Диана Юнкевич – Тайна Чертова Логова (страница 10)

– Мам, у тебя всегда все смещается в отношении меня… Ты просто за меня боишься, вот и выдумываешь обо мне всякие небылицы. Ладно, мы пошли! – Шурка выскользнул из комнаты.

– Спасибо, Марина Сергеевна, до свиданья! – кивнула Вера и тихо закрыла за собой дверь.

– Ну наконец-то! Из когтистых пальцев маман не всем удается выбраться… На, пожуй! Проголодалась, наверное, – Шурка бережно протянул Вере бутерброд, нагнувшись, крепче завязал шнурок на кедах. – Что-то случилось? – он весь превратился в слух.

Вера шла рядом. Шурка раскрыл входную дверь – ее тяжелая ржавая пружина пронзительно заскрипела.

– Неужели смазать нельзя? – недовольно пробурчал он. – Надо отцу сказать. Верочка, ты чувствуешь, как сосной пахнет? Люблю сосновый воздух… «Он все болезни лечит, особенно легочные, ум бодрит и молодость сохраняет», – так моя маман говорит, – Шурка набрал полную грудь воздуха. – Все-таки хорошо здесь! Давно тут не был, нас папа сюда с мамой привозил на открытие лагеря…

Вдалеке грохотала вода, гремели глухие удары сталкивающихся плывущих предметов, неслось тревожное: «Помогите! Мы здесь! Сюда!»

– Шурка, а тебе не страшно? – в темноте, да еще в ночном бору, Вера чувствовала себя неуверенно – каждый звук лишал ее храбрости, и она уговаривала себя: «Не бойся! Все обойдется!» Потом приходила тревожная мысль: «Не обойдется! Демоны похитили Ларец… Зло расползается по земле!» Вере стало казаться, что в воздухе и в самом деле появилась вирусная инфекция, которая заражала людей через их слабости и пороки. А пороков у каждого предостаточно! Вера, прямо сейчас боролась со страхами – их оказалось у нее бесконечное множество, хотя она была не робкого десятка.

– Нет! – услышала Вера. – А кого здесь бояться? Лучше выкладывай, о чем хотела со мной поговорить.

– Шур, твоя мама какую-то девочку искала! – выпалила внезапно для себя Вера. – Может, с Мариной Сергеевной что-то серьезное произошло, например в юности? И какая-нибудь неразрешимая проблема гложет ее, а в особо напряженных ситуациях это проявляется? Говорят, когда глубинные проблемы разрушают психику, само это не проходит – над ними приходится долго работать, – Вера бросила пытливый взгляд на Шурку.

Тот, как всегда немного подумав, тут же начал проводить тщательный развернутый анализ:

– У маман в юности был серьезный стресс. Кто выдержит, если все близкие родственники пропали? Она одна осталась. Ты представляешь себя в таком положении?

У Веры даже мурашки побежали по телу. «О таком несчастье даже думать страшно, чтобы случайно не притянуть его к себе!» – Вера задрожала и на всякий случай поплевала через левое плечо.

А Шурка, довольный, что произвел впечатление на Веру, продолжал дальше анализировать ситуацию:

– Чего только маман в голову не лезло! Похоже, все передумала и всех схоронила… а с таким воображением, как у нее, – с дуба можно рухнуть или с ума сойти! Зато сейчас она благодаря нашей с тобой помощи быстренько пришла в себя, дай ей время – совсем успокоится. А тайна, конечно, у маман имеется. А как же ей жить без тайны! Было непреодолимое желание иметь сына (то есть меня) – желание сбылось. Но второе (она хотела еще и дочку) – оно несбыточное, так считает маман. Как она выражается, когда не в духе: у нас с отцом только дела в голове и дома нас никогда нет, а ей одной одиноко и дочка была бы ей отдушиной; а мы черствые, нам бы только подтрунивать над ее тонкой душевной организацией…

– Твоя мама хочет дочку? А ты хотел бы сестру? – совсем тихо спросила Вера – она понимала: Шурка в любой момент может взорваться.

– Не знаю! Если она будет такой, как твоя Лариса, – не хотел бы! – вспыхнул Шурка. – Я люблю свободу! Мне кажется, я не выдержал бы и пятнадцати минут, если бы меня подсиживали и сдавали.

Вера тяжело вздохнула – ей тоже было невыносимо жить в одном доме с Ларисой и Изольдой: они ненавидели ее, но перед папой разыгрывали комедию, расточая немыслимую щедрость и доброту.

– С судьбой не поспоришь… – выговорила Вера чуть не плача.

Шурка огляделся по сторонам – в сумраке виднелась деревянная театральная площадка. Он залез на сцену, пригладил короткие волосы и артистично поднес кулак ко рту:

– Для самой красивой девушки на свете – чтобы она никогда не грустила и помнила, что рядом с ней всегда ее друг, – песню исполняет Александр Солдатов. Слова Александра Солдатова, придуманные на ходу: ты самое добрейшее и светлое создание, созданное эльфами, сплетенное из серебряных звездных нитей! Если тебя не станет – мир без тебя будет тусклым и пустым! – затянул Шурка, не попадая ни в одну ноту.

