Димитрио Коса – Антология Ужаса 15 (страница 2)

Он побежал по пустынной улице. Фигура в черном, казалось, ждала его. Но как только Лукас приближался, человек начинал двигаться. Он убегал, словно приглашая Лукаса следовать за ним.

Сердце Лукаса снова забилось в сумасшедшем ритме. Это было преследование, но какое-то странное, сюрреалистическое. Человек в черном вел его, словно проводник, по лабиринту опустевшего города. Лукас бежал, пытаясь отдышаться, но воздух был тяжелым, влажным.

И вот, он почувствовал знакомый запах. Соленой воды. Океана. Человек в черном направлялся к Копакабане. Но этот пляж был не тем, что Лукас знал. Туман был гуще, ночь – мрачнее. Он видел, как фигура в черном приблизилась к воде и остановилась, застыв у самой кромки. Она не вошла в нее.

Лукас, обессиленный, но движимый неведомой силой, подбежал к ней. Он остановился в нескольких метрах, наблюдая. Человек в черном стоял спиной к нему. В этот момент, черно-красное пятно в левом глазу Лукаса начало пульсировать с новой силой, словно реагируя на приближение.

И тогда, фигура в черном, медленно, но решительно, шагнула в воду. Погружаясь все глубже, она не показывала ни малейшего признака сопротивления. Она уходила, словно призрак, в объятия черной, пульсирующей бездны. Лукас застыл, парализованный. Страх, смешанный с недоумением, сковал его. Что он должен делать? Спасать? Но кто этот человек? И почему он сам, Лукас, оказался здесь, в этом пустом, призрачном Рио, преследуя кого-то, кто добровольно идет на встречу с гибелью?

Невыносимое чувство долга, смешанное с иррациональным желанием разгадать эту загадку, пересилило страх. Он сделал шаг. Еще один. И вот, его ноги коснулись воды. Она была ледяной. Но не такой, как в его сне. Это была реальность. И он, словно безумец, погружался все глубже, следуя за ускользающей тенью.

Холод Атлантики, проникающий сквозь тонкую одежду, был не просто физическим ощущением; он был метафорой того, что происходило внутри Лукаса. Каждая клетка его тела кричала о неразумности, о безумии этого поступка. Но разум, некогда его верный союзник, теперь оказался лишь заложником какой-то неведомой силы, тянущей его в эту чернильную бездну. Человек в черном, или то, что от него осталось, был уже по пояс в воде, его силуэт растворялся в наступающей тьме.

Лукас сделал еще один шаг, и вода достигла его пояса. Она была плотной, вязкой, словно не вода вовсе, а густое масло. Каждый шаг давался с усилием, будто он продирался сквозь тягучий кисель. Пятно в его левом глазу пульсировало, и теперь, казалось, оно не просто искажало реальность, а оживляло ее, наполняя пространство вокруг себя неясными, движущимися формами. Они были везде – в волнах, в смутных отблесках на воде, в самой текстуре ночного неба.

“Стой!” – крикнул Лукас. Вода достигла его груди. Холод проникал до костей, но странное оцепенение не позволяло ему отступить. Это было похоже на сон, на кошмар, но он знал, чувствовал, что это было реально.

Фигура в черном продолжала удаляться. Она не оглядывалась, не подавала никаких признаков присутствия. Только неясный силуэт, ведущий его. Что-то в этом безмолвном шествии вызывало в Лукасе неконтролируемую панику. Не панику животного перед хищником, а панику перед чем-то настолько чуждым, что оно разрушало саму ткань его бытия.

Ему оставалось всего несколько футов до того места, где остановилась фигура в черном. И тогда, он сделал последний, отчаянный рывок. Инстинкт самосохранения, или, возможно, та самая неведомая сила, что привела его сюда, заставила его руку вытянуться вперед.

Пальцы Лукаса сомкнулись на чем-то холодном и скользком. Он схватил человека в черном за запястье. Кожа была непривычно гладкой, словно отполированный камень, но в то же время – живой. Это был контакт, которого он так искал.

Фигура в черном, казалось, замерла. На секунду. Затем, медленно, с достоинством, не соответствующим обстоятельствам, она начала оборачиваться. Лукас, несмотря на задыхающееся состояние, сосредоточил все свое внимание на этом движении. Он ожидал увидеть что-то ужасное, нечеловеческое, подтверждение своих самых мрачных догадок. Он готовился к тому, что под черной тканью скрывается одна из тех уродливых тварей, что преследовали его в пятне.

Но то, что он увидел, было еще более шокирующим, чем любое чудовище.

Это была девушка. Молодая. Юная, с чертами лица, на которых еще не успели отпечататься следы времени или тяготы жизни. Ее кожа была смуглой, как теплый песок Копакабаны, словно впитавшая в себя лучи тропического солнца. Темные волосы, влажные от воды, обрамляли ее лицо, прилипая к виску и щекам. Но самым поразительным были ее глаза. Они были ярко-зелеными, настолько пронзительными, что казалось, они светятся в полумраке океана. В них была заметна какая-то глубокая печаль.

