Diana Panamis – Позови меня (страница 5)
За дверью послышался шум, Джоанна быстро сложила письмо, запихнула за корсаж платья и дрожащими руками сделала вид будто поправляет причёску, когда Роберт вошёл в спальню.
– Дорогая, ты не видела Грейс, всё утро не могу её отыскать?
– Нет, – поспешно ответила девушка, и добавила, – погода чудесная, возможно, она пошла прогуляться, – говорила медленнее и как можно спокойнее, стараясь скрыть своё волнение.
– Ты не могла бы проверить? – Он смотрел на Джоанну в зеркале.
– Конечно, я поищу, – она улыбнулась и как можно быстрее вышла из комнаты, надеясь, что муж не заметил её волнения.
Роберт редко злился, никогда не повышал голос, тем более никогда не поднимал руку, но его взгляд, тот всегда требовал быстрого и полного повиновения. А ввиду того, что Джоанна имела свой горький опыт, замужества, она и не стремилась перечить, да и поводов не было, Роберт всегда заботился об их благополучии, совершенно не давая поводов сомневаться в нём.
Их брак, носил строго деловой характер и Джоанну всё устраивало, она получила, мужа, его имя соответственно и конечно отца для Шарлин, чтобы девочка не дай Бог, не прослыла незаконнорождённой, но имела шанс на полноценную жизнь. Роберт же, кроме статуса женатого мужчины и дочери, обрёл возможность скрыть свою истинную натуру, и не бояться презрения или поругания общества.
Дело в том, что Роберта Фарли не прельщали женщины, от слова совсем, в какой-то степени, они были ему противны, а сама мысль о соитии внушала ужас, сродни мерзости, вызывая рвотные позывы, следовательно о наследнике не могло быть и речи. Поэтому, когда над Фарли нависла угроза позора, после скандального самоубийства лакея, Джоанна, вместе со своей дочкой, оказалась как нельзя кстати, и, разумеется, после появления миссис Фарли все подозрения касательно причастности самого Фарли к гибели парнишки сошли на нет.
В соглашении же между будущей четой, строго подчёркивалось, «Никакой близости между супругами быть не может», но в то же время оговаривалось, что и миссис Фарли не имеет права заводить любую интимную связь на стороне. Взамен Роберт, обязуется заботится о них с Шарлин, обеспечивая всем необходимым. Вероятно, благодаря таким условиям Джоанна и согласилась на брак, ярко помня печальный опыт замужества, казалось, это именно то, что нужно. И действительно, практически за пять лет их совместной жизни, Роберт Фарли никогда не изъявлял желания, прийти в покои жены ночью. Джоанна в свою очередь, не интересовалась, где её супруг удовлетворяет свои плотские желания, а сама, как и обещала была честна. Вот только, это было до появления, маркиза Ровендейл…
Прочесав весь сад и окрестности поместья Джоанна возвращалась в дом, Грейс действительно нигде не было, это странно, девочке незнакомы здешние места, не говоря уже об полном отсутствии друзей.
Крики, доносившиеся из дома, заставили Джоанну ускорить шаг, там явно что-то стряслось.
– Ты не заставишь меня! – кричала Грейс, когда Джоанна буквально вбежала внутрь, – Ты мне не отец!
Звук пощёчины раздался эхом, отражаясь от стен, на несколько секунд Джоанна замерла, наблюдая эту картину, девушка опешила, она никогда не видела Роберта в таком состоянии. Грейс плакала, долго не раздумывая Джоанна бросилась туда, стремясь защитить золовку.
– Даже не смей это делать! – Роберт схватил её за руку, останавливая, – она сама виновата! – Буквально прошипел он.
– Роберт, ты делаешь мне больно, – стараясь успокоить и в то же время не разгневать мужа ещё больше, Джоанна говорила спокойно, в таком состоянии она его никогда не видела, – Успокойся, ты напугаешь Шарлин, – она стала между ним и рыдающей Грейс, – Объясни, что произошло?
– Что произошло? – он говорил тише, но от этого не менее зловеще, – Если бы ты знала где я её нашёл! – Фарли замолчал, он не просто злился, а был в ярости, и это был первый раз, за всю их совместную жизнь.
– Да, расскажи ей! – Грейс плакала. – Поведай страшную тайну!
– Замолчи! – Роберт снова перешёл на крик, казалось он готов ещё раз ударить сестру.
– Тебе не заставить меня! Я скорее умру!
– Я могу посодействовать в этом, – прошипел Фарли.
Джоанна, которая обнимала, пытаясь успокоить плачущую Грейс, уставилась на мужа, – Роберт, что ты такое говоришь?
– Тебе лучше замолчать, а ещё лучше, иди к дочери! – он указал на лестницу, – это наше, семейное дело. – И посмотрел взглядом говорящим, «Я жду».
