Дин Лейпек – Дракон должен умереть. Книга 2 (страница 36)

— Меня зовут Теннесси. Генри Теннесси.

Инкер вздрогнул. Пристально посмотрел мужчине в глаза.

— Опиши мне ее шрамы. И расскажи мне, как она их получила.

Теннесси усмехнулся.

— Два на левой руке, три на правой. Шрамы кривые. Она упала со скалы.

Инкер долго молчал.

— Идем со мной, — пробормотал он наконец. Теннесси кивнул и махнул рукой второму всаднику. Когда тот подъехал и спешился, Теннесси передал ему поводья своего жеребца. Инкер подозвал Джил, а сам повел своего гостя в здание конторы. Когда они проходили мимо мастерской Герхарда, тот выглянул, но Инкер покачал головой. Ювелир досадливо поморщился и скрылся у себя.

Инкер прикрыл дверь кабинета и жестом пригласил гостя сесть в одно из резных кресел, а сам снял с полки шкатулку и достал из нее банковский вексель.

— Это, — Инкер протянул его Теннесси, — пришло пару месяцев назад. Триста лотаров — ровно столько я заплатил за нее в Дельте.

Теннесси, не отрываясь, смотрел на вексель.

— Моэрна, — пробормотал он.

Инкер улыбнулся.

— Оттуда пришел вексель. Но я очень сомневаюсь, что Джо лично его высылала. Она отнюдь не глупа.

— О да, — согласился Теннесси, поднимая на него взгляд — и Инкер с удивлением понял, что встретил наконец человека, который знал про Джо больше, чем он.

Который, возможно, знал про нее все.

***

Они приехали в Моэрну неделю спустя. Рано утром, еще до завтрака, Генри отправился в банк, несмотря на проливной дождь. В просторном темном холле, в котором пахло чернилами и ценными породами дерева, было пусто — в такую погоду мало кто мог заставить себя выйти из дома пораньше. Клерки зевали и тихо переговаривались, шум дождя снаружи заглушал их голоса. Генри подошел к одной из конторок.

— Чем могу помочь, сударь? — любезно осведомился клерк. Генри улыбнулся про себя. Политика моэрнского банка обязывала клерков быть вежливыми с клиентом — вне зависимости от его внешнего вида и видимого благосостояния. Здесь часто встречали оборванцев, делавших огромные вклады под высокий процент, и роскошно одетых вельмож, столь же внезапно объявлявших себя банкротами. Деньги, говорили здесь, могут водиться в любом кармане, если только он не насквозь дыряв. Именно поэтому клерка нисколько не смутила потрепанная дорожная одежда Генри, и он был так же безукоризненно вежлив с ним, как если бы знал, что перед ним стоит лорд Теннесси.

— Видите ли, — начал Генри столь же вежливо, — я здесь по делам своего друга. Несколько месяцев назад ему пришел вексель из вашего банка. Он просил меня удостовериться, что вексель подлинный.

— Имя?

— Инкер из Дорнберга.

Клерк кивнул и отошел к высокому шкафу, стоявшему у него за спиной. Сначала он искал нужную книгу записей, затем — нужную запись. Генри задумчиво рассматривал потолок. Он был высоким, в кессонах угадывались росписи, но были ли на них изображены львы или розы, Генри сказать не мог.

— Так точно, — подтвердил наконец клерк, отрываясь от книги. — Банк Гика осуществил перевод в наш банк на имя Инкера из Дорнберга. Мы отослали вексель адресату.

— Гик, — повторил Генри, внезапно утратив всю свою напускную любезность.

Он выскочил из банка и побежал по мокрым пустым улицам. Когда Генри влетел в гостиницу, Ленни обстоятельно разъяснял трактирщику, что именно лучше всего приготовить на завтрак.

— Ленни! — крикнул Генри, вбегая. — Плевать на еду! Мы едем в Гик.

Ленни закатил глаза, но видеть это мог только трактирщик.

— Мы только приехали, мастер Рой. Одежда еще не высохла…

— Наплюй на одежду! Пакуй все как есть.

Ленни вздохнул.

— Мастер Рой, я готов исполнить любые ваши указания — но только после того, как вы поедите.

