Дикон Шерола – Последний рубеж (страница 46)

«Ну и что тут у вас за секреты?» — с ухмылкой подумал Эрик и уже хотел было сделать еще шаг, как внезапно наткнулся на невидимую преграду. А уже через секунду он оказался едва ли не замурован в невидимом прямоугольнике. Шульц и русоволосый парень пристально смотрели в его сторону, ясно давая понять, что Фостер обнаружен.

— Ненавижу «энергетиков», — произнес Эрик, наконец позволив себя увидеть. — Ну здравствуй, Шульц. Давно не виделись…

Кристоф удивленно смотрел на своего пленника, не в силах поверить в то, что убийца его друга до сих пор жив и вовсю разгуливает на свободе.

— Призрак? — прошептал он, приближаясь к Фостеру.

— Приятно, что ты помнишь мое прозвище…

— Как же я мог забыть ублюдка, который убил ни в чем неповинного человека, моего друга, — сквозь зубы процедил Кристоф.

— Сними с меня этот колпак, мы ведь теперь союзники, — усмехнулся Эрик, с тревогой замечая, что телекинетический барьер начинает сдавливать его сильнее.

— Союзники? — передразнил Шульц. — О нет, что-что, а с тобой я никогда не буду союзником. Я до сих пор жалею, что отпустил тебя тогда. Мало того, что ты не остановился, так еще и стал одним из самых высокооплачиваемых наемных убийц…

— Я старался.

Эта откровенная насмешка еще больше взбесила Кристофа. Когда он столкнулся с Фостером впервые, тот был напуганным шестнадцатилетним подростком, который оправдывал свой поступок тем, что у него не было выбора. А Кристоф попросту не смог убить этого мальчишку. Но сейчас Эрик совсем не выглядел несчастным и виноватым. В его карих глазах уже поселилась сталь наемного убийцы, а усмешка на губах указывала на чувство превосходства. Даже сейчас он предпочел подкрасться, возможно, с целью убить, хотя должен был броситься в ноги и молить о прощении.

— Я расскажу Лескофу, кто ты на самом деле, — произнес Крис, глядя пленнику прямо в глаза. — Посмотрим, как он отреагирует, узнав, что ты — наемный убийца.

— Не утруждайся, он и так знает, — снисходительно отозвался Эрик — И в отличие от тебя Лесков не такой злопамятный. А ведь у него гораздо больше причин на меня обижаться. Когда-то я пытался убить и его.

— Не верю, что он так просто отпустил тебя. Что ты ему наплел?

— В наше время союзниками не разбрасываются. Сними барьер, и поговорим, как взрослые люди. Или ты боишься, что я убью еще одного твоего друга? — с этими словами Фостер красноречиво посмотрел на стоявшего рядом с Кристофом «энергетика».

— Да ты…

Но, прежде чем Шульц успел договорить, его телекинетический барьер покрылся сетью трещин и разлетелся на куски. Для посторонних это было беззвучное действие, но Кристоф мог слышать оглушительный хруст, а затем что-то невидимое внезапно оттолкнуло его в сторону. Не сильно, скорее предупреждающе.

— «Теневые» не могут рушить барьеры! — растерянно произнес Ханс, чувствуя, что больше не ощущает энергетики наемника. Избавившись от барьера, Эрик немедленно спрятал ее, готовый в любой момент исчезнуть.

— А это не я, — усмехнулся Фостер и жестом указал на одиннадцатилетнюю девочку, которая замерла неподалеку, испуганно глядя на то на Кристофа, то на его друга. В отличие от остальных, Вика отчетливо видела силуэт ловушки, в которую попал Эрик, и, опасаясь, как бы незнакомец ему не навредил, бросилась на помощь.

— Стойте на месте! — дрожащим голосом потребовала она, вытянув ладошки вперед, чтобы было легче концентрироваться.

— Что здесь делает ребенок? — это было единственное, что сумел вымолвить все еще пораженный Шульц. Впервые он столкнулся со столь мощным телекинетиком, который вдобавок не понимал, на чьей стороне нужно сражаться. Отчасти он был прав: Вика действительно не поняла причины ссоры, так как оба мужчины говорили на английском, причем так быстро, что она не уловила смысла обвинений. Единственное, в чем девочка была уверена, так это в том, что Эрик — один из них. А эти люди пока еще чужие. Сказалась и дружба с Адэном: что-то было в этом Фостере, за что мальчик его любил, и Вика попросту не могла позволить этим незнакомцам навредить другу Лунатика.

— Здесь не место ребенку, — строго произнес Кристоф, глядя на перепуганную девочку. — Кто тебя привел?

— Я сама пришла. Хотела посмотреть на такого, как я.

— Боже мой, но не здесь же… Кто за тобой присматривал? Где твои родители?

Вика в отчаянии огляделась по сторонам, разыскивая хоть кого-нибудь, кто мог бы прийти ей на помощь. Но вокруг не было никого из знакомых. Люди, работающие неподалеку, вообще не обращали на них внимания. Для них телекинетические поля были незаметны, поэтому со стороны между Эриком и Кристофом ничего особенного не происходило. Они стояли друг на против друга и разговаривали. А ребенок? Ребенок, наверное, пришел с кем-то, хотя приводить его сюда было как минимум странно.

