Диана Маш – Второй шанс для матери-злодейки (страница 10)

— Мамин пирожочек сегодня вымотался, — прошептала она еле слышно. — Не дождался вечерней сказки и уснул.

В этот раз сморщился маленький носик, но глазки остались закрытыми. Лю Фан поняла, что тактика была выбрана верно. В одной из сегодняшних передач по «телевизору» как раз обсуждали важность чтения сказок ребенку перед сном. А у ее сына целый шкаф забит детскими книжками — девушка еще днем заметила это, занимаясь уборкой в доме.

— Ничего, завтра мама обязательно почитает.

Сделав вид, что не заметила, как у малыша сжались кулачки, Лю Фан поправила ему одеяло и погладила по голове, ощущая под пальцами мягкие детские волосики.

Такой нежный, уязвимый. Сердце девушки сжалось от боли. Она обязана защитить его от всех бед и напастей, а также взять ответственность за все поступки прошлой хозяйки тела. Иначе сын не простит. Ведь для него она всё та же мама, пусть и сильно изменившаяся.

— Баоцзы, — прошептала Лю Фан, приблизившись губами к маленькому ушку. — Мама так сильно болела, что причиняла боль всем окружающим, даже своему маленькому сыночку. Она просто не понимала. Это не значит, что мама тебя не любит. Мама любит тебя больше всего на свете. И теперь, когда вылечилась, будет каждый день это доказывать. Мама будет заботиться о тебе, каждый день кормить тебя вкусной едой, гулять с тобой, водить в садик. А если ты позволишь, будет купать тебя каждый вечер, держать за ручку, обнимать и целовать в сладкие щечки. Только больше не грусти, пирожочек. Маме больно, когда ты грустишь.

Лю Фан смахнула с глаз набежавшие слезы. У продолжавшего притворяться спящим малыша задрожал подбородок. Бровки насупились. Не сдержавшись, девушка приблизилась и поцеловала его в гладкий лобик.

— Спокойной ночи, милый. Мама пошла спать, чтобы утром встать пораньше и приготовить тебе вкусняшку.

Ребенок едва слышно шмыгнул носиком. Слегка улыбнувшись, Лю Фан прикрыла за собой дверь.

Стоило ему остаться в одиночестве, как Баоцзы вздохнул. Звук прозвучал не по-детски, а словно его издал маленький старичок. Влажные глазки покраснели. Голос мамы звучал так грустно, что хотелось обнять её и пожалеть. Если бы малыш не пообещал себе, что сначала должен поговорить с папой, он обязательно так бы и сделал.

Баоцзы вытащил из-под подушки телефон, который незаметно принёс из гостиной. Обычно папа не разрешал ему играть с ним в детской, но сейчас ведь никто не видит?

Ткнув пухлым пальчиком в экран, он в очередной раз за сегодня набрал папин номер. Пошли гудки: первый, второй, третий…

Похоже, снова ничего не выйдет.

Внезапно в трубке раздался глубокий мужской голос:

— Баоцзы?

— Папа, папа! — задыхаясь от радости, ответил ребенок. — Да-да, это я, твой Баоцзы?

Глава 20. Хороший отец

— Баоцзы, — в низком голосе Юань Хао слышалась улыбка. — Ты еще не спишь?

Малыш отрицательно качнул головой, но быстро понял, что папа его не видит.

— Папа, я только помылся, пелеоделся и лег в кловатку.

На другом конце возникла короткая пауза.

— Ты взял телефон в свою комнату?

— Ой! — испуганно прошептал ребенок и прикрыл ладошкой ротик.

— Забыл, о чем мы договаривались? Играть с ним можно только в гостиной и недолго.

— Папа, я честно-честно не иглался. Я только хотел сплосить, почему ты так долго не отвечаес? Ты был на задании? Когда ты меня навестис? Я скучаю…

Вопросы Баоцзы сыпались на его папу один за другим. Внимательно слушая его, Юань Хао чувствовал, как больно сжимается сердце в груди. Он всегда старался ставить сына на первое место, создавать ему все условия для комфортной жизни, воспитывать его самостоятельным и ответственным мужчиной. Но этого все равно было мало.

Он не мог быть все время рядом, не мог дать ребенку заботливую, любящую маму. Его сын так далеко, страдает от одиночества, а он ничего не может с этим поделать.

Разве таким должен быть хороший отец?

— Прости, Баоцзы, папа весь день был на учениях, только вернулся. Уже подписали увольнительную. Очень скоро тебя увижу.

— Плавда? — воскликнул ребенок, распахнув маленькие глазки. Они все еще оставались красными, но теперь горели от восторга. Белозубый ротик раздвинулся в широкой улыбке. — Я буду очень-очень тебя ждать.

— Баоцзы, как у тебя дела? — осторожно поинтересовался Юань Хао, когда на другом конце на мгновение воцарилась тишина. — Мама не обижает?

Малыш осторожно оглянулся на входную дверь. Убедившись, что она закрыта, заговорил очень тихо.

— Папа, мама попала в авалию и удалилась головой. Тепель она ничего-ничего не помнит.

— Не помнит? — в голосе Юань Хао слышалась скорее насмешка, чем удивление.

Ребенок, не видя лица своего папы, утвердительно кивнул.

