Дикий Электрик – Нить судьбы-нить войны (страница 4)

– Вадим поменяй у старшины, на груди не сходится, размер побольше надо.– прошу я.

Вадим берёт и уходит. Его нет подозрительно долго. Натягиваю обратно платье, не то время, чтоб в одном лифчике ходить. Выхожу они со старшиной стоят у полок с гимнатёрками с задумчивым видом.

– Вы, чего застыли?– спрашиваю я.

– Так соображаем откуда у нас форма медика.– говорит старшина.

– Я там стою, а они на пьющую тёщу смотрят.– говорю я беру нужную солдатскую гимнастёрку.

Ухожу и надеваю, это подходит. Беру ремень с немецкой бляхой и кобурой, заодно аккуратно складываю платье и сунув под мышку иду к старшине. Вадим уже одет как солдат, даже в сапогах. Старшина протягивает мне сапоги и портянки. Быстро намотав натягиваю яловые сапоги.

– Пошли оружие подберём.– кивает одобрительно старшина.

Он ведёт нас в другой склад. С оружием тут не очень хорошо. Три автомата и две винтовки, одна из которых в снайперском исполнение. Хватаю снайперку и осматриваю прицел, к счастью стоит ПЕ 1937 года, работал я с ним. Вадиму старшина вручает вторую винтовку.

– Мне пристреляться надо, да и бойцам надо прицел поправить, в лесу при стрельбе штык мешать будет.– говорю я.

– Винтовки обычные пристреляны для стрельбы без штыка. Где ты, штык увидела? На патроны, Никитин проводит. Глушители и костюм по возвращению получишь.– отвечает старшина.

Он подзывает Никитина и отдав приказ уводит Вадима.

– Пошли, ходок за три моря.– говорю я.

– Пошли. Слушай Ядвига, а чего ты меня ходоком за три моря обзываешь?– спрашивает он.

– Был такой русский путешественник, Афанасий Никитин, так он до Индии дошёл и вернулся. Книгу написал, “Хождения за три моря”. Ты не из Калинина?

– Не я с Иркутска. Меня Семён зовут.– смущается он.

– Ты про однофамильца почитай, там интересно. И по сторонам посматривай, я занята буду, могу врага и не заметить.– говорю я устраиваясь в овраге.

Винтовку пристреля с двух обойм, опробовала немецкий пистолет. Никитин одолжить автомат отказался. Идём обратно.

– Ядвига, а ты комсомолка?– спрашивает боец.

– Нет, у меня происхождение дворянское. Я из за этого и дралась. Местные меня с детства знают, да и отца уважали. Те кто приехали после освобождения шпынять пробовали. Тем более мы ж с братом в гимназиях учились.– говорю я.

– Странно, дурной у вас комсорг был. Вы ребята правильные. Ты вон уже двоих фашистов убила. Даже завидно.– говорит Никитин задумчиво.

– Не переживай Семён, и ты сможешь, их на всех хватит. Ты только помирать не вздумай, кто меня за задницу поддерживать будет, когда я на рейхстаге расписываться буду. Красивая у меня попка?– дразню я его, он прикольно смущается и краснеет.

– Ты, чего мне бойцов смущаешь? На держи.– протягивает мне пятнистый костюм, глушители и револьвер милиционера с кобурой.

Беру всё и иду на лавку. Проверяю как глушители садятся на стволы. Потом разворачиваю костюм и надев начинаю подгонять под тело. Старшина протягивает полосы ткани.

– Знаю, что попросишь винтовку обмотать.– усмехается он.

Сижу обматываю винтовку. подсаживается здоровый.

– Брата твоего, надо в аналитический или криптографический отдел, в Москву отправлять.– говорит он.

– Ты, капитан, тебе видней. Бойцов и вас в обычную форму переодеть надо. Вы б ещё транспарант вывесили. Противник у нас не дурак. Когда поймёт, сильно ловить будет. Проще под обычное тыловое подразделение сыграть.– говорю я не отрываясь от своего занятия.

– Как догадалась?

– Ты с похмелья или головой стукнулся? Если тебя лейтенант НКВД слушается, то ты всяко выше его по званию и должности. По ухваткам, лучше местных и языками владеешь. Значит с центра, сомневаюсь, что там меньше капитана есть.– говорю я.

