— Смотри, — Азраэль подошёл к парню, за которого я «цеплялась» минуту назад.
Я снова посмотрела на него, используя своё новое зрение. И я увидела. Его аура действительно была сложной и тёмной, но теперь я заметила то, о чём говорил джин. Она пульсировала! Она была живой! В ней чувствовалось биение сердца.
Азраэль перешёл к женщине с телефоном.
— А теперь на неё.
Я переключила внимание. Её аура была яркой, но... она была слишком идеальной. Слишком ровной. Как будто кто-то взял кисть и аккуратно нанёс слой краски на холст. В ней не было той естественной дрожи, той хаотичной красоты живого огня.
— Она... она не человек? — прошептала я.
— Верно, — Азраэль щёлкнул пальцами ещё раз, и мир снова пришёл в движение. Люди пошли своей дорогой, шум вернулся. — Она — суккуб. Питается чужими эмоциями, в основном негативными. Отсюда и её идеальный контроль над аурой. Она не хочет, чтобы кто-то заметил подделку.
Он повернулся ко мне.
— Твоя задача — научиться видеть эту подделку мгновенно. В реальном времени. Потому что когда ты встретишь настоящего врага, у тебя не будет возможности щёлкнуть пальцами и поставить мир на паузу.
Я сглотнула, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
— Я... я попробую.
— Я знаю, что попробуешь, — он улыбнулся уголком губ. — А теперь давай усложним задачу.
Он снова щёлкнул пальцами, и площадь начала меняться, растворяясь в знакомом сером тумане перехода. Мы собирались куда-то ещё.
— Куда теперь? — спросила я с замиранием сердца.
— В место, где их будет много, — ответил он, и его глаза сверкнули опасным огнём. — На рынок душегубов.
Мир снова смазался, превращаясь в калейдоскоп серых и чёрных пятен, а затем резко обрёл чёткость.
Мы стояли в огромном, гулком помещении, похожем на старый вокзал или ангар. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахами дешёвого кофе, сырости, металла и чего-то неуловимо сладковатого и гнилостного. Вместо асфальта под ногами был грязный бетон, испещрённый трещинами. Сквозь высокие, закопчённые окна с разбитыми стёклами пробивался тусклый серый свет.
Вокруг кипела жизнь. Но это была не обычная городская суета. Это был рынок.
За грубо сколоченными деревянными прилавками и просто на расстеленных на полу тряпках сидели и стояли... они. *Иные*. Здесь были все: от существ, лишь слегка отличающихся от людей, до тварей, при виде которых желудок подкатывал к горлу. Суккуб, которую мы видели на площади, здесь выглядела бы как скромная монашка.
Вот тролль с кожей, похожей на потрескавшуюся кору старого дуба, торговал какими-то светящимися камнями. Рядом с ним ведьма с кожей цвета индиго перебирала связки сушёных трав, от которых исходил едва заметный зеленоватый дымок. В дальнем углу я заметила существо, похожее на помесь змеи и человека, оно шипело что-то покупателю, показывая ряды острых, как иглы, зубов.
— Добро пожаловать на рынок душегубов, — тихо произнёс Азраэль, его голос был спокоен, но я чувствовала, как он подобрался, словно хищник перед прыжком. — Здесь торгуют всем: от запрещённых артефактов до краденых воспоминаний и душ. Это нейтральная территория. Пока мы просто смотрим, нас не тронут.
Я вцепилась в его рукав. Моё сердце колотилось где-то в горле.
— Я... я не уверена, что готова...
— Именно поэтому мы здесь, — отрезал он, не глядя на меня. Его взгляд сканировал толпу. — Чтобы учиться. Смотри. Не на лица. На ауры.
Я заставила себя дышать ровнее и сфокусировалась. Это было похоже на попытку слушать один инструмент в оглушающем оркестре.
Я выбрала ближайшего торговца — худого мужчину в потрёпанном плаще. Его аура была... странной. Она не пульсировала, как у человека. Она *мерцала*, словно неисправная лампочка. Внутри этого мерцания я увидела что-то ещё — тёмные, маслянистые прожилки, похожие на чернила, расползающиеся по воде.
— Вижу... что-то тёмное внутри, — прошептала я.
— Он — носферату, — пояснил Азраэль. — Низший вампир. Питается не кровью напрямую, а жизненной энергией через прикосновение. Эти «чернила» — следы его... трапез.
