Diana Panamis – Позови меня (страница 7)
Джоанна кричала, металась и рыдала, пытаясь вырваться из парализовавшего её оцепенения, только это всё бессмысленно, тело было в состоянии полнейшего покоя, она находилась словно в глубоком сне.
То проваливаясь в бездну, то вновь прорываясь к сознанию, на протяжении нескольких часов Джоанна боролась с захватившим её параличом. Страх и осознание неизвестности, что успел натворить обезумевший супруг, ни на секунду не покидали девушку, придавая ей сил, в этой неравной борьбе.
С первым проблеском солнечных лучей, к ней постепенно начинала возвращаться чувствительность, сперва Джоанна смогла пошевелить пальцами правой руки, затем она смогла сжать их в кулак, а уже через несколько минут, с трудом девушка сползала с кушетки. Ноги ещё отказывались двигаться, поэтому при первой попытке, Джоанна рухнула на пол, но продолжила бороться, сантиметр за сантиметром, подползая к двери.
Чтобы хоть как-то вернуть подвижность, Джоанна била по ногам, растирала и снова барабанила, слёзы не переставая текли по щекам, предчувствие подсказывало, нечто ужасное.
Что именно мог натворить её больной супруг? Ужасные варианты проносились в голове, пока Джоанна что было сил бежала сквозь заросли, спеша домой. На самом деле, если Роберт действительно способен на те ужасные деяния, о которых рассказал рабочий, а теперь Джоанна уже в этом не сомневалась, значит, от него можно ожидать чего угодно.
Но только не то, что она увидела, выйдя из леса…
– Нет! – закричала Джоанна и бросилась бежать, через небольшой луг, за которым находился некогда огромный особняк семьи Фарли.
Теперь же, от него остались искорёженные и почерневшие от нещадящего никого и ничего пламени, развалины. Крыши и второго этажа, где находились все спальни, не было вообще, всё выгорело и обрушилось. Обгоревшие, одинокие стены стояли, образуя адский котлован, похоронивший в себе всех…
– Нет, пожалуйста! – Джоанна бежала, она спотыкалась и падала, царапая ноги в кровь, но поднималась и продолжала бежать. – Шарлин! Нет! Господи пожалуйста, не надо только не это! – Она упала на колени, рыдая от неописуемой боли. – Господи, нет! Шарлин!
– Джоанна!?
Голос Ноэля, вывел девушку из транса вселяя надежду, – Ноэль? – она поднялась, маркиз в мгновение оказался рядом.
– Джоанна, – Ноэль сгреб её в объятия, – Я думал ты мертва. – Ощупывал руки, шею, плечи и снова обнял. – Ты цела?
– Ноэль, – Джоанна отстранилась, и вглядываясь в глаза, с надеждой в голосе задала единственно важный вопрос, – скажи, Шарлин с тобой? – Слёзы что стояли в его глазах, дали свой ответ, – Ноэль, не молчи, – взмолилась обезумевшая от горя мать, – ну не молчи же ты! – она вцепилась в рубашку, – Прошу скажи что ты спас её! – трясла она его, – Умоляю! – Ноэль ещё крепче прижал рыдающую Джоанну к груди и плакал сам глядя, на тлеющую могилу дочери. Он потерял её, не успев обрести…
Глава 4
Самое ужасное что может произойти с человеком – это потеря близкого человека, а когда этим близким оказывается единственная дочь, тогда жизнь теряет всякий смысл. И понять для чего нужно просыпаться по утрам, есть, пить и просто дышать, неимоверно сложно, когда единственное чего желает сердце, это оказаться рядом с ней…
– Как она? – Спросил Ричард, когда Кэтрин вошла в кабинет Ноэля.
– Также, – Кэтрин глянула на брата, Ноэль сидел в углу комнаты и отрешенно смотрел в окно.
С того момента, как произошла трагедия, прошло два дня, Джоанна находилась на грани сумасшествия, но, хотя бы уже перестала, вырываться и бежать на место пожара, теперь она просто заперлась в комнате и никого не впускает.
Графиня Ливингстон взяла на себя все приготовления к похоронам. Тела, которые удалось извлечь, вернее, то, что от них осталось, опознать невозможно, поэтому было принято решение, произвести захоронение в одной, общей могиле.
Это неимоверно сложно держать себя в руках, когда сердце разрывается от боли, но Кэтрин понимала, она нужна брату и особенно Джоанне, ведь она в одночасье потеряла всех.
Страх что брат снова начнёт пить и замкнётся в себе, не покидал, графиня слишком ярко помнила о том, как тяжело Ноэль переживал время, когда считал Джоанну погибшей. Только, с момента пожара, брат не выпил ни глотка спиртного, как, собственно, и воды, либо чего-нибудь другого.
– Я не знаю, что делать, – Кэтрин жестом отозвала мужа в сторону, – Джоанна отказывается выходить, – говорила графиня шёпотом, – вероятно, нужно взломать дверь, я боюсь, она может что-нибудь с собой… – не успела договорить, Ноэль поднялся и быстрым шагом направился к выходу.
