Diana Panamis – Позови меня (страница 3)
– Дорогая! – Ричард на полтона повысил голос, – Роберт ясно дал понять…
– Я понимаю, – перебила его Кэтрин, – но возможно они до сих пор не знают, что Уоллес был казнён! – Графиня Ливингстон всегда стояла на стороне справедливости, и теперь было сложно остановить её разбушевавшееся негодование. – Посмотри на них, – она указала рукой на застывшую Джоанну, в глазах которой читался ужас. – Они ничего не знают!
– Как казнили? – спросила Джоанна и это были первые её слова за всё время. Она смотрела на Кэтрин.
– Да, – ответила та, негодующе вздёрнув подбородок, Кэтрин злилась на Джоанну, по вине которой, её брат столько лет страдал, поэтому, и не собиралась жалеть, – нашлась третья жена и дала показания, так что, – она замолчала, будто для пущей трагичности ситуации, – как оказалось, ваш брак был недействителен.
Ощущение будто весь мир рухнул, лишило Джоанну последних сил сопротивляться боли, слезам, да и просто дрожи в руках. Ясно понимая, что если, прямо сейчас она не покинет столовую, то рискует расплакаться у всех на глазах.
– Прошу меня извинить, – Джоанна быстро поднялась и спешно, практически выбежала из столовой.
Повисла неприятная тишина, Роберт явно волновался за супругу, поэтому смотрел вслед только что ушедшей Джоанны.
– Прошу прощения, я никого не хотела обидеть, я лишь хотела сказать, что негодяй получил по заслугам, – прикинулась невинной Кэтрин, а сама не забывала следить за братом, – думаю будет лучше, – она поднялась, – если я извинюсь…
– Думаю будет лучше, – перебил её Ноэль, – если мы покончим с этим, – он поднялся, бросил салфетку на стол и спешно вышел.
Джоанна выбежала в сад, надеясь, что свежий воздух поможет ей справиться с грозившейся вырваться наружу истерикой, но воздуха будто мало, она шла вперёд, жадно хватая его лёгкими, пока не скрылась за цветочным забором. Там в тени густых насаждений она дала волю слезам, не сдерживая больше этот горький поток. Боль и обида терзали, сознание бедной девушки, разрывая её изнутри. Если бы она доверилась ему, если бы не сбежала, всё могло бы быть по-другому…».
Далеко за полночь, Джоанна вышла из комнаты Шарлин и тихонько побрела в свою. Весь дом вероятнее всего уже спал, слуги в том числе, и только половицы слегка поскрипывали под тихими шагами Джоанны. Это был тяжелый день, но она выстояла и пусть осознание сотворённой некогда глупости, разбило сердце и уничтожило, возможно единственную надежду на прощение, зато теперь, она беспрепятственно сможет покинуть Англию, навсегда.
«Ничего, я выдержу, я смогу быть сильной», рассуждала Джоанна, войдя в свою комнату и замерла, у окна стоял Ноэль, пусть в комнате и царила тьма, но Джоанна сразу узнала его и это не удивительно, сколько ночей находясь в кромешном мраке её сердце трепетало, вспоминая о нём. Было время, когда Джоанна нарочно оставляла гореть несколько свечей, не позволяя призраку прошлого, врываться в её, новую жизнь.
А сейчас, это не призрак, Ноэль и вправду здесь, сердце обдало жаром, ноги сделались ватными, руки вновь затряслись, всё настолько болезненно знакомо, будто было лишь вчера. На долю секунды Джоанна потеряла контроль позволив своему сердцу возрадоваться, после чего вспомнила о дочери.
– Роберт, дорогой, ты ещё не спишь? – Она нарочно сделала вид будто не узнала его, – я уснула, извини, – говорила и мысленно молилась об одном, чтобы голос не выдал волнения, сердце стучало где-то в висках, и умом Джоанна понимала, для убедительности нужно что-то делать, создать непринуждённость, вот только её тело отказывалось повиноваться.
– Ловко придумано, – Ноэль говорил тихо, и пусть его глаз она не могла видеть, но взгляд ощущала в полной мере, он прожигал насквозь. – Браво, – несколько раз негромко похлопав Ноэль подошёл, – Браво, – повторил он и медленно обошел Джоанну, словно разглядывая со всех сторон. – Вы же не думали, что я клюнул на ваш мастерски разыгранный спектакль. – Договорил он и стал близко, слишком близко. – Я вас заждался…
«Приросшая к полу», Джоанна не могла здраво мыслить, его присутствие лишало её такой возможности, она зажмурила глаза, пытаясь избавиться от наваждения.
– Неужели, за столько лет, вы ни капли не скучали по мне, что даже, не желаете заглянуть в глаза? – говорил он тихим завораживающим голосом.
«Скучала! Если бы ты знал, как же я скучала!», кричали мысли разрывая голову изнутри, в то время как голос произнёс: – Нет, – Джоанна открыла глаза.
– Я не верю вам, – Ноэль всматривался, в некогда любимые озёра глаз, пытаясь отыскать в них подтверждение, своим словам – не верю ни единому слову.
