Диана Волкова – Дар (Посвящение. Ритуал) (страница 54)
Вдруг посередине фильма изображение пропало, а по экрану побежала серая рябь. Очнувшись, как ото сна, Жан-Марк начал щёлкать кнопки пульта в попытках вернуть картинку на место.
Гулким эхом в шипящий звук телевизора ворвался трескучий голос, неизвестно откуда появившийся в уютном лофте и развеявший его вечернюю полудрёму:
«Жан-Марк, мерзавец, ты, наверное, подумал, что она теперь обратит на тебя внимание, жалкий ты тип?».
Молодой человек услышал последовавший за этим дикий хохот, скорее напоминающий скрежет металла, когда им с нажимом водят по стеклу. К скрежету присоединились дребезжащие и громыхающие звуки, как от столкновения тяжёлых транспортных средств или от сошедшего с рельс поезда.
Такое и вправду могло быть в кино, особенно когда смотришь нечто похожее в 3D-максе. Молодой человек сначала подумал, что случайно переключил канал, и стал нажимать на пульт ещё усерднее. Однако почти сразу понял свою ошибку…
От глыбой надвигающегося ужаса не было спасения. Этот звук как будто исходил из преисподней – он был одновременно и внутри его головы, и оглушительно отлетал от стен и предметов вокруг, обволакивая его плотной массой.
Это было очень похоже на то, как однажды на рок-концерте, куда его позвал приятель, они случайно оказались в непосредственной близости от мощнейших динамиков. Их тогда обоих надолго оглушило скрежетом настраиваемой гитары и грохотом барабанной установки, прежде чем они протиснулись сквозь толпу и оказались на безопасном расстоянии. Только на этот раз видимого источника вокруг не наблюдалось.
Через минуту громыхание, скрежет и скрипучий липкий голос невидимого существа исчезли так же внезапно, как и возникли.
Молодой человек, впервые за много лет испытав подобные сильные эмоции, сидел на диване, согнувшись и медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Чтобы оправиться от шока, он инстинктивно пытался отвести мысли от пережитого ужаса, перевоплотившись в маленького мальчика, каким был более тридцати лет назад.
Тогда, вернувшись из школы, где он терпел многочисленные угрозы и насмешки со стороны одноклассников, восьмилетний Жан-Марк мог часами вот так сидеть в оставшееся до прихода матери время.
Если бы она хоть раз застала его таким – раскачивающимся, с пустыми остекленевшими глазами, она, вероятно, отправила бы его к психотерапевту, одному из тех, которые с завидной периодичностью появлялись в жизни молодого человека с тех самых пор, как его родители развелись.
Вот и теперь Жан-Марк обдумывал необходимость записаться на внеплановый приём к своему нынешнему «мозгоправу». Что ни говори, но это уже второй случай, когда он пережил нечто необъяснимое за последние два дня, и это начало его серьёзно беспокоить.
До рассвета оставалось не более трёх часов. До того момента, как заработает офисный телефон психотерапевта, –шесть. Не в силах стряхнуть пережитый ужас и заставить себя пойти спать, Жан-Марк решил не ложиться вовсе. По крайней мере, это для него не ново, и с этим он вполне мог справиться самостоятельно.
Зацепившись за последнюю мысль как за спасательный круг, молодой человек натянул повыше плед, снова шумно отхлебнул из стакана и поудобнее устроился на своём роскошном диване с намерением смиренно ожидать наступления утра.
На экране снова шёл фильм, но ни вникнуть в развитие сюжета, ни даже заставить себя переключить на него свои мысли Жан-Марк так и не смог.
***
Элен вернулась с вечерней прогулки с малышом раньше обычного. Всю дорогу из супермаркета, пока дочка мирно посапывала в коляске, она боролась с необъяснимым чувством тревоги.
Ничего из того, что беспокоило молодую мать ещё утром, не могло быть причиной её настроения, потому что ни прямых, ни косвенных причин для тревоги у неё не оставалось.
Хлою выписали почти сразу после утреннего осмотра, врач уверил её, что с ребёнком всё хорошо и такие ситуации естественны в период, когда у малышей растут первые зубы, а объективных оснований для беспокойства за здоровье ребёнка у него нет.
С братом в течение дня она созванивалась несколько раз, он уверил сестру, что и у него всё в полном порядке, а причина, по которой он не мог приехать, не касалась никаких форс-мажорных обстоятельств, просто до них добираться более десяти часов, а, зная характер и, что ещё более важно, привычку молодой матери наводить панику на пустом месте, это было бы просто тратой времени и средств.
Это походило на правду, Элен отдавала себе отчёт в том, что она (то ли из-за неопытности и неуверенности, то ли из-за всепоглощающей любви к ребёнку) испытывала почти не прекращающийся необъяснимый страх за её жизнь. И часто, не имея на то оснований, Элен и вправду начинала паниковать буквально из-за ерунды.