Лукас, все еще одной рукой сжимающий ее запястье, спросил. “Что ты делаешь?” – прохрипел он.

Она ничего не ответила. Ее взгляд, зеленый и глубокий, был прикован к его глазам. В нем не было ни удивления, ни испуга, лишь спокойное, почти смиренное принятие. И тогда, с грацией, неземной, нечеловеческой, она приблизилась. Вода вокруг них, казалось, успокоилась, став абсолютно гладкой, отражая лишь призрачные отблески ночного неба.

Ее лицо было совсем близко. Лукас почувствовал ее дыхание, прохладное, пахнущее солью и чем-то еще… чем-то свежим, как морской бриз. Его разум, до этого момента охваченный паникой и рациональным ужасом, вдруг затуманился. Он не понимал, что происходит, но странное, почти электрическое притяжение исходило от нее, окутывая его сознание.

И затем, с неожиданной резкостью, она слилась с ним в поцелуе. Ее губы, мягкие и прохладные, накрыли его. Лукас был ошеломлен. Не просто удивлен, а буквально парализован этим неожиданным жестом. Но в то же время, сквозь панику, он почувствовал… приятное удивление. Странное, почти мистическое наслаждение, пронизывающее его тело. В этом поцелуе не было страсти, но была какая-то глубокая, первобытная энергия, которая вытесняла из него весь страх, всю боль.

Он не отстранился. Наоборот. Его свободная рука, словно по собственной воле, обхватила ее за талию, прижимая ее к себе, несмотря на ледяную воду. Ее тело было стройным, гибким, но в то же время удивительно сильным. Поцелуй продолжался, и Лукас почувствовал, как мир вокруг него растворяется. Остались только она, ее губы, ее глаза, сияющие сквозь полумрак, и это странное, пьянящее ощущение, которое заставило его забыть обо всем. О своей работе, о пятне, о Рио. О самом себе. Он был потерян в этом поцелуе, в этом странном, необъяснимом контакте.

Мгновение растянулось в вечность. Лукас, полностью поглощенный этим внезапным, сюрреалистическим моментом близости, чувствовал, как его сознание тает. Вкус ее губ был солоноватым, но в то же время сладким, как нектар морских цветов. Ее прикосновение, несмотря на холод воды, обжигало его кожу. Он хотел утонуть в этом моменте, забыть обо всем, что предшествовало этой странной встрече.

Резкий, мощный удар по ногам вырвал его из объятий иллюзии. Мир вокруг него перевернулся. Вода, казалось, вздыбилась, обрушившись на него с новой силой. Он потерял равновесие, его руки разжались, и он почувствовал, как его тело стремительно погружается в чернильную глубину.

Удар был неожиданным, сильным. Когда он успел осознать, что произошло, он уже видел перед собой. Огромный, мощный рыбий хвост, покрытый переливающимися чешуйками, бился в воде, поднимая клубы темных пузырей. Он видел его в момент удара. Это был ее хвост.

Его взгляд метнулся вверх. Девушка. Она все еще была здесь. Но теперь она была… иной. Верхняя часть ее тела оставалась человеческой – все то же лицо, те же зеленые, печальные глаза, те же темные волосы, развевающиеся в воде. Но ниже пояса… ниже пояса ее тело трансформировалось. Вместо ног был этот гигантский, мощный хвост, который сейчас бился с такой силой, что мог бы потопить даже опытного пловца.

Ее взгляд, полный той же неземной печали, встретился с его. И затем, снова, она приблизилась.

Но на этот раз поцелуй был другим. Не было той странной сладости, того очарования. Было лишь отчаяние. Она снова прильнула к его губам, но это было не прикосновение, а скорее… поглощение. Он почувствовал, как она хватает его за плечи, ее пальцы, удивительно сильные, вдавливаются в его кожу. И затем, используя мощь своего рыбьего хвоста, она начала погружаться.

Лукас пытался сопротивляться, но это было бесполезно. Ее сила была непомерно велика. Он чувствовал, как вода обтекает его, обволакивает, вытесняя остатки воздуха. И как только ее губы отпрянули от его губ, он сделал отчаянную попытку вдохнуть.

Но в его легкие вошла только холодная, соленая вода.

Ужас охватил его. Настоящий, первобытный страх. Он не мог дышать. Он задыхался. Его тело начало корчиться, инстинктивно пытаясь бороться, но это было безнадежно. Он наблюдал, как она, смотрит на него. Ее зеленые глаза были полны какой-то странной, отстраненной боли, словно она наблюдала за неизбежным, за судьбой, которую не могла изменить.

Она погружала его все глубже. Мир вокруг него становился все темнее, все более удушающим. Он видел, как ее хвост мощно бьет, отправляя их в еще большую глубину. Он чувствовал, как его тело становится все более тяжелым, как последние остатки сознания покидают его.