Дилара Кескин – Наследник Сентерии (страница 36)

– Китана, – произнесла Офелия, – ты в порядке?

Мать Винсента, Офелия, добрейшая женщина, не оставила меня даже тогда, когда отвела в лазарет. Я очень раскаивалась, когда жаловалась целителям на боль, а Офелии на испуг. Мне казалось, что я пользуюсь ее добротой, и все же я продолжила играть свою роль. Я сильно плакала, привлекая внимание Эстеса.

– Что случилось?

– Это ты во всем виноват! – закричала я так, словно у меня случился нервный срыв. Офелия кивнула слугам, отпуская их. Эстес перевел взгляд на жену.

– Что за чушь ты несешь? – спросил Эстес, когда мы остались втроем.

– Ты так старался уничтожить меня, что даже не заметил, какая опасность подстерегает Винсента!

Эстес ненавидел меня, но его привязанность к сыну, которого он растил как наследника, все равно оказалась сильней. Он даже не наказал Винсента, когда тот не подчинился приказу убить меня и ранил солдата Сентерии.

– Что ты хочешь сказать? – напрягся Эстес.

– Неужели ты не видишь? – крикнула я. По моим щекам заструились слезы. Эстес удивленно моргнул.

– Эзра пытается уничтожить его, а ты этого не заметил. Он с самого начала враждебно настроен, – продолжила я. – Именно он подал тебе идею поженить нас с Винсентом. Думаешь, он сделал это по доброте душевной? Он стремился подорвать репутацию Винсента в глазах общественности, поженив с вражеской принцессой. И частично ему это удалось.

– Только исходя из этого… – начал говорить Эстес. В его взгляде сквозило недоверие.

– После свадьбы все стало хуже, – перебила я. – Я поделилась информацией о Зиракове и заискивала перед вами. Положение Винсента изменилось. Он больше не казался предателем, взявшим в жены вражескую принцессу. Напротив, в моем лице он обрел ключ к уничтожению Зиракова.

Я прищурилась и наклонила голову.

– Кто отправлял письма Виктории от имени Винсента, Эстес? – Я сменила тему. – Андре все отрицает. Винсент же доказал свою верность мне, собрав армию и развязав войну. Итак, я спрашиваю тебя: кому выгодно, чтобы я поверила, что Винсент мне изменяет, начала к нему относиться враждебно и перестала делиться информацией?

– Ты слишком много говоришь, Китана, – вздохнул Эстес.

– Ты бы мне не поверил, если бы я сказала, что Кассандра во всем созналась, – заявила я. Эстес широко раскрыл глаза от удивления. – Она призналась мне в этом в тот день, когда меня отослали. Она была уверена, что я больше не вернусь. Но вот я снова здесь. Я по-прежнему поддерживаю Винсента и готова делиться тайнами Зиракова, если потребуется.

Я истерически рассмеялась:

– И вот, мои отношения с Винсентом наладились, и меня попытались убить. Если бы не королева Офелия, предатели бы добились своей цели.

– Откуда ты знаешь, что это дело рук Эзры? – запротестовал Эстес. Судя по всему, второго сына он любил ничуть не меньше.

– Человек, который пытался меня убить, сказал, что я должна заплатить за свою вражду с Эзрой, – ответила я.

– Почему я должен тебе верить? – покачал головой Эстес. – Ты была там одна. Может быть, тебе просто показалось. Или ты просто лжешь.

Я глубоко вздохнула. Внезапно раздался голос Офелии:

– Она не лжет. Я проходила мимо конюшни и тоже слышала слова этого человека. Он заметил меня и сразу сбежал.

Эстес выглядел ошеломленным, словно его ударили. Возможно, для его душевного равновесия было бы лучше, если бы я промолчала, но я продолжила давить:

– Как ты думаешь, в чем его цель: убить меня или причинить боль Винсенту?

Эстес не ответил на мой вопрос и повернулся к Офелии.

– Что ты там делала?

– Я собиралась в цветочный сад, потому что… – Офелия на мгновение запнулась, но потом сказала правду: – Потому что меня позвала Кассандра.