— Ленни!.. — начал было Генри, но слуга смерил его таким взглядом, что он тут же замолчал. Генри знал, что, когда Ленни смотрел так, спорить было бесполезно.

— Ну хорошо. Сделайте нам что-нибудь самое быстрое, — повернулся Генри к трактирщику. — Яичницу, скажем?

— Конечно, сударь. Вам болтунью, глазунью? С беконом, овощами, гренками?

— Самую быструю.

— Разумеется. В таком случае вам подойдет наша специальная яичница с особой добавкой.

— Это с какой же? — спросил Генри несколько рассеянно, думая уже о другом.

— Со скорлупой, — невозмутимо ответил трактирщик, удаляясь на кухню.

***

Дорога из Моэрны в Гик пользовалась дурной славой — но Генри это не волновало. Это была горная дорога — он не мог поверить, что в горах ему может грозить какая бы то ни было опасность. Слишком хорошо он чувствовал себя здесь — даже сейчас, поздней осенью, под порывами почти ураганного ветра, который засыпал их мокрыми листьями и градом капель с отяжелевших, темных ветвей. Поднявшись на высоту, дорога пошла ровно, вдоль неглубокого ущелья, прорезанного узеньким ручьем. По обе стороны ущелья рос густой лес — если бы не крутые склоны, могло бы показаться, что они едут по самому обычному ельнику. Но величественность самих деревьев, особенный, глухой и одновременно странно глубокий шум ветра в них, а главное — сам воздух, чуть разреженный и вместе с тем острый от разлитой в нем свободы — все это не давало Генри забыть, что он снова в горах. Он ехал, не замечая ничего вокруг, думая только о Джоан и постоянно вдыхая запах хвои, камней и вечности.

Уже начало смеркаться, когда они наткнулись на ряд могил у обочины. Ленни остановился.

— Семнадцать, — подсчитал он. — Что здесь могло произойти? Разбойники ведь не стали бы хоронить своих жертв.

Генри пожал плечами.

— В любом случае лучше тут не задерживаться, — заметил он, рассматривая могилы.

Проехав несколько миль, Генри снова остановился и обернулся. У него появилось странное ощущение — какое-то непонятное беспокойство в районе солнечного сплетения, которое он никак не мог объяснить. Генри долго смотрел на дорогу за собой, но беспокойство лишь усиливалось. Наконец он заставил себя повернуться обратно.

— Что-то случилось, милорд? — спросил Ленни. Они с Генри условились, что он будет называть того «мастер Рой» — но иногда привычка снова брала свое.

Генри еще раз обернулся и вздохнул, затем тронул коня.

— Нет. Ничего. Едем.

***

Он нашел ее.

Вернее, он нашел ее счет в банке Гика — счет, с которого Джоан отправила перевод Инкеру через банк Моэрны.

И в тот же день Генри арестовали.

— Сколько раз мне нужно вам повторять — я не знаю, где она, — устало проговорил Генри. — Я сам ее ищу.

— Тогда откуда вы знаете про счет в банке?

— Потому что мне сообщили про него в Моэрне! — не выдержал Генри. — И с чего она вообще вам сдалась? Это же дело лотарцев — ловить своих сбежавших преступников.

— Моэрна и Гик — города-побратимы! — гневно воскликнул сержант. — И помогают друг другу в борьбе с преступностью. Откуда вы узнали про то, что она была в Моэрне? — продолжил он допрос.

Генри молчал. Ему не хотелось подставлять Инкера, а никакой убедительной истории придумать он не успел.

Внезапно за дверью раздался шум, крики — и в комнату ворвался Ленни, тщетно удерживаемый стражником преклонных лет.

— Сударь, этот человек, — Ленни показал на Генри, — лорд Теннесси, мой господин, и я требую, чтобы вы немедленно его отпустили!

Генри сокрушенно вздохнул. Ленни моргнул и тут же сник.

— Милорд, простите… Я забыл…

Сержант внимательно смотрел на Генри.

— Лорд Теннесси? Тот самый лорд Теннесси?

Генри обреченно усмехнулся.

— Вряд ли вы поверите, если я начну отрицать. К тому же, если вам нужен именно лорд Теннесси, вы с тем же успехом можете схватить любого, кто так представится. Для выполнения плана и общей отчетности.