Диана Ярина – Развод. Сердце пополам (страница 14)
Максим молчит, но я вижу, как его лицо искажается от гнева. Его глаза, которые еще недавно были холодными, теперь пылают яростью. Я чувствую, как воздух между нами становится напряженным, как будто вот-вот что-то должно произойти. Но я не боюсь. Я готова к этому.
— Значит, так, — говорит он, его голос становится угрожающим. — Ты можешь делать все, что хочешь. Но помни, что это будет на твоей совести. Я больше не буду тебе мешать.
Он разворачивается и уходит, оставляя меня одну.
Не обернувшись.
В груди растекается холод.
Сердце будто только сейчас раскололось надвое.
Одна часть его осталась в прошлом, где мы были влюблены и счастливы. В этой части сердца всегда останется память о хорошем и благодарность за все, что было светлого и радостного.
Но вторая половина моего сердца отравлена ядом его измен и предательства. Обуглившийся кусок сердца, в котором слишком много боли.
***
На следующее утро мне позвонил менеджер банка и взволнованным голосом сообщил:
— Людмила Евгеньевна, на ваш счет поступил очень крупный перевод. Просьба приехать в банк и подтвердить перевод.
Глава 13. Он
Кончено.
Под глазами жжет сухостью. В горле как будто ком.
Не ожидал, что последняя закорючка, поставленная в нашем разводе, так отзовется внутри.
Такой пустотой.
Тоской.
Жизнь, прожитая вместе, проносится перед глазами.
Первое свидание, секс, наша свадьба, сияющие глаза Люды. Когда-то я не мог на нее насмотреться и каждый раз, даже на несколько часов отлучившись, потом скучал невероятно сильно.
Летел к ней.
С цветами. Мне было важно ее порадовать, увидеть улыбку, сорвать поцелуй…
Наши дети.
Столько всего, господи!
Столько всего было и ничего не осталось.
Люда ушла, даже не обернувшись.
Тихо.
Дети поддерживают ее.
Знаю это, чувствую.
Так же, как чувствую, что они между нами разрываются.
Сердце рвется на две половины, но так ли они равны?
Мать всегда ближе и никакой выгодой это не перекрыть, но я и не пытаюсь.
Я один.
Работа. Офис.
Коньяк.
Снова пьян…
Теперь это — моя реальность.
Я еду на квартире к Леонелле.
Она встречает меня с улыбкой, тянет обнять.
Поняв, что я — выпивший, улыбается плотоядно.
Что, сука, снова надеешься залезть мне в трусы?
Мы только по пьяни трахались…
Прохожу внутрь, двинув ее плечом.
Сегодня мне не до сантиментов и секса тоже не хочется.
Мне этот секс спонтанный, отвязный всю жизнь поломал, брак разрушил.
Леонелла послушно семенит следом.
— Налить тебе выпить? — спрашивает она.
Смотрю на нее зло.
— И потом, что? Снова потрахаемся по пьяни? У нас ведь только по пьяни и было. Трезвым я на тебя бы не полез. А вот пьяным, когда ты передо мной сиськами и задницей крутила…
— Ты не в настроении? Что я могу сделать?
— Заткнуться.
***
Дергаю дверь холодильника в сторону.
Много соков, смузи, воды.
Еда разложена по контейнерам.
Подписана: завтрак-обед-ужин.
И на каждом контейнере — наклейка с названием фирмы, которая это готовила.
Я выбираю попить, долго дымлю в открытое окно.
Леонелла валяется на диване, жует какой-то фрукт.
Ее живот обнажен, она поглаживает его.
Почему-то это раздражает.
Как и вся ситуация, в целом.
— Когда у тебя обследование? УЗИ?
Она приподнимает голову, будто только что очнулась от сна.
Замирает.