— Ага. Я даже показал ей, как пользоваца телевизолом. А еще она не знает, на какие кнопочки нажимать в лифте. Мама стала очень стланной. Задает много вопросов, мне плиходица отвечать.

Юань Хао насторожили слова сына. Разумеется, он не поверил мнимой амнезии Лю Фан. Скорее всего, это очередная уловка, чтобы выманить из него еще больше денег.

Баоцзы, будто почувствовав его скептицизм, поспешил подтвердить:

— Папа, я плавда думаю, что мама все забыла. Она стала совсем длугой. Готовит мне очень вкусную еду, пловожает в садик, сама меня забилает. И она… — малыш замялся, но в голосе сквозила радость. — Она называет меня «мой пиложочек», «мое селдечко», «мое солнышко», «мой золотой». Фу-фу-фу! — малыш состроил смешную гримаску, притворяясь, будто ему неприятны эти липко-сладкие словечки. — Она даже поцеловала меня в лобик, когда думала, сто я сплю. И сказала… сказала, сто сильно меня любит.

Юань Хао привык держать свои чувства при себе, редко проявляя их даже перед самыми близкими, но тут не смог скрыть удивления и громко закашлялся.

Мама Баоцзы при нём в сторону сына лишний раз не смотрела. Если что-то шло не по ней, тут же начинала кричать, бросаясь посудой в стены. С чего вдруг сейчас такая забота? Она что, сошла с ума?

— Папа, ты думаешь, мама плавда меня любит? — в тонком детском голосе слышалась надежда.

В любой другой ситуации Юань Хао поспешил бы подтвердить его предположения, но поведение Лю Фан настораживало мужчину.

Вдруг она что-то задумала и пытается привлечь сына на свою сторону? Наверное, лучше пока не озвучивать свои сомнения, чтобы не причинить ничего не подозревающему ребенку душевную боль. Баоцзы еще слишком мал, чтобы понимать, когда взрослые врут. Вот вернется и сам всё выяснит.

Приняв решение, Юань Хао ответил так, как любой на его месте:

— Разве можно тебя не любить? — и, прежде чем малыш продолжил развивать тему, добавил: — Уже поздно. Убери телефон под кровать и ложись спать. В садике не балуйся, слушайся воспитательницу. Папа скоро к тебе приедет.

— Ну ладно… Пока, папа! — снова позабыв, что отец его не видит, Баоцзы помахал ему ладошкой, прежде чем завершить звонок.

Его маленькое сердечко было удовлетворено. На душе сразу стало спокойно. Убрав телефон, малыш накрылся одеялком и закрыл глазки. Последняя мысль, прежде чем провалиться в глубокий, безмятежный сон, была о вкусняшках, что будут ждать утром.

Глава 21. Пирог с красной фасолью

Второй день подряд Баоцзы разбудил доносящийся из кухни запах. До того насыщенный, вобравший в себя все самые лакомые нотки ароматов, что малышу было сложно определить, какое именно блюдо приготовила мама. Но разве это важно? Главное, что она его не обманула. Пообещала, что будет вкусненькое, и сделала.

В животике громко заурчало. В ротике скопилась слюна. Быстро умывшись и переодевшись в новенькую футболочку и шортики, Баоцзы вбежал на кухню.

Заметив застывшего в дверном проеме сына, Лю Фан опешила от неожиданности, впервые увидев, как ее сладкий малыш улыбается. Материнское сердце застучало быстрее, переполняя девушку ликующей радостью.

Она обожала даже его недовольное круглое личико с поджатыми губками и насупленными бровками. Но улыбаясь, ее сын без сомнений превращался в самого милого ребенка на свете. Ей хотелось тискать его толстенькие бока, нажимать пальцем на маленький носик, легонько щипать за пухлые щечки, пока он не разразится заливистым детским смехом. Лю Фан не сомневалась: прекрасней звука не существует.

— Как спалось маминому сладкому пирожочку? — улыбнулась девушка ребенку.

Малыш на мгновение замер. Ласковый тон мамы почему-то заставил его смутиться, даже кончики ушек покраснели.

— Холошо, — кивнул он и добавил, нежно хлопая глазками. — Я плоголодался.

Мало того, что встретил ее улыбкой, так еще и так мило признался. Лю Фан отвернулась, чтобы ущипнуть себя за руку. Неужели случилось чудо и сын ее простил?

Спрашивать напрямую девушка не решилась. Боялась спугнуть удачу. Сделала вид, что все в порядке, и кивнула на детский стульчик.

— Мама встала сегодня рано, чтобы приготовить Баоцзы все самое вкусное, — Лю Фан принялась пододвигать к ребенку миски и тарелочки с едой. — Это рисовая каша с маринованными утиными яйцами, лепешки с кинзой и сладкие пирожки с кунжутной пастой. Только ешь осторожно — все очень горячее. Остуди, прежде чем откусить.

— Спасибо! — вежливо, как учил папа, ответил малыш и прошелся жадным взглядом по столешнице.

Как много блюд, и все так аппетитно выглядят и пахнут! Хватит ли места в его животике? А еще вчерашний пирог из красной фасоли. Баоцзы видел, от него осталось больше половины. Обязательно нужно доесть.