже не удивляюсь тому, что Адам разыгрывает свои козыри таким образом. Но как бы мне ни хотелось получить ответы на свои вопросы, я не готова платить цену, которую он установит. И если до той унизительной съемки я еще могла надеяться на то, что моя честь не пострадает, то теперь не жду снисхождения.

– Ты меня покормишь, – внезапно выдает мужчина, чем ставит меня в тупик.

– Покормлю? – недоверчиво повторяю за ним.

Адам довольно ухмыляется, а искры безумия в его глазах становятся чуть ярче. Он словно бросает мне вызов, пока сам тасует колоду карт, но так, что козыри в итоге все равно окажутся у него в рукаве.

– Да. Хочу, чтобы ты приготовила еду для меня.

– Вот так просто? – я все еще не верю в то, что нет никакого подвоха.

– Конечно, нет, Белла. Будет и второе условие.

Мой пульс резко ускоряется, и я с горькой обреченностью понимаю, что все же не зря почувствовала, что что-то не так.

– Дай угадаю – заставишь снова сниматься? – тихо предполагаю.

Мы слишком близко, и бросать подобные предложения банально опасно. Это я понимаю, как только взгляд мужчины темнеет. Зелень его радужки меняет оттенок, и я невольно сравниваю Адама с Марко – у того тоже есть такая особенность.

– Я мог бы, – вкрадчиво произносит Леви. – Но не стану. Ты согласишься на уроки самообороны. Для начала, например, ножи.

– Для начала? – выцепляю самое главное, стараясь не думать про само оружие. – Зачем мне ножи?

Он отпускает меня, и внезапная свобода производит на меня странный эффект – я как будто остаюсь без опоры.

Хватаюсь рукой за стол и медленно отступаю, стараясь снова достичь безопасной дистанции.

Леви же поднимает с пола нож, которым я пыталась ему угрожать.

– Чтобы суметь себя защитить.

Я непонимающе смотрю на него. В чем смысл? Это какая-то хитроумная уловка, чтобы что?

Этот безумец пытается меня запутать и потом воспользоваться ситуацией? Но как?

– Не боишься, что тогда я смогу тебя убить? – с вызовом спрашиваю.

Адам смотрит на меня с таким откровенным азартом, что у меня все волоски на коже буквально дыбом встают – я понимаю, что ему все нравится. Вот эта перепалка, ощущение опасности, игра – все это заводит Леви.

С трудом сглатываю и делаю еще один шаг назад.

– Для этого тебе придется хорошо постараться, – лениво отвечает мужчина, продолжая разглядывать меня. – Но я уверен, у тебя хороший потенциал, Белла. Так что насчет еды?

То, как стремительно Адам меняет тему разговора, сбивает с толку. Чувствую, что проигрываю, банально не понимая, как дальше вести себя. Поэтому переключаюсь на более простые вещи.

– Салат почти готов, – киваю в сторону стола. – Могу еще мясо приготовить.

Хозяин дома медленно кивает, а затем усаживается за стол, всем своим видом показывая, что готов быть зрителем.

Мне становится как-то жутко не по себе. Развернувшись, направляюсь к одному из шкафов с посудой. Но стоит мне подойти ближе, как в дверцу – прямо рядом с моим лицом, втыкается нож.

Тот самый, который меня вынудил бросить Леви.

Пульс мгновенно разгоняется до безумных отметок, стоит мне только осознать, что я только что едва не…

– А если бы ты промахнулся? – хриплю, дрожа всем телом. Только собираюсь обернуться, чтобы посмотреть в лицо этому безумцу, как чувствую, что он уже позади меня, а его руки по обе стороны упираются в дверь шкафа.

– Я никогда не промахиваюсь, – шепчет Леви с явной усмешкой. – И ты тоже так сможешь.

У меня начинает кружиться голова от таких качелей. Адам как будто задался целью прокатить меня по адреналиновым горкам. Это безумство! Но… Но я впервые, пусть и мимолетом, но ловлю себя на том, что в эти короткие мгновения испытываю нечто такое, чтобы во мне жило раньше.

Я словно на несколько секунд снова ощущаю себя живой. Как когда-то.

Наваждение быстро рассеивается, стоит только как следует прочувствовать намерения мужчины.

– Почему в доме нет прислуги?

На ум приходит вопрос, которым недавно задавалась, и я тут же использую его, чтобы снизить витающее вокруг напряжение.

– Не люблю посторонних.

– Но дом такой огромный, и как…

– Клининг приезжает в определенные часы. Для остального есть доставка, – поясняет Леви.