Первой свою обеспокоенность выразила какая-то женщина. Заметив перепуганную девочку, она решила, что та заблудилась и бросилась к ней.

— Бедное дитя, чего же ты тут насмотрелась! — в отчаянии воскликнула она на немецком, опускаясь перед Викой на колени. — Подожди, я поищу кого-нибудь, кто говорит на твоем языке…

С этими словами она поспешила за помощью, даже не подозревая, что все это время перед ее лицом была невидимая телекинетическая стена. Напряжение росло, и это немало забавляло Эрика. Он никак не ожидал, что юная задира придет к нему на помощь, но мысленно ликовал, вспоминая, как вьтянулось лицо Шульца.

Что касается

Кристофа, то он молча наблюдал за маленькой незнакомкой, не зная, как реагировать на ее появление. Она была чертовски напугана, но даже сейчас телекинетический барьер, которым она закрывала себя и Фостера, был поразительно прочен. Наверное, даже если бы Крис захотел, он бы не смог его разрушить.

— Такая сильная, — Ханс словно уловил его мысли и не смог не поделиться своими. На миг парень даже забыл, что здесь находится наемник — его внимание было сконцентрировано только на девочке, а точнее, на ее энергетике. — Ее приемный отец — лучший друг Лескофа, так что могут быть неприятности… Ее тренируют, поэтому такая развитая. Их «энергетик» разработал для нее упражнения. Весьма неглупо с его стороны. И надо быть осторожнее: она уже убивала, желая защититься. К счастью, это был всего лишь «белый варан».

— Эрик, стань незаметным и позови Диму. Я видела его где-то поблизости, — тем временем прошептала девочка, обратившись к Фостеру. — Они не тронут тебя, если ты пойдешь. Я их держу.

— Зачем мне куда-то идти, если вон он? — с этими словами Эрик подмигнул девочке и кивком головы указал в сторону приближающегося к ним Лескова. Рядом с ним шел встревоженный Иван.

— Они напали на Эрика! Я пыталась его защитить! — закричала Вика, пытаясь поскорее объяснить ситуацию, чтобы все поняли, где находится их враг. Однако Дмитрий строго попросил девочку убрать щит и так красноречиво посмотрел на Фостера, что тот мигом принял самый что ни на есть раболепский вид. Уткнувшись взглядом в пол, он начал что-то бормотать, мол, пришел помогать мыть пол и случайно столкнулся с Кристофом. И вообще, ни на кого нападать не собирался.

На какой-то миг завязался нешуточный спор, где каждый пытался донести Лескову свою правду, причем на разных языках, что со стороны выглядело еще безумнее. В свою очередь Вика крепко прижалась к отцу, все еще повторяя, чтобы он не доверял Кристофу и его другу.

Привлеченные этим спором, люди бросили свою работу и начали стекаться на шум, желая понять причину. Случившееся немало их встревожило, и Кристофу снова пришлось солгать, чтобы успокоить своих.

— Ребенок заблудился, и мы пытались выяснить, как он сюда попал, — с усталой улыбкой объяснил он одному из мужчин. — Всё хорошо, возвращайтесь к своим обязанностям. Ее отец найден.

Вика и впрямь выглядела найденной. Она не плакала, но так сильно вцепилась в куртку Ивана, что, казалось, отцепить ее можно будет, только вырезав зажатую в кулачках ткань. В итоге, чтобы больше не привлекать внимания, Дмитрий, Кристоф, Ханс и Эрик решили переговорить в одной из пустых комнат правительственного здания, в то время как Бехтерев, держа девочку на руках, понес ее прочь со станции.

— Ты должна была оставаться с Дарьей, — строго выговаривал он. — Здесь не место детям! Неужели так интересно смотреть на тела погибших?

— Я хотела посмотреть на такого, как я. А он оказался злым! И напал на нас!

— Он напал не на тебя, а на Фостера. И у него были на то причины. Ты должна была позвать на помощь, а не вмешиваться.

— А кого я могла позвать? Он же — телекинетик! — не унималась Вика. — Только я могла его остановить! И у меня это получилось!

Тогда еще девочка не подозревала, что станет не только главным предметом для разговоров в компании Кристофа, но еще и причиной очередного разрыва Ивана с его девушкой. То, что Даша не уследила за его дочерью, чертовски разозлило его. Да, Вика была любопытной, и, конечно же, вместе с другими детьми ей было интересно узнать, что делается на Адмиралтейской. Но за все время ее отсутствия Дарья даже не озаботилась тем, чтобы поискать ее. В свое оправдание девушка сказала лишь то, что это Иван виноват, что воспитал ее такой непослушной и избалованной. Мол, остальные почему-то не убежали. И вообще, у нее и так достаточно забот, чтобы пасти его дочь — тут есть еще и другие дети, за которыми нужно следить.