Дин Лейпек – Дракон должен умереть. Книга 2 (страница 38)

Хирш кивнул.

— Тогда ты не будешь возражать, если я отнесу тебя домой?

Мальчик поморщился.

— Ты умрешь в ближайший день или два, — спокойно заметила Джоан. – От холода, голода или дикого зверя. Если повезет, то от холода. Но я бы на это не рассчитывала.

Хирш отвернулся. Губы задрожали.

Джоан тихо вздохнула, поднялась на ноги. Мальчик снова обернулся на нее – и вдруг буквально взлетел на воздух.

— Эй! – протестующе вскрикнул он, но Джоан уже шла с ним на руках, уверенно шагая по еле заметной звериной тропе. – Я не хочу!

— Прости, Хирш, — невозмутимо ответила Джоан. Ее дыхание было совершенно ровным, как будто нести его ей ничего не стоило. Впрочем, кажется, так оно и было. – Моей совести вполне хватит одного мальчика.

***

К деревне они подходили уже в полной темноте – но Джоан это, видимо, совершенно не смущало. Всю дорогу, пока еще было светло, Хирш с подозрением косился на ее спокойный профиль, так сильно отличавшийся от привычных ему лиц деревенских женщин.

Когда они ступили на темную улицу, Джоан спросила его:

— Где ты живешь?

Хирш молчал.

— Я все равно узнаю, — заметила она. Он вздохнул и указал рукой в сторону дальнего дома, где в окнах горели огни.

На крыльце Джоан спустила его с рук. Хирш схватился за шаткие перила, стараясь не наступать на больную ногу. Джоан громко постучала в дверь, и отошла в сторону, в тень. В доме было шумно – слышались голоса множества людей. Раздались шаги, дверь распахнулась, выпустив клубы теплого воздуха…

— Хирш! – воскликнула женщина, всплеснув руками, и тут же крикнула вглубь дома: — Он здесь! Он нашелся!

За ее спиной возникли еще люди, они тоже восклицали что-то, удивленно, радостно, рассерженно. Толпа вышла на крыльцо, окружила мальчика, спрашивая, охая, ругаясь…

Он посмотрел туда, где только что стояла Джоан – но там никого уже не было.

***

— Привет.

Хирш поднял глаза. Она стояла у стены сарайчика, где мгновение назад ее точно не было.

Хирш опустил колун, оперся о древко.

— Как твоя нога? – спросила Джоан.

— Почему ты тогда исчезла? – спросил он с подозрением.

— Я не очень люблю общаться с людьми.

— Тогда зачем ты сюда пришла? – удивился Хирш.

— Хотела узнать, как у тебя дела, — пожала плечами Джоан.

— Лучше. Уже выхожу из дома, как видишь.

— Вижу, — кивнула Джоан. – Ну ладно. Пока.

— Пока, — изумленно отозвался Хирш.

Она развернулась и скрылась за сарайчиком – быстро и совершенно бесшумно.

***

Джоан появлялась всякий раз, когда Хирш оказывался во дворе один. Возникала из неоткуда в тот же момент – он так и не понял, как ей это удавалось. Как не знал он и того, зачем Джоан приходила. Иногда она просто молча наблюдала за ним, иногда расспрашивала — о нем, его семье, деревне. Джоан не рассказывала о себе, а когда Хирш задавал ей вопрос, ничего не отвечала. Постепенно он привык, что говорить приходится только ему, и старался ее не пугать. Ему казалось иногда, что Джоан похожа на дикого зверя, который из любопытства приходит к людям, но не дается в руки.

Он никому не рассказывал о своем странном друге – да никому особо и дела не было, что он там делал во дворе, если работа не стояла.

Работа не стояла. Джоан не мешала ему, а иногда и помогала. У нее были ловкие сильные руки, а с деревом она обращалась еще и умело. Когда Хирш спросил, где она этому научилась, Джоан ушла, ничего не сказав.

Больше он ни о чем ее не спрашивал.

