Диана Лисовская – Сорные травы (страница 21)

Священник кивнул, на мгновение нырнув в глубины собственных мыслей.

– Самое печальное, что я не могу оспорить Ваши слова. Хотя весьма желал бы.

Вошла горничная, мистер Дейвис распорядился насчет чая.

– Я слушаю Вас, мисс Донован.

Дебора немного помолчала, мысленно выстраивая фразы так, чтобы ни единым словом не намекнуть на чету Джилсонов.

– Что делать женщине, которая вышла замуж и столкнулась с жестокостью супруга?

– Обратиться к защите закона.

– Это я сегодня уже слышала, – с досадой отозвалась Дебора, – как по-вашему, какой закон запретит джентльмену содержать не только жену, но и любовницу? Или контролировать переписку жены, не давая ей обратиться за помощью даже к ближайшим родственникам?

Мистер Дейвис с минуту смотрел на неё.

– По сути дела, никакой, мисс Донован. Замужняя женщина находится под опекой мужа. Что до первого вопроса, добавлю от себя, что природа человека зачастую берет верх над нравственностью. Женщина неспроста наделена большей долей смирения по сравнению с мужчиной.

– Мир небезупречен, – проговорила Дебора, – и не нам его менять… Благодарю вас, мистер Дейвис.

Она решительно встала.

– Постойте. Скажите, есть ли у вашей знакомой влиятельные родственники? Это могло бы пойти ей на пользу.

– Нет, никого. Никого у неё нет, как и у меня, собственно, – зло бросила Дебора, направляясь к двери, – только меня, к счастью, замуж не взяли. Вот уж не ждала, что стану благодарить Господа за внешность и отсутствие приданого.

– Сожалею, что не смог помочь, мисс Донован, – ровным голосом произнес пастор.

– Я и не ждала, что вы поможете, если уж говорить начистоту. Всего доброго, мистер Дейвис.

По пути домой Дебора устыдилась собственной вспыльчивости. Эдвард Беррингтон не был виноват в происшедшем и ничего не мог сделать, мистер Дейвис – тем более. Эдвард так и вовсе в чем-то прав: Маргарет не то чтобы принуждали к браку, в конечном итоге последнее слово оставалось за ней. От жертвы её никому не стало лучше, положение дяди Эдвардса всё так же затруднительно, как и прежде. Некстати вспомнилось старое норвежское сказание о Хавборе и Сигнелиль. «Сигне сожгла себя в башне, только Хавбор от этого не воскрес, и семье всё это ничего, кроме горя, не добавило» – угрюмо размышляла Дебора, – «вот и Маргарет всю жизнь проведет в заточении, но ничего не изменится в положении и состоянии Эдвардсов». Можно было б, несомненно, зажить прежнею жизнью, вернуться к своим занятиям, ведь всё возможное было уже предпринято, но душа Деборы не была спокойна, продолжая требовать если не действий, то хотя бы мучительных размышлений. Беррингтон-Холл неожиданно показался ей заброшенным и словно затуманенным, парк, уход за которым был давно заброшен, начал зарастать и приобретать тот же полудикий вид, что и подле замка Уинтерволл. Дебора с тоской осознала, насколько не хочет ехать в этот дом, понимая при этом, что уже стала частью свиты леди Элис и частью её заброшенных сумеречных поместий.

Горничная Джейн довольно скоро направила мысли Деборы по иному пути, сообщив о пришедшем от Молли Сайкс письме.

Всего через неделю подруга должна была прибыть, и Дебора с облегчением подумала о том, что сможет хотя бы выговориться и облегчить душу. Молли, со своей стороны, может даже и присоветовать нечто дельное, жизненный опыт её куда богаче. Приезда юной Белл ждали через две недели, что было весьма удачно – гувернантка уже успеет освоиться в доме. Подготовка комнаты для мисс Сайкс заставила Дебору отвлечься и заняла всё утро, отчего появление в полдень нежданного визитера показалось даже раздражающим.

– Скажите на милость, с чего бы в дом пожаловал священник? – спросила леди Элис, против обыкновения поглаживая урчащую Бригитту, существование которой почти не замечала. – Не вы ли приложили к этому руку, мисс Донован?

– Во всяком случае, я его не приглашала, – пожала плечами Дебора, – хотя мистер Дейвис выказывал некоторое недовольство вашим, а заодно и моим отсутствием в церкви.

– Надеюсь, достойный пастырь переживет подобное пренебрежение, – насмешливо ответила леди, – распорядитесь подать что-нибудь к столу. Даже язычники соблюдают законы гостеприимства.

Дебора отдала распоряжения одному из лакеев, который, впрочем, не проявил особой поспешности, и вернулась в гостиную. Наконец возвестили о приходе мистера Дейвиса. Обмен любезностями не состоялся, что не особенно удивило Дебору. Пастор сразу начал атаковать, что было заведомо проигрышным решением. От леди Элис можно было только защищаться.