И вот сейчас, проходя мимо сквера, в котором часто гуляла с Хлоей в вечерние часы перед кормлением, она стремительно прошла мимо, решив, что лучше вернуться домой пораньше и не рисковать хрупким здоровьем малышки, которая, как ей теперь казалось, была слишком легко одета для долгой прогулки.
Чтобы поправить одеяльце, она остановилась буквально на секунду, но и этой секунды ей хватило, чтобы краем глаза заметить в витрине отражение следующей за ней по пятам знакомой мужской фигуры в чёрном тренче.
От неожиданности Элен поднесла ладонь к губам, будто пытаясь сдержать крик, но тут же одёрнула себя, решив не подавать вида, что узнала его и тем более испугалась.
Вокруг достаточно плотным потоком шли люди: кто-то с работы, кто-то, как и она, совершая вечерний моцион. Так что затеряться в толпе было легко, а вот реальная угроза от незнакомого человека казалась невозможной. Его спугнут прохожие, или в случае чего наверняка кто-то вмешается, чтобы защитить молодую женщину, и вызовет полицию. Это был мирный район, который обычно называют благополучным, где о преступности знают только из сводок новостей или из фильмов.
Однако чувство угрозы не отпускало Элен. Заметно ускорив шаг, очень скоро она оторвалась от своего преследователя и ещё через десять минут, обернувшись и не увидев своего нового «знакомого» за сотню метров вокруг, она уже было начала сомневаться в том, что видела, когда почти лицом к лицу столкнулась с ним в своём дворе.
От неожиданности Элен отпрянула в сторону. Она могла поклясться, что никогда раньше сегодняшнего утра этого человека не встречала, однако мужчина снова сделал вид, будто они старые приятели, и, улыбаясь, раскрыл руки, как бы приглашая её обняться.
Стремительно пролетев мимо и ускользнув от расставленных рук, молодая мать с коляской скрылась за тяжёлой дверью парадной, затем так же быстро юркнула в свою квартирку на первом этаже.
Закрыв дверь на все замки, Элен прислонилась спиной к стене и, вдруг обессилев, медленно сползла по ней на пол. От обморока её спас крик проснувшейся и проголодавшейся дочурки.
Материнский инстинкт оказался сильнее временного помешательства. Уже через минуту, деловито улюлюкая и быстрыми привычными движениями разводя одной рукой в бутылочке порошок детского питания, а другой придерживая на плече свою самую драгоценную малышку, она приступила к обязанностям матери легко и непринуждённо, как будто только для этого и была рождена.
Внешне больше ничего не выдавало её беспокойства, но внутри Элен клокотали и просились наружу такие сильные эмоции, о которых она и не подозревала. Это был и ужас от происходящего, и безысходность её положения, и желание сбежать куда-то и спрятаться, и нарастающая злость в адрес брата, который оставил её одну, а сам скитается бог знает где!
Окно небольшой, но уютной кухни выходило во двор, и там среди наступающих сумерек она снова увидела знакомую тень, которая на этот раз грациозным театральным жестом сняла с головы шляпу и, взмахнув ею, склонилась в реверансе.
«Он ещё и издевается!» – с яростью отметила Элен, но тут же решила, что вполне способна порвать его на части, если только он посмеет приблизиться ещё раз к ней или к ребёнку.
За всеми этими эмоциями молодая женщина даже не успела подумать, что бы это всё значило, кто этот человек, что ему нужно и по какой причине он преследует её с малышкой. Молодая мать лишь инстинктивно чувствовала надвигающуюся угрозу, росло ощущение неизбежной беды, если вдруг она снова окажется рядом с этим человеком.
Набрав номер брата и снова услышав в трубке голос автоответчика, Элен уже совсем смирилась с необходимостью самостоятельно справляться с возникшей ситуацией. И решительно набрала номер ближайшего отделения полиции.
Глава XIX
Беспокойная ночь
Этой ночью, когда все обитатели огромного дома уже погрузились в глубокий сон, Ивонн ворочалась на своей двуспальной кровати, утопая среди многочисленных кружевных подушек, как в нежном облаке. Полудрёма за прошедшие годы стала для неё привычным состоянием: ей не удавалось выспаться из-за того, что трудно было различить, видит ли она сон или уже начинается реальность.
Ивонн тем не менее силилась отогнать от себя гнетущие мысли о предстоящем назавтра испытании, так мешающие ей погрузиться в сновидение и настроиться на происходящее в нём.
Благодаря наставничеству Федерика и его помощи, попадая в глубокое сновидение, Ивонн могла теперь контролировать события в нём силой своего внимания. Но на этот раз никак не удавалось ухватиться ни за что из того, что она одновременно наблюдала и как будто со стороны, и находясь в центре происходящего. Ни одно из стремительно разворачивающихся событий не получалось усилием воли взять под контроль.