– Джоанна, – позвал он, подойдя к комнате, в ответ тишина, – Джоанна! – Повторил он громче и забарабанил в дверь. – Джоанна открой дверь или я её выломаю! – ещё несколько ударов отозвались эхом в коридоре, Ноэль прислонился лбом к двери и тихо произнёс, – Позволь мне быть рядом… – он замолчал, прислушиваясь, – Позволь мне помочь тебе, – в ответ лишь тишина, – Она была и моей дочерью, – вся боль отразилась в голосе. – Ты слышишь? Шарлин была и моей дочерью! – Снова забарабанил.
Щелкнул замок, Ноэль медленно толкнул дверь. Джоанна стояла посреди комнаты, повёрнута спиной, плечи поникшие, платье тоже что и два дня назад, почерневшее от сажи и грязи, руки изранены, после попыток отыскать дочь среди обломков. От увиденного сердце маркиза ещё больше сжалось от боли.
– Я говорила, не нужно было сюда приезжать, – произнесла она еле слышно, Ноэль обнял, прижимая Джоанну к груди, он понимал, нет таких слов, которые могут утешить убитую горем мать. – Я просила, – рыдала она, – просила… – Через какое-то время Джоанна затихла и отстранилась, подняла опухшие от слёз глаза. – Меня не было рядом, если бы я была там, я могла бы спасти её.
– Джоанна…
– Этот всё ты. – Перебила она его, – Это всё твоё письмо, Роберт нашёл его. – Джоанна словно обезумела, – Это всё твоё чёртово письмо! – Она ударила Ноэля в грудь один раз, потом ещё и ещё. – Зачем я пошла туда, зачем!? – Ноэлю пришлось насильно прижимать, обнимая бьющуюся в истерике Джоанну, он продолжал держать её так, пока девушка не сдалась и обмякла словно безжизненная кукла… – Это моя вина, моя… – повторяла она.
Всё происходило будто в жутком сне, Джоанна изводила себя мыслями, поступи она по-другому, не поддайся искушению, Роберт не нашёл бы никакого письма, его бы просто не было, а сама Джоанна находилась бы с дочерью, да и Роберт не взбесился бы. В том, что поджог устроил именно он, сомнений не могло быть. Поэтому, единственное заключение к которому она пришла это, её собственная вина…
Именно в таком состоянии Джоанна находилась последние несколько часов. Она не разговаривала, не плакала, Джоанна словно больше не жила, она не сопротивлялась, когда Кэтрин помогала ей раздеться и умыться, а затем надеть чистое и теперь уже траурное платье, причесала и заплела волосы.
– Мамочка! – Джоанна поднялась и закрыла уши руками, ей постоянно слышится голос дочери, это невыносимо.
Реакция графини, которая также в недоумении смотрела на дверь, означала, она тоже его слышит.
Больше ни секунды не сомневаясь Джоанна выбежала из комнаты, находясь у лестницы она замерла, боясь, что это всего на всего сон или безумие, схватилась за перила, чтобы не упасть. В низу, в холле, стояла её Шарлин держа Грейс за руку.
– Шарлин, – выдыхая произнесла Джоанна, слёзы счастья застлали глаза, а Джоанна бросилась вперёд.
– Мамочка! – Шарлин бежала навстречу.
В тот самый момент, воссоединения матери с дочерью, в дом вбежал Ноэль, дворецкий послал за ним слугу, как только девочка появилась на пороге особняка.
Медленно, словно до конца, не осознавая и не веря в чудо, Ноэль подошёл к обнимающей дочь Джоанне, опустился на колени и дрожащей рукой, коснулся кудрявой, белокурой головки своей дочки.
Обнимая своё счастье, Джоанна плакала и улыбалась сквозь слёзы, глядя на Ноэля…
– Я не знаю, что на брата нашло …
После того как, все успокоились и могли спокойно вздохнуть, стал вопрос, «Что именно произошло?». Ноэль, Ричард, Кэтрин и конечно Грейс собрались в библиотеке. Только Джоанна была наверху, в своей комнате, не желая оставлять дочь даже на минуту, которой после пережитого, требовался отдых, как, собственно, и Джоанне. Да и, если честно, Ноэль сам не желал, подвергать Джоанну очередной пытке, так как это слишком болезненно вспоминать, не только по причине произошедшего с Шарлин, но и по причине гибели преданной служанки Джоанны, которая была для неё скорее как мать, чем прислуга или даже подруга.
– Роберт обезумел, он запер комнату, и… – Грейс замолчала, ей было сложно говорить, – я почувствовала запах дыма, даже не знаю как, я смогла выбраться через окно. – Её трясло.
– А Шарлин, как она оказалась с вами? – спросил Ноэль.
– Лина, служанка Джоанны помогла спустить девочку.
– А сама женщина? – Поинтересовалась Кэтрин.
– Она не смогла, – Грейс опустила голову и заплакала. – Простите, я испугалась и убежала вместе с Шарлин.
Ноэль поднялся, взял стакан, налил немного воды и подойдя протянул девушке, – Прошу не вините себя. Вы даже представить не можете, насколько мы все вам благодарны.