– Шурка, хватит! Люди спят! – Вера заткнула уши. – Тебе медведь на ухо наступил, – она не выдержала, рассмеялась и столкнула его со сцены.

– Ну и что? Подумаешь – голоса нет. Я харизмой беру. Зато ты смеешься! Ну сама подумай: если бы я всего боялся, с оглядкой на людей жил… где бы я сейчас был? – Шурка серьезно, совсем по-взрослому взглянул на Веру – этот взгляд был таким пронзительным, мужественным и стойким, что ей стало перед ним неудобно.

– Прятался бы… Но мы с тобой не были бы друзьями, – Вера тяжело вздохнула – слабаков она с детства не переносила, а если нужно было наказать обидчика, делала это не раздумывая. Могла даже треснуть по спине, чтобы в следующий раз неповадно было.

– Вот и я о том же… Был такой народ – неандертальцы: они, несмотря на холод, осваивали новые земли, были смелыми и предприимчивыми. Представляешь? И в процессе всего этого развивались. Когда закончится наше расследование и мы вернем Ларец… а я в этом нисколько не сомневаюсь, – Шурка многозначительно посмотрел на Веру и продолжил глубокомысленно, с подчеркнутым безразличием: – Я бы их пещерные жилища и захоронения осмотрел…

– И куда ты отправился бы? – Вера вопросительно взглянула на Шурку, отмахиваясь от комаров: – Заели уже…

– Первым делом – в Южную Сибирь, на реку Лену…

– Здорово! – Вера вновь ощутила чей-то прожигающий взгляд – он имел ту же силу, что и взгляд с фрески на стене старой усадьбы. Ей снова стало зябко. – Ну, давай вернемся к нашим баранам, а мечты пока прибереги для будущего. Мы еще с первым делом не управились, – строго и невозмутимо сказала Вера.

– Верочка, ну сколько раз тебе говорить: я не мечтаю, я алгоритм выстраиваю! По алгоритмам любое событие происходит вовремя – точно как часы, без опозданий и спешки. Тебе соседи хорошие достались? – Шурка неожиданно перевел разговор на другую тему – так он делал всегда, когда возвращался к реальности.

– Да, – Вера кивнула, думая о другом. Все ее мысли занимало кладбище, но она решила молчать: «А вдруг Шурка сам догадается и спросит?»

– Арсений Павлович в корпусе номер двадцать. Сразу к нему двинемся, или у тебя есть другой план? – Шурка поднял с земли сосновую ветку и махал ею, отгоняя от Веры комаров.

«Шурка, ну скажи мне что-нибудь про кладбище!» – гипнотизировала его Вера, но он нисколечко не поддавался.

– Ну, что я говорил! Найдем твоего отца, – он остановился, посмотрел на Веру: – Ты не заболела? Все молчишь и молчишь! Может, у тебя что-то случилось? Или тебе просто здесь не нравится? – Вера поняла: про кладбище Шурка говорить не будет, и решила рассказать ему о другом, как ей казалось, не менее важном.

– Представляешь, собралась я к тебе – и, как ты думаешь, кого я встретила? – Вера загадочно посмотрела на Шурку. Они свернули с главной дороги влево и теперь шли мимо старых, еще не заселенных корпусов и теннисного корта.

– Ну и кого ты встретила? – Шурка скривил физиономию. – Подожди, не подсказывай! Наверное, Всеволода и Богдана. Нет – демонов без головы, но с копытами! – он весело засмеялся.

– Все шуточки шутишь! Изольду с Ларисой я встретила. И мне кажется, что у Изольды что-то произошло, – сказала Вера с некоторой долей сомнения; да, Изольда как-то сильно нервничала, но кому здесь хорошо? «Лишиться дома – разве кто-то может такое спокойно выдержать?»

– Почему ты так думаешь? Есть улики? – глаза Шурки вспыхнули азартом.

– Одни догадки, – с грустью ответила Вера; ей было жалко Изольду, она казалась ей беспомощной и одинокой, а Лариса почему-то относилась к ней высокомерно, даже бессердечно.

Ветер доносил встревоженные крики людей и животных.

– Не понимаю, как демоны могли украсть спрятанный Хранителями Ларец, – Вера с опаской и подозрением оглядывалась по сторонам – ей все время казалось, что сейчас кто-то очень опасный выскочит прямо на них и они не смогут с ним справиться.

– Я пока тоже не понимаю… Мы проведем расследование и найдем улики. Думаешь, их можно скрыть? – Шурка задумался, губы его задрожали.

– Думаю, можно. Есть тайны, которые могут открыться человечеству только в 2200 году, а то и еще позже. Открытия даются человечеству, когда оно в силах принять и использовать их во благо планеты. Крайне редко (но бывало и такое) какие-то законы открывались отдельным людям раньше времени, а потом из-за их непомерной гордыни и тщеславия человечеству наносился непоправимый урон. Так же произошло и с Ларцом – он попал в злые руки, – ветер подул сильнее, тревога Веры усилилась.

– Хорошо хоть время у нас пока есть. Я думаю, мы отыщем украденный Ларец. Все в наших руках, – Шурка ускорил шаг, и Вера, хоть и устала, тоже старалась идти быстрее.