Дин Лейпек – Концепт (страница 41)

— Мне действительно нужно найти эту идею. И если ты уже начал все менять… я не смогу сделать это без тебя.

Тим заколебался.

— Какую идею? — спросила Джемайма.

Иден повернулся к ней.

— Сюжетный поворот.

Она вздрогнула, и ее глаза потемнели.

— Так вот зачем ты пришел? — спросила Джемайма глухо.

— Да, дорогая.

— Не называй меня «дорогая», — огрызнулась она и бросила взгляд на Тима. — Беги от него, милый мальчик. Он просто использует тебя, как и всех остальных.

— Я постараюсь, — свирепо улыбнулся ей Тим. Джемайма усмехнулась в ответ и снова повернулась к Идену.

— Значит, тебе нужна подсказка, — сказала она жестко.

— Да, пожалуйста, — вежливо сказал Иден.

Она зло фыркнула и начала ходить в комнате, что-то ища.

— Знаешь, Иден, — сказала она, копаясь в ящике старинного комода, — однажды всем надоест, что ты приходишь и берешь, что хочешь — и они бросят тебя. Что ты тогда будешь делать?

— У меня все равно останутся те, кому я что-то даю, — спокойно ответил Иден.

— Верно, — грустно усмехнулась Джемайма. — И они будут тебя обожать. А ты любишь, когда тебя обожают, верно?

Она заглянула в самый нижний ящик и вытащила что-то маленькое.

— Вот, — сказала она, возвращаясь к ним. — Достаточно очевидно и элегантно просто, все как ты любишь. — И Джемайма протянула ему крошечный компас на длинном шнуре.

— Спасибо, — сказал Иден, вешая его себе на шею.

Она кивнула и вернулась на прежнее место у котла.

— Джемайма, — позвал ее Иден.

— Не надо. — Она покачала головой, не глядя на него. — Дай мне позлиться на тебя хоть немного. Кто знает, может, это поможет мне тоже измениться? — Она наклонилась над зельем; ее красивое лицо было вырезано из красного света и черных теней.

Иден смотрел на нее какое-то время, а затем повернулся к Тиму.

— Ты пойдешь со мной? — спросил он тихим, но настойчивым голосом.

Тим взглянул в безупречное лицо Идена. Он все еще хотел накричать на него и убежать, но уже достаточно успокоился, чтобы сдержаться. В конце концов, Джонни Биглоу был не виноват в том, что Иден оказался самовлюбленным уродом. И Тим не собирался становиться таким же.

— Пойду, — холодно сказал он. И, не дожидаясь, пока Иден улыбнется, Тим повернулся к двери.

Он больше видеть не мог эту улыбку.

Они успели пройти несколько кварталов по шумной центральной улице, когда ярость Тима утихла настолько, что он решил спросить Идена:

— Сколько всего у тебя братьев и сестер?

— Один брат и одна сестра.

— И кто тот брат, с которым ты не хочешь, чтобы тебя сравнивали?

— Хэл.

Это вернуло Тиму часть былого любопытства.

— Хэл? Тот самый, который пытался убить Мьюз?

— Он самый, — сказал Иден, и в его голосе прозвучала тень улыбки. — Думаю, нас смело можно назвать токсичной семьей.

Тим не ответил. Улыбка все еще была перебором.

Он и сам не мог себе объяснить, почему так злился. Казалось, что все его вопросы без ответов, все уклончивые реплики Идена, все напряжение и стресс навалились разом — и у Тима не было ни сил, ни желания с этим бороться. Слова, которые шепнул голос, все еще звенели у него в голове. Голос все время был прав, и Тим просто до сих пор не хотел его слушать. Но он действительно не был готов к этому. Он не подходил для всего этого. Ему здесь было не место.

Он никогда не сможет стать кем-то важным и значительным.

— Сюда, — позвал Иден, вырвав Тима из задумчивости. Они свернули на боковую улицу, ведущую в промышленную зону. Здания по обе стороны дороги превратились в склады, а впереди на горизонте вырисовывалось что-то бетонное и ярко освещенное, резко контрастируя с тусклым, рассеянным светом более обжитых кварталов позади них. Иден шагал впереди, сверяясь с крошечным компасом, который держал в изуродованной руке. Напоминание об еще одном вопросе без ответа заставило Тима отвернуться с отвращением.

Дорога опустела — ни машин, ни пешеходов; их шаги гулко раздавались в тишине. Над фабрикой взошла большая луна, делая пейзаж еще более безжизненным. Тим вспомнил путешествие по футуристической лаборатории и мрачно нахмурился при мысли о том, как он тогда не мог изменить свою одежду.