– Это ваше право, – с неимоверным усилием Джоанна сумела взять себя в руки, обошла Ноэля и направилась к комоду, на котором стояли свечи, казалось если их зажечь, всё наваждение из прошлого исчезнет.
Джоанна уже успела взять в руки спички, как за спиной раздался голос, полный боли и отчаяния.
– А я скучал по тебе.
На самом деле, еще перед ужином, да и на нём тоже, Ноэль был уверен, что возненавидел её, он желал терзать её сердце, так же как она терзала его, все эти пять лет. Маркиз твердил себе, что находится в этом доме исключительно ради дочери, и терпит их всех ради неё же. Но стоило ему вернуться домой, да что там, ещё по дороге, находясь в карете, он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не развернуть лошадей. И вот, обманув сестру, сказав, что затеряется в кабаке, Ноль Ронвелл, маркиз Ровендейл как вор, прошмыгнул в комнату Джоанны, твердя себе что желает лишь объяснений. Именно это он твердил себе, но вспомнил ли маркиз об этом, увидя Джоанну?
Пытаясь достать спичку дрожащей рукой, Джоанна ощущала его дыхание, он рядом, и единственная её мечта в тот момент, это, забыть обо всём, развернуться и крепко обнять того единственного, о ком мечтала, с того самого момента, как узнала, что такое любовь. Хотя нет, даже раньше, с момента, как поверила в судьбу…
Чиркнув спичкой, Джоанна зажгла свечу, пламя заиграло на стене отбрасывая блики, но освобождение не пришло, на самом деле уже давно не важно, темно в комнате или нет, когда он рядом, бедное сердце готово выпрыгнуть из груди, от радости и в то же время от жуткой печали.
Ещё одна спичка пылает, готовая зажечь спасительное пламя, только у маркиза другие планы, наклонившись Ноэль задул свечу, а Джоанну притянул к себе, положив руку на тонкую талию. Он больше не мог сопротивляться, желанию коснуться её.
– Всё так, как я помню, – Ноэль наслаждался близостью, и ароматом её кожи, – Господи, как же я скучал по тебе, – проговорил он, вдыхая запах волос, как же часто Ноэль представлял себе этот момент. Джоанна же была не в силах пошевелиться, – Пожалуйста, не отталкивай меня, – шептал он ей, касаясь губами шеи.
Закрыв глаза, Джоанна застонала, а Ноэль, казалось, он потерял голову, столько лет мечтая о ней, маркиз Ровендейл позволил себе, окунуться с головой во всепоглощающую страсть. Продолжая покрывать поцелуями нежную кожу, он прочерчивал жгучую дорожку, не пропуская ни сантиметра, заставляя трепетать изнывающую от любви Джоанну. Она даже не заметила, когда платье сползло с плеч, Ноэль продолжал осыпать её кожу горячими поцелуями. Джоанна сдалась, прижавшись спиной к его груди, девушка положила голову Ноэлю на плечо и застонав от удовольствия, закусила нижнюю губу, её дыхание участилось, а когда он сдавил грудь, Джоанна задохнулась от наслаждения. Терзая алые бутоны сосков Ноэль, доводил её до безумия, а когда с губ сорвался очередной стон, он развернул девушку к себе и жадно впился в нежные и податливые губы, поглощая сладостный стон.
Джоанна даже и не думала сопротивляться, тоска по любимому выиграла поединок в неравном бою. После стольких лет тоски и страданий она наконец заслужила, эту частицу счастья.
Обняв обеими руками, она стремилась ещё ближе, ещё сильнее прижаться к жаждущему телу, Ноэль приподнял Джоанну крепче прижимая к себе. Сумасшествие поглотило обоих, они будто обезумели от тоски друг по другу, не размыкая объятий и не прекращая поцелуи, они двигались словно одно целое. Найдя опору у ближайшего подходящего предмета мебели, которым оказался трельяжный столик, Ноэль усадил на него Джоанну, у девушки и в мыслях не было мешать ему, оттолкнуть или воспротивиться, она жаждала его не меньше. Весь мир застыл, и прекратил своё существование, когда, убрав все возможные разделяющие их преграды Ноэль вошёл в её глубины одним жадным рывком…
Глава 2
– … .»
«Ночь в очередной раз стала их верным спутником, словно проводником в мир несбывшихся мечт, она же некогда подарила первую встречу, поцелуй и оставила после себя надежду, которой не суждено было сбыться, ни тогда в небольшой комнате-чулане, ни спустя год, на том же месте…
Луна протискивалась светом, сквозь занавески, отбрасывая неуверенные лучи на окружающие предметы, один затронул комод, другой робко падал на кресло, которое находилось практически у самого окна, третий же, словно свидетель недавней страсти, освещал не только разбросанную по полу одежду, но и теперь уже одиноко стоящий трельяж…
Наслаждаясь близостью, влюблённые словно страшились, что это всего на всего сон, и с наступлением рассвета он исчезнет, а вместе с ним и это тепло. Они любили друг друга долго, страстно, нежно, отдаваясь долгожданной близости без остатка, а после просто лежали в объятиях, словно боялись спугнуть реальность.