Я перевела взгляд на ведьму с синей кожей. Её аура была плотной, как кокон, и имела тот же оттенок индиго. Но по краям кокона вились тонкие, живые усики, которые постоянно тянулись к прохожим, словно пробуя воздух на вкус.
— А она...
— ...ищет клиента для проклятия. Её «усики» — это щупы силы. Если она коснётся кого-то с сильной негативной эмоцией — гнева или отчаяния, — она сможет «прицепить» к нему своё заклятие.
Внезапно Азраэль напрягся и резко задвинул меня себе за спину.
— У нас гости.
К нам неспешной походкой шёл высокий мужчина в безупречном сером костюме. Он выглядел бы как успешный бизнесмен, если бы не его глаза — абсолютно белые, без зрачков и радужки. И его аура... она была идеальной. Слишком идеальной. Она была похожа на отполированный до блеска чёрный мрамор. В ней не было ни единого изъяна, ни единой эмоции. Это была аура существа, которое полностью контролирует себя и всё вокруг.
Он остановился в двух шагах от нас и растянул губы в холодной улыбке.
— Азраэль. Давно не виделись. А это, должно быть, новое Дитя Крови? Очаровательна.
Его голос был бархатистым и приятным, но от него веяло могильным холодом.
Азраэль не улыбнулся в ответ.
— Мы здесь только чтобы посмотреть, Морок. Не для сделок.
Существо по имени Морок перевело свои белые глаза на меня. Я почувствовала себя так, будто меня препарируют взглядом.
— У неё есть потенциал. Я мог бы сделать ей предложение... от которого трудно отказаться.
— Она не продаётся, — голос Азраэля стал низким и угрожающим.
Морок рассмеялся, и этот смех был похож на звук разбитого стекла.
— Как скажешь, Страж. Как скажешь.
Он кивнул нам и растворился в толпе так же бесшумно, как и появился.
Азраэль тут же схватил меня за руку.
— Уходим. Сейчас же.
Он щёлкнул пальцами, и мир снова превратился в серое ничто. Через мгновение мы стояли в библиотеке особняка. Я тяжело дышала, прислонившись к книжному шкафу. Руки у меня дрожали.
— Кто... кто это был? — спросила я.
Азраэль смотрел в пустоту перед собой, его лицо было мрачнее тучи.
— Это был Морок. Он — коллекционер. Собирает редкие души и способности. И он только что положил глаз на тебя.
— Не нанесёт ли он мне вреда? — спросила я, и мой голос дрогнул. Образ существа с белыми глазами стоял передо мной, как наяву.
— Нет, если ты никакой с ним сделки не заключишь, — ответил джин. Его голос был ровным, но я заметила, как сжались его челюсти. — Имя *Морока* — это и есть его главная сделка. Он не может действовать напрямую, пока ты не дашь ему своё имя или не согласишься на его условия. Но он будет искушать. Он будет ждать твоей слабости.
Я сглотнула, чувствуя, как ледяной ком страха подступает к горлу.
— Но как мне...?
Азраэль оборвал меня, подняв руку. Его взгляд стал сосредоточенным, учительским.
— Давай проверим кое-что ещё. Не бойся ничего. Ты должна научиться *чувствовать* и не видя. Твоё зрение — это костыль. Твоя кровь должна научиться говорить с миром напрямую.
Он шагнул ближе, и я ощутила волну тепла, исходящую от него.
— Закрой глаза. Забудь о том, что ты видишь глазами. Забудь о библиотеке, о доме. Есть только ты и то, что вокруг.
Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. Вокруг была темнота.
— Что ты чувствуешь? — его голос звучал словно отовсюду.
— Тишину... — прошептала я. — И тебя. Я чувствую твоё тепло.
— Хорошо. Это якорь. Держись за него. Теперь отпусти его. Расширь своё сознание. Почувствуй стены дома. Они старые, они помнят многое. Почувствуй сквозняк под дверью. Почувствуй... *своё* сердце.
Я сосредоточилась на биении своего сердца. Тук... тук... тук... Это был мой ритм, мой центр.
И вдруг я почувствовала его. Азраэля. Не как источник тепла, а как... присутствие. Огромное, спокойное, древнее, словно сама гора, на которой стоял дом. Я почувствовала дом — не как здание, а как живой организм, дышащий в унисон со мной.