– Значит, она хотела увести тебя из дворца, – вставила я свое слово. – Как раз в тот день, когда на меня напали. Какое совпадение!

Разумеется, это не было простым совпадением. Это я подготовила благодатную почву. Моя верная помощница Диана несколько дней назад сообщила мне, что Кассандра и Офелия собрались в оранжерею, когда погода немного потеплеет.

Эстес несколько раз глубоко вздохнул.

– Я скажу Винсенту… – начал он, когда дверь внезапно распахнулась. В лазарет вошли Винсент, Андре и Эзра. Винсент присел на краешек кровати и обхватил мое лицо ладонями.

– Ты же должен быть на юге, – удивленно произнесла я, но он даже не услышал.

– Кто это сделал?

Воцарилась глубокая тишина. Винсент посмотрел сначала на мать, затем перевел взгляд на отца.

– Кто это сделал? – крикнул он.

Винсент посмотрел на меня, когда не добился ответа от Эстеса. Гнев в его глазах сменился состраданием.

– Не знаю, – ответила я, украдкой глядя на Эстеса. Король Сентерии благодарно вздохнул. Кажется, одним выстрелом я убила двух зайцев: помогла Эстесу понять, какой Эзра негодяй, и заодно сама поднялась в его глазах.

Винсент недоверчиво поднял брови. Он знал меня лучше других и мог распознать мою ложь.

Я положила голову ему на плечо, попытавшись закрыть тему:

– Я не могу сейчас ни о чем думать. Пожалуйста, позволь мне отдохнуть.

Винсент глубоко вздохнул и взял меня на руки. Я положила голову ему на грудь.

Когда мы добрались до комнаты, Винсент положил меня на кровать.

– Что случилось? Расскажи мне правду, – попросил он.

Я глубоко вздохнула и поведала ему о случившемся. К моему удивлению, муж рассердился.

– Ты вообще думаешь, что творишь? – спросил он, когда я закончила рассказ. Я видела, как Винсент изо всех сил пытается себя сдержать.

– Я пытаюсь расчистить тебе путь на престол, – ответила я, уязвленная тем, что он не оценил мою помощь. – Ничего страшного не случилось.

– Тебе следовало спросить меня, прежде чем совершать что-то подобное.

– Ну прости, – фыркнула я, – не знала, что Эзра для тебя так важен.

– Дело не в Эзре, – ответил он и встал. – Поверить не могу, что ты настолько недальновидна.

– Поверить не могу, что ты такой грубый, – огрызнулась я. – Ты должен быть благодарен.

Винсент явно хотел закричать, но сдержался.

– Я должен быть благодарен за то, что тебя избили? – спросил он, понизив голос. – Ты совершила глупость!

Я сходила с ума от злости, но тоже старалась говорить тише, чтобы никто не услышал.

– Я иду на риск ради тебя, и вот как ты меня благодаришь? Осыпаешь оскорблениями?

– Ты не осознаешь всю серьезность ситуации, – произнес он, измеряя шагами комнату. – А что, если бы моя мать не прошла мимо конюшен?

– Есть две дороги, ведущие в цветочный сад, – объяснила я. – Один – через конюшню. Второй Армондо перекрыл сегодня утром, якобы для расчистки. Разумеется, она прошла через конюшню.

Глаза мужа округлились от удивления:

– Ты и Армондо в это втянула. Браво, Китана!

Его обвинения заставляли меня чувствовать себя все хуже и хуже.

– Поверить не могу, что ты настолько глупа, – продолжил Винсент. – А вдруг твое имя всплывет? А что, если бы тот мужчина не знал, что заказчица ты, и причинил бы тебе серьезный вред?

Винсент смотрел на меня с такой яростью, что мне захотелось исчезнуть. Я не ожидала, что он так сильно рассердится.

– Ради тебя я рискнула всем, – пролепетала я. – Для твоего правления…

– Не надо меня защищать, – прервал меня мужчина. – Мне не нужны трон и корона, если от этого тебе будет плохо.

Я поняла, что сейчас Винсент не может здраво судить, поэтому замолчала и отступила. Рассерженный мужчина вышел из комнаты, лишив меня возможности что-то добавить.