Дилара Кескин – Наследник Сентерии (страница 19)

Я промолчала, и Лена продолжила:

– Он станет самым близким для тебя человеком.

Ее слова встревожили меня. Даже мысль о поцелуе с кем-то, кроме Винсента, вызывала тошноту, но я понимала, что Лена права.

– Если так, то почему тебе вообще пришла в голову идея со свадьбой?

Она покачала головой.

– Я не задумывалась о таких серьезных вещах и не думала, что мне будет так больно. – Лена сделала паузу. – Впрочем, даже если бы я и подумала обо всем раньше, то приняла бы точно такое же решение.

– Тогда в чем моя вина?

Лена посмотрела на меня, ее глаза потеплели.

– Ты права, ни в чем. Пойду подышу свежим воздухом.

Сестра вышла из-за стола и кивнула Лео, который направлялся к нам, широко улыбаясь.

– Присоединяйтесь к танцу. Люди должны увидеть вас вместе.

Сестра развернулась и пулей вылетела из зала, прежде чем я успела хоть что-то ответить.

– Что случилось с Леной? – спросил Лео, подойдя ближе.

Я бы хотела сказать ему правду, но лишь неопределенно пожала плечами.

– У нее голова разболелась от шума. Она подышит свежим воздухом и вернется к нам.

Мужчина понимающе кивнул. Некоторое время он молча наблюдал за танцующими гостями, затем обратился ко мне:

– Потанцуем?

Я кивнула и взяла его за руку. Мы вышли на танцевальную площадку. Окружающие смотрели на нас с восхищением.

Лео положил руку на мою талию, я осторожно коснулась его плеча. Мы переплели руки и начали двигаться в такт музыке.

Я думала над словами Лены. Мне стало труднее воспринимать Лео как друга. Мне казалось, что воздух между нами сгустился, его руки обжигали меня.

Лео внимательно на меня посмотрел. Он заметил мое беспокойство, но промолчал. Когда он, наконец, решился что-то сказать, я его прервала:

– Я ужасна в постели.

Мужчина округлил глаза и откинул голову назад. Видимо, он сомневался, что правильно меня понял.

– Ну… мне тебя жаль, – наконец выдохнул он.

Лео медленно разворачивал меня в танце.

– Честно, – продолжила я, когда мы снова оказались лицом к лицу. Щеки Лео порозовели, мои же пылали. – Винсент избегал меня каждую ночь. Бедняга…

Мужчина криво улыбнулся:

– Наверное, и ребенка тебе ветром надуло.

Я проигнорировала его язвительный комментарий и продолжила беспощадно лгать:

– Порой он даже плакал от того, что женился на мне.

– Мне кажется, ты просто не хочешь оставаться со мной наедине, – широко улыбнулся Лео и отвел взгляд.

– Ты ведь этого тоже не хочешь, верно? – уточнила я.

– Вообще-то, – серьезно заговорил он, – у мужа и жены есть определенные обязанности. И нам придется выполнить долг.

Я чуть не потеряла сознание, но он запрокинул голову и расхохотался.

– Успокойся, Китана, я просто шучу. То, что мы поженимся, не значит, что мы должны делать то, к чему не готовы.

Я с облегчением вздохнула. У меня словно гора с плеч упала.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Лео улыбнулся. Внезапно двери бального зала с грохотом распахнулись. Вошел стражник, вид которого говорил о том, что он сходит с ума от волнения. Королева Ирина величественно шагнула вперед, явно намереваясь увести солдата в тихий угол и переговорить с глазу на глаз, но не успела.

– Винсент из Сентерии едет сюда, в Зираков, – объявил стражник.

Я почувствовала, как задрожали мои колени, и крепче сжала руку Лео, чтобы не упасть.

По залу прокатился взволнованный ропот. Солдат, ничего не замечая вокруг, озабоченно смотрел на Ирину:

– Война началась, моя королева. Что прикажете делать?

Глава 8

Танец боли

Ryan Yunck – The Dornishman’s Wife

Корабль накренился. Я сосредоточил внимание на карте, лежащей на столе из красного дерева. В каюте преобладали коричневые тона. Она была довольно скромно обставлена: стол, полки с книгами, несколько комодов с картами и документами.

Стемнело. Луна отражалась на поверхности моря. Если бы огонь не пожирал мою душу, я бы вышел, чтобы насладиться умиротворяющим видом и глотнуть свежего воздуха.

– Теперь уже я не думаю, что нам следовало заходить с севера, – обратился я к стоящему рядом Тао.

Мы полагались на географические и стратегические знания младшего брата, чтобы расширить маршрут, но теперь этот маневр дорого обходился.

Холодало. Нам пришлось обеспечить солдат одеждой из более плотной и качественной ткани. Также нам требовалось больше пищи, чтобы никто не заболел.

– Нет, идея отличная, – возразил Тао. Его спутанные черные волосы напоминали воронье гнездо. Под его зелеными глазами из-за недосыпа образовались темные круги. Он был одет в коричневую рубаху и черные брюки.

Я не знал, одобряет ли брат мой поход на Зираков. Он никогда не озвучивал то, что у него в голове. Брат лишь молча следовал за мной, понимая, что обратной дороги нет.

– Ирина ожидала, что мы проследуем по легкому пути и зайдем с запада, – продолжал брат, пока я изучал карту.

– Нам будет труднее держать связь с дворцом, – возразил я. – Более того, подкреплению потребуется больше времени, чтобы добраться до нас.

Иван, о присутствии которого я успел позабыть, положил ноги на журнальный столик. Он сидел у окна подальше от нас и задумчиво смотрел на отражение луны на воде. Брат провел ладонью по каштановым волосам, заложил за голову обе руки и устроился поудобнее. Он откинулся назад и прикрыл глаза. Его поведение действовало мне на нервы, но Тао не выдержал первым.

– Четыре брата отправились на верную смерть, – нервно произнес он, – может, хоть притворишься, что тебе интересно?

Иван равнодушно открыл глаза и кивнул на Андре.

– Он тоже не особо принимает участие, почему ему никто ничего не высказывает?

Я не удержался и покосился на Андре. Казалось, он не понял, что слова прозвучали в его адрес. Он зачесал назад свои светлые волосы. Его изумрудно-зеленые глаза напоминали глаза нашей матери. Ушибы на его лице, оставшиеся после моего удара, уже полностью зажили. Брат вернул себе былую красоту.

Я почувствовал, как во мне закипает гнев, и до боли стиснул зубы. Он соблазнил Китану своим прекрасным лицом? Чем больше я смотрел на Андре, тем больше злился. Я отвернулся и вновь сосредоточил свое внимание на карте.

Я напомнил себе, что Китана не питала чувств к Андре, она прибыла во дворец с определенной целью. Но легче от этого не становилось. Внезапно я осознал абсурдность своих мыслей, закрыл глаза и слегка покачал головой.

– Я хотя бы слушаю, – защищался Андре, не подозревая, что я зол на него.

Я не разговаривал с Андре с того самого дня, когда он рассказал мне о том, что произошло между ним и Китаной. Я не хотел, чтобы брат отправлялся с нами, но наш отец настоял. Видимо, он считал, что трудности нас могут сблизить.

– Зачем? – спросил Иван.

Он встал и широкими шагами направился к нам.

– С какой целью мы отправились на войну? – спросил он, рассматривая карту на столе.