***

Новости, которые привез отец, уехавший осенью в долину на заработок, были удивительные. Настолько удивительные, что Хирш тут же накинул полушубок и выскочил на улицу, несмотря на то что давно уже стемнело. Он нетерпеливо оглянулся, ожидая, когда раздастся знакомый голос…

— Что ты делаешь здесь ночью? – спросила Джоан из темноты.

— Знаешь, что случилось?

— Что?

— Король умер!

— Какой король? – медленно спросила Джоан.

— Джон! Наш король! Представляешь? А у него ни жены, ни детей! И принцесса Джоан пропала! И никто не знает, кто теперь будет королем, — выпалил Хирш на одном дыхании.

Она ничего не ответила. Хирш напряженно всматривался в темноту, откуда до того раздавался ее голос, но ничего не мог рассмотреть.

— Ты тут? – позвал он наконец.

Ответа не было.

Хирш осторожно сделал несколько шагов вперед, стараясь не оступиться – и тут из-за домов послышался странный шум. Он стал подниматься все выше, будто взлетала огромная металлическая птица – и вдруг Хирш увидел, как на мгновение звезды скрыла гигантская черная тень.

Он задержал дыхание.

Хирш жил в горах. Он слышал много историй о драконах. Но никогда не думал, что когда-нибудь увидит одного так близко.

С тех пор он больше не видел Джоан. Иногда Хирш думал, что ее унес дракон, внезапно появившийся в тот вечер рядом с их деревней.

Но все чаще ему приходила в голову мысль, ставшая в конце концов одной из самых любимых историй его детей и внуков.

Она начиналась словами: «Однажды я подружился с драконом».

***

Камень с громким треском ударился о скалу, рассыпавшись дождем щебня. По темным ночным горам прокатилось эхо.

«Устрою обвал ведь», — равнодушно подумала Джоан, поднимая с земли следующий камень и запуская его через все ущелье в дальнюю скалу. Она чувствовала, как в крови все еще кипит волнение, разливаясь в кончиках пальцев невесомостью и полетом – но Джоан больше не хотела превращаться. Это было слишком легко – стать драконом и не думать ни о чем. А подумать следовало.

«Король умер!» — сказал Хирш. Джоан стоило остаться и расспросить его – но в тот момент она не могла удержаться.

Король умер. Джон, ее брат, умер. Брат, который хотел ее убить.

Насколько Джоан знала, король из него получился отвратный. Новости, которые она слышала в Моэрне, были одна другой хуже. Восстания, беженцы, имперские войска. Жители Моэрны были не знакомы с понятием «военная интервенция» – но Джоан хорошо понимала, что это значит. И чем грозит ее стране. Империя давно мечтала завоевать Инландию – точнее, ее горы, скрывавшие в себе множество ценных руд, — но раньше это было не так легко осуществить. До гор нужно было идти через всю страну – имперцы понимали, чего это будет им стоить. К тому же к инландским дворянам могли присоединиться Лотария, Вирравия и Нордейл. Поэтому во время правления отца Джоан, Джона Доброго, все действия Империи сводились к тонкой дипломатической игре и попыткам внедрить свои традиции. Это получалось не очень хорошо – слишком разными были религии двух стран. Инландские дворяне порой перенимали некоторые обычаи, привлеченные экзотикой – но простой народ воротил нос от южных изысков.

Однако, если Империя всерьез решит завоевать Инландию, методы будут совсем другими. Спрашивать никого не будут. Религия крессов крайне нетерпимо относилась к неверным, и на завоеванных землях все народы обязаны были следовать ей. Что будет, когда выросшим с философией выбора инландцам навяжут кресские догматы? Сейчас они просто бежали на север – но сколько времени нужно Империи, чтобы завоевать всю страну? Теперь, когда в Инландии нет короля?

Джоан размахнулась и снова бросила камень. Осколки запрыгали по уступам скалы в ущелье.

Джоан опустила глаза на свои руки.

«Никто не знает, кто теперь будет королем», — сказал Хирш. Что там говорилось в законах Инландии об этом? Большой совет лордов должен выбрать нового короля?

Если половина страны уже занята крессами, созвать совет будет проблематично. И, скорее всего, уже бессмысленно.

«Но мне нельзя к людям. Я же сама решила, что мне нельзя к людям!»