Нет, все это было одной огромной ошибкой. Он подыграет Идену в этот раз, но потом уйдет. Никакого контракта они не подписывали, так что в дальнейших бесполезных переговорах нет нужды; Тим просто вернет Идену кредитную карту. Он немного замялся при мысли о деньгах, которые уже успел потратить. Но ведь он и работал, не так ли?

Тим покачал головой. Ему придется подсчитать все, исходя из суммы аванса. И если он потратил больше, чем заработал за эти несколько дней, Тим придумает, как вернуть эти деньги Идену. Его передернуло при мысли о предстоящей нищете. Но он ведь уже справлялся раньше, верно? Справится снова; быть может, миссис Стэнли возьмет его обратно. И тогда, отказывая себе в двух кофе из трех, Тим сможет откладывать примерно…

Его замутило. Возможно, не стоило отказываться от контракта так быстро. Но тут Иден внезапно сказал:

— Ты мне нужен, потому что теперь ты можешь управлять персонажами — и это может нам пригодиться. Я не хочу привлекать лишнее внимание к своим способностям сейчас.

Тим поморщился от упоминания о своей мнимой власти. Он ничего не ответил, уставившись прямо перед собой на пустую, пыльную, ярко освещенную дорогу.

«Почему всегда так? — безучастно подумал он. — Жилые улицы освещают кое-как, а вдоль дороги, по которой никто не ездит ночью, врубают ослепительные прожекторы?»

Фабрика была все ближе, и ее голые стены возвышались над дорогой, как бесцветные утесы Юты. Когда они подошли к КПП, из будки вышел охранник в синей форме.

— Твой выход, — пробормотал Иден.

Тим вздрогнул, застигнутый врасплох. Он не имел ни малейшего понятия, что делать.

— Что вы здесь забыли? — грубо спросил охранник. Иден взглянул на Тима, прочитал панику на его лице и шагнул вперед.

— Добрый вечер, — сказал он самым приятным голосом. — По крайней мере, надеюсь, что для вас он добрый, потому что для меня лично…

Иден говорил и говорил, не давая охраннику вставить хоть слово — и Тим понял, что тот просто тянет время.

«Давай же!» — отчаянно подумал Тим и тут же вспомнил, как сидел в кофейне и точно так же спорил сам с собой — и тоже без толку. Но ведь тогда у него получилось, в конце концов, и история пришла к нему, как приливная волна, уверенная и неудержимая…

Тим глубоко вдохнул и уставился на охранника. «У тебя есть жена, — подумал он яростно. — У тебя есть жена, и она болеет; ты ненавидишь сидеть в этой чертовой будке вместо того, чтобы быть с ней, но тебе за это платят, так что ты приходишь сюда день за днем и просишь ее звонить тебе каждую ночь перед сном, и сейчас как раз время ее звонка, и…»

В будке зазвонил телефон. Охранник посмотрел на нее, потом на Идена, который как раз замолчал посреди очередной бессмысленной фразы, потом снова на будку; наконец охранник пробормотал: «Извините», — и поспешил внутрь.

— Быстро! — прошипел Иден, и они пробежали мимо будки на охраняемую территорию. К счастью, от КПП до ближайшего здания было недалеко, и они успели добежать до двери черного хода и нырнуть за нее, прежде чем охранник что-либо заметил.

— Почему, — задыхаясь, спросил Тим, — она не была заперта?

— Была, — так же тяжело выдохнул Иден.

Тим раздраженно вздохнул. Ну конечно.

— Куда теперь? — спросил он, пытаясь скрыть возвращающееся недовольство. Они стояли на эвакуационной лестнице. Темно-синие стены блестели в тусклом свете аварийных ламп. На этом уровне других дверей не было видно.

— Наверх. Не то чтобы у нас было много выбора, — усмехнулся Иден мрачно.

Они вышли на второй этаж и оказались в огромном пустом помещении — только бетонный пол, низкий потолок и лес скучных серых колонн. Свет от прожекторов пробивался сквозь большие незастекленные проемы во внешних стенах.

— Ты уверен, что мы идем в правильном направлении? — спросил Тим, с сомнением оглядываясь по сторонам, пока они шли дальше. — Не похоже, что тут происходит что-то интересное или гениальное.

— Когда б вы знали, из какого сора, — пробормотал Иден, осматривая помещение внимательно. — Никогда не знаешь, откуда может прийти вдохновение.

Он проверил компас и приподнял брови.