Шокированная Джоанна поднялась, Грейс вскочила вместе с ней, не отпуская руку, словно черпая силы и поддержку.
– Ты просто злишься, что Эндрю отказал, тебе! Думаешь я не знаю о твоих грязных наклонностях! – Грейс кричала словно обезумевшая.
– Замолчи! – прорычал Фарли и занёс руку чтобы ещё раз ударить сестру, только Джоанна успела отпихнуть Грейс, от чего под ударом оказалась её собственная щека. Звук пощёчины, а после и капля крови выступившая на губе жены, сработала как отрезвляющий фактор, но лишь на несколько секунд. Роберт замер, Джоанна молчала, она по-прежнему держала за руку рыдающую Грейс, Фарли отвернулся и сжал кулаки. – Идите наверх, обе… – проговорил он голосом похожим на рычание, а в конце добавил, – Теперь, ты выйдешь оттуда, лишь в день своей свадьбы. – Грейс ещё громче заплакала, а Джоанна посмотрела на строгий профиль своего мужа, казалось, она совсем его не знает, это совершенно другой человек.
Вот что действительно было ей знакомо, так это последние сказанные им слова, когда-то она и сама слышала такие же, только из уст своей тёти.
– Пойдём, – позвала Джоанна тихонько, и обнимая за полечи, повела всё ещё рыдающую Грейс, в комнату. Поднимаясь по лестнице, они услышали, как хлопнула входная дверь, это был Роберт.
Глава 3
Как только они оказались в комнате, Грейс в рыданиях бросилась на кровать, Джоанна понимала чувства золовки.
– Дай брату немного времени, остыть, – говорила она, присев на край кровати, Джоанна успокаивающе, гладила Грейс по спине, – думаю он ещё не осознал, что ты уже совсем взрослая и…
– Ему плевать на меня, – проговорила Грейс всхлипывая, – он думает только о себе.
– Не говори так…
– Ты думаешь его заботит моя участь!? – перебила её Грейс, она села и посмотрела на Джоанну, – Ему плевать на меня, – повторилась она, – мой братец создал свой сказочный мир, в котором он, эдакий любящий, положительный и просто, хороший семьянин, а на деле, – Грейс посмотрела на дверь и в отвращении произнесла, – мой брат, моральный урод.
– Грейс… – начала Джоанна, но та вновь перебила её.
– Ты поменяешь своё мнение, когда узнаешь всё, на что способен мой братец. Так же, как и я поменяла.
На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, в глазах Джоанны читалось сомнение, смешанное со страхом, «Кем же в действительности является её муж?».
– До недавнего времени, я и сама считала своего брата чуть ли не Господом Богом, пока Эндрю не открыл мне глаза.
– Грейс, я понимаю, – Джоанна пыталась успокоить девушку, – ты влюблена…
– Дело совсем не в этом! – Грейс вскочила, её заметно била дрожь, – Мой брат причастен к смерти одного из рабочих! Пожалуйста выслушай меня, – взмолилась Грейс видя сомнение во взгляде Джоанны, – Это было шесть лет назад, – Грейс погрузилась в воспоминания, – у нас в конюшнях работал, один парень, его звали Ким, он иногда учил меня ездить верхом, несмотря на запреты Роберта, – на мгновение её глаза засветились, – а потом, он исчез. «Сбежал мерзавец», именно это сказал мне тогда мой братец, – очередная волна отвращения отразилась на лице девушки при воспоминании, она замолчала и посмотрела на Джоанну, полными слёз глазами. – А недавно, я узнала, никуда он не уехал, его нашли повешенным на балке в подвале. – Джоанна медленно поднялась, – я знаю это, потому что, – её голос дрожал, – потому что, Роберт проделывает это и с Эндрю.
Джоанна взяла Грейс за плечи, глядя прямо в глаза, девушка пыталась отыскать в них, хотя бы самую малую часть того, что это не правда.
– Моему брату доставляет удовольствие наблюдать, как человек мучается в предсмертной агонии, но он не доводит дело до конца, чтобы потом проделывать это снова и снова. – Грейс замолчала, а когда заговорила голос её был тихий, – Мой брат чудовище, Джоанна, – она посмотрела на шокированную услышанным Джоанну и повторила, – чудовище.
– О Грейс, – Джоанна обняла девушку, понимая, бедняжке необходимо утешение.
Успокаивающе поглаживая плачущую Грейс, Джоанна обдумывала её слова, «Сказанное действительно ужасно, и в то же время, в это сложно поверить. С одной стороны Роберт, всегда добрый и отзывчивый, и заподозрить его в таком, неимоверно сложно. Но, с другой стороны, их договор о совместном ложе? И пусть предположить, что ему не притягательны женщины, а по нраву мужское внимание, Джоанна слышала о таком, но чтобы вот так, это уму не постижимо».