– Рад видеть вас обеих в добром здравии, сударыни, – произнес он, присаживаясь в одно из кресел, – хотя вы обе и не снисходите к бедным грешникам вроде окрестных жителей.

– А должны снисходить? – улыбнулась леди Элис. – Ежели говорить по совести, я не считаю нужным наклоняться. Пусть лучше тот, кто жаждет моего общества, поищет подставку для ног.

– Нормы приличия и общественной морали одинаковы для всех, сударыня.

– Затворнический образ жизни отнюдь не предполагает аморального поведения, скорее наоборот, всячески способствует сохранению добродетели. Что до приличий, предпочитаю определить необходимый минимум на свой вкус. Вопросы веры, которые вы даже не упомянули, предоставляю вам.

– Что до вопросов веры – подумайте сами, какой пример вы подаете обществу! Дама вашего сословия должна понимать, что не может не обладать определенным влиянием. Взять хотя бы вашу компаньонку, молодую мисс…

– Мисс Донован и сама может высказаться, – заметила леди Элис. – Что до меня, мне безразлично, какой именно пример я подаю или не подаю местным леди. Надеюсь, вы не станете отрицать, что с моим появлением жизнь в окрестностях стала куда интереснее. Появилась хотя бы тема для общих бесед.

– Человек образованный, обладающим разумом и собственным мнением, навряд ли нуждается в примерах для подражания, – вмешалась Дебора, – я, например, не замечаю всеобщего увлечения верховой ездой, хотя старательно подаю пример.

– Ваше поведение независимо до безрассудства, – ответил мистер Дейвис, устремляя холодный взгляд на Дебору, – но я здесь не для того, чтобы делать вам выговор.

– Премного благодарна, – усмехнулась Дебора.

– Раз уж вы прибыли не с лекциями на тему нравственности вдов и девиц, будьте любезны объяснить цель вашего визита, – надменно проговорила леди Элис, прогоняя кошку с колен и выпрямляясь.

– У меня есть приватный разговор к вашей компаньонке, мисс Донован.

– Который, несомненно, будет небезынтересен и мне, поскольку касается миссис Джилсон.

Мистер Дейвис вздохнул.

– Да, поразмыслив вчера вечером, я пришел к выводу, что мисс Донован могла иметь в виду только одну даму, а именно свою родственницу, недавно вышедшую замуж.

Дебора с тревогой подумала о правоте Эдварда. Огласка и впрямь может повредить Маргарет, но одному Творцу известно, что н уме у этого невзрачного на первый взгляд пастора, в серых глазах которого угадывалась недюжинная сила. В другое время, Дебору, возможно, позабавил бы поединок её госпожи и пастора, но сейчас она рада была бы скорейшему окончанию беседы.

– Гостиная в это время дня понадобится мне самой, поэтому вам придется продолжить беседу с мисс Донован в парке, – произнесла леди Элис, – и раз уж вы так беспокоитесь о морали и приличиях, не забудьте основательно побеседовать об этом с мистером Джилсоном и его любовницей, мисс Хоук. Пример, который эта пара подает обществу, в разы хуже подаваемого мной. Другой вопрос в том, что с джентльменом справиться куда сложнее, нежели с леди, – улыбка Элис Эдевейн походила на оскал, – и не каждый пастор решится устроить выволочку самому щедрому жертвователю в графстве.

– Благодарю за откровенность, миледи, – равнодушно ответил мистер Дейвис, – позвольте откланяться. Надеюсь, наша следующая встреча состоится при более приятных обстоятельствах.

– Надеюсь, наша следующая встреча вовсе не состоится. Всего доброго, мистер Дейвис.

За неимением лучшего варианта Дебора решила продолжить беседу в парке. Ей не хотелось показывать, насколько беспорядочным стал некогда образцовый Беррингтон-Холл. Самое худшее, что толика её вины в этом, если вдуматься, тоже была. Завязывая ленты шляпки, Дебора твердо решила завтра же заняться хозяйственными вопросами, которые в последние недели не вызывали у неё большого интереса. Наверняка леди Элис не станет возражать.

– Не будем терять время, мистер Дейвис, – произнесла Дебора, – признаться, я вовсе не желала выдавать Маргарет, вольно или невольно.

– Вы действовали из лучших побуждений, к тому же в провинции все люди на виду. О связи мистера Джилсона и мисс Хоук толковали давно, но прямых подтверждений у меня, разумеется, нет. Как и у вас.

– Как и у меня, – согласилась Дебора, – вчера вы сказали, что ничего предпринять нельзя, и я склонна с вами согласиться.

Мистер Дейвис выглядел озадаченным.

– У миссис Джилсон есть родители.

– Они в курсе, с её отцом, моим дядей Эдвардсом, я беседовала лично. Он не станет вмешиваться.

– Это уже хуже. Кажется, я могу кое-что предложить. Навряд ли вы знакомы с сыном мистера Джилсона, мистером Робертом?

– Я знаю только, что у него с отцом есть некие сложности в отношениях, но я до недавних пор даже не подозревала о существовании этого молодого человека.