– Уела, я тут маскируюсь, а она как по книги прочитала. Теперь я про тебя расскажу. Обучал тебя отец, он ведь разведкой на фронте занимался. Так в деле записано. Брат больше в мать, она ж у вас в уме большие цифры считала. Ты ж пацан в юбке. Да тебе правила приличий привили и на каблучках и в платьях ты ходить умеешь, но не любишь. С мальчишками в школе дралась, дразнили тебя, наверное барыней. Сейчас на войне, ты как рыба в воде себя чувствуешь, отцова наука помогает.– говорит здоровяк.

– Принцессой дразнили.– говорю я закончив обмотку винтовки.

– Ладно, я дразнить не буду. Назвал Лаской так и будешь Лаской.– треплет он меня по голове.

– Капитан, у нас кто аккуратно мне подрезать волосы может? Мешают и на марше в паклю превратятся.

– Сидоренко! Ты ж вроде парикмахером работал? Сможешь девушке красивую короткую стрижку сделать?– кричит здоровый.

К нам подходит парень, осматривает мою голову.

– Смысла нет, тут без завивки делать нечего. Так что пусть в косу или пучок собирает.– говорит парень.

Плюнув завязываю хвост куском ленты, что дал старшина.

– Оригинально.– усмехается капитан.

– Ласка, иди документ получай.– кричит лейтенант.

Я иду в канцелярию, где мне выдают документ. Теперь я Закшевская Ядвига Павловна 07.11.1927 г.р. Являюсь инструктором по стрелковой подготовке в школе НКВД № 450076. Кандидат на звание.

Брат стал переводчиком с немецкого и польского языков. Когда подписала последние бумаги. Фотограф быстро отснял их.

– Ещё кадр остался. Пойдём я тебя сфоткаю.– говорит парень фотограф.

– Пошли.

Мы вышли и он меня сфотографировал в героической позе. Мы возвращаемся в контору.

– Яков, ты смотри не забудь ей фото отдать, а то она может голову отвернуть. Тебе долго ещё?– говорит капитан.

– Сейчас эту обработаю и часа через два я готов.– говорит фотограф.

Тут на столе зазвонил полевой телефон. Лейтенант поднял трубку и выслушав положил трубку.

– К нам едут три сотрудника НКВД на мотоцикле. Точно не местные. Местные знают, что до 25 этот район закрыт.– говорит лейтенант.

– Ласка, работаем. Снаружи внимание на тех, кто у мотоцикла, по возможности тихо и не на смерть.– говорит капитан.

Я пристёгиваю глушитель, опускаю маску и выхожу. При выходе встречаю майора НКВД и козырнув выхожу. Перебегаю открытую площадку и залезаю на крышу сарая. Меня не видно с въезда и из конторы. С конька смотрю через прицел на парочку у мотоцикла. Один сидит в коляски и как бы от скуки крутит пулемётом. Вот он привстал и прижал приклад. Беру его плечо на прицел и стреляю. Пулемётчик валится из коляски. Передёрнув затвор прострелилила плечо второму. Выскочившим со склада бойцам жестами показываю связать и обыскать. Никитин сообразил первым.

Спрыгиваю с сарая и тихо вхожу в контору. Показываю капитану большой палец и без разговоров бью майора прикладом в голову. Тот падает.

– Не наши это.– говорю я и начинаю стягивать с майора гимнастёрку, а потом сапоги.

Под сапогом нож в ножнах закреплённых на ноге.

– Я себе возьму?– почти утвердительно спрашиваю капитана.

Он и лейтенант сажают лже майора на стул и привязывают.

– Так с чего взяла, что не наш? Может просто дурак?– говорит лейтенант.

– Сапоги глянь и гвозди со своими сравни. Плюс его люди уже собирались ребят на складе из пулемёта покрошить.– говорю я.

– Шляпки квадратные. Что с остальными?– кивает лейтенант.

– Пулевые ранения плеча. Говорить смогут, стрелять вряд ли. Это похоже старший, или тот где то рядом. Надо этого колоть.– говорю я рассматривая нож.

Лейтенант наливает стакан и плещет в лицо лжемайору.

– Да вы, все с ума посходили. Да я вас в лагерную пыль. Да я вас к стенке поставлю.– начал он разорятся.

– Осилка нет, нож подправить?– спрашиваю я спокойно.

– За баком для воды посмотри.– говорит капитан.

– Вы, меня не слышите?– разоряется лже майор.

Я выхожу.