Диана Ибрагимова – Танец медных королей (страница 25)

– Ну нет, это гораздо более изящное и сложное искусство, – пыжился Кёрфин, не замечая, что Тириска посмеивается над ним в свою кружку. Однако взгляд ее изменился с тех пор, как она узнала о его недавнем геройстве. Теперь она смотрела на него как-то внимательней. С капелькой интереса. И Рина сочла это за успех.

Она и сама не понимала, почему ей вдруг так захотелось, чтобы Кёрфин и Тириска друг другу понравились. Это желание возникло даже не из сочувствия к кудеснику, а, скорее, потому, что в этом чужом разрушенном мире им с Альбертом не хватало чего-то привычного и стабильного, наполненного любовью. Как семья.

Прихлебывая горячую воду из горлышка, Кёрфин взялся рассуждать о том, что даже качество вина можно определить по форме бутылке. Рина снова занервничала, но Альберт ловко увел разговор в другую сторону, вспомнив о чудесных светильниках в пещере Собирашек, и Кёрфин пустился в объяснения о том, как эти штуковины можно сделать, и о самых диковинных стеклодувных изделиях в мире. Так, например, Рина узнала, что в Нагории, в закрытом городке, есть удивительный поющий сад, где все деревья выдуты из трубочек разной величины лучшими выпускниками мастерских. Благодаря ветру – а в Нагории он есть всегда, – сад поет, пропуская воздух через трубочки и звеня хрустальными листьями, и по звуку можно определить, какая будет погода.

Веки Рины уже слипались, когда Альберт заговорил про собственный сад, который мечтал вырастить, и теперь уже всем зевалось от потока информации о яблоках и садоводческом деле.

«Как хорошо, что Альберт со мной, – сонно размышляла Рина. – И как он все время так ловко это делает? Как он умудряется так легко разряжать обстановку, чтобы всем было уютно и весело?»

Едва догорел костер, все забрались в кузов и, закрутившись в одеяла, улеглись рядом четырьмя вялыми гусеницами. Рина уснула мгновенно. Ее не успели догнать ни покалывание в ноге, ни дискомфорт от ушибленного затылка, ни многочисленные страхи и переживания. Все это опередили усталость и сон, куда не смогло пробраться ни одно сновидение.

Проснулись от сигнала велосипеда, которому поручено было их разбудить, и продолжили путь к Дитромею, а поздним вечером следующего дня добрались до тех самых холмов, откуда Рина еще недавно наблюдала за городом.

– Я бы подъехала вплотную к стене, но слишком хорошо знаю этих тварей. – Тириска не стеснялась в выражениях. – А ехать туда без включенных фар в такую темень равно свернуть себе шею в первом же овраге. Так что дальше ты сам, кудесник. А мы пока покатаемся по округе, разбудим жителей и поищем бензин заодно.

Мысленное радио в голове Рины как будто щелкнуло и переключилось на частоту, о которой она даже не подозревала. Частоту, на которой взрослые сняли с нее ответственность и необходимость рисковать своей жизнью. Частоту, на которой история могла продолжаться и без нее и голос диктора вещал о чужих приключениях.

Как-то так вышло, что на пути к Дитромею они говорили о чем угодно, кроме предстоящего пробуждения кудесника Натана, но Рина даже не думала, что планы Тириски настолько отличаются от ее собственных. Она напрочь забыла о том, каково это – надеяться не только на себя.

Кёрфин растерянно вертел головой, глядя то на неё, то на Тириску.

– То есть… я пойду туда… один? – пробормотал он.

Тириска нахмурилась, и в полумраке кабины ее лицо, резко очерченное тенями, никому не показалось милым.

– А ты что, всерьез думал потащить с собой детей? Или, может, меня? Как мопед я бы еще могла помочь, но в таком теле уж извини. От меня будет больше пользы как от водителя. Ты единственный из нас владеешь магией, тебе и разбираться. Я, конечно, сомневалась в тебе сначала, но, судя по рассказам о твоих недавних подвигах, думаю, ты справишься… – Она помолчала немного, потом добавила: – А как закончишь, могу снова тебя подобрать. Кудесник под боком лишним не будет.

В ее словах Рина четко проследила, что Тириска намерена дать Кёрфину шанс в случае успешного завершения операции «Собирашка». Ну или это была просто женская хитрость, призванная добавить ему храбрости. В любом случае сработало безотказно: сутулые плечи Кёрфина распрямились настолько, что он уперся макушкой в потолок кабины.

– Ну тогда встретимся позже, а ты присмотри за детьми. – Он с решительным видом главы семейства выпрыгнул из грузовика и остался робко стоять возле него, словно вся его уверенность потерялась в прыжке.

Рина тяжело вздохнула. Все ее тело давно затекло, но этим мрачным промозглым вечером ей больше всего на свете хотелось приклеиться к сиденью, врасти в него и ни за что не выходить наружу. Альберт под боком взволнованно ерзал и поглядывал на сестру. Наверное, у него были сейчас такие же смешанные чувства, как и у нее. Рина бы думала и сомневалась еще долго, но звук заведенного двигателя сократил время на принятие решения до пары секунд.

– Погоди, – сказала она Тириске, с которой тоже успела перейти на «ты». – Я пойду с ним. Двигайся, Альберт.

– Куда ты, отчаянная твоя головушка? – схватила ее за руку Тириска. – Так сильно затылком ударилась?

– Я тоже с ним. – Альберт спрыгнул со ступеньки вслед за Кёрфином. – Я город знаю намного лучше, чем он. А еще у нас там бабушка живет.

– А у меня больше опыта с Собирашками, – добавила Рина.

– Ну серьезно! Взгляните на себя! Одна еле ходит, другой ей в пупок дышит! – В голосе Тириски слышалось отчаяние. – Вы заигрались в героев, малышня. Пора заканчивать. Он вполне справится и без вас.

– Я в нем не сомневаюсь, – сказала Рина, – но наш план подразумевает командную работу.

Шумный вздох Тириски заполнил всю кабину и выбрался наружу разряженным облачком пара.

– Ладно, кто я такая, чтобы вас останавливать? Значит, ты присмотри за детьми, кудесник. И если с их голов хоть волосинка упадет, я тебя этим грузовиком перееду, понял?

Кёрфин громко сглотнул.

– Понял.

– Ты должен держаться за эту женщину! – наставительно сказал ему Альберт, когда грузовик уехал настолько далеко, что свет фар затерялся в темноте. – С таким характером она ни за что не даст тебе спиться.

– И будь готов к тому, что она не спросит твоего мнения, если захочет от тебя детей, – рассмеялась Рина.

– Она ни разу не сказала, что я пьяница или неудачник, – заметил Кёрфин, почесав затылок. – Хотя она довольно прямолинейна.

– У тебя появился шанс! – Альберт хлопнул его по спине. – Но только если помоешься и побреешься уже наконец. Ты ужасно воняешь, но ей, судя по всему, даже твой пот таким уж гадким не кажется – она не морщилась рядом с тобой. Поэтому держись за нее так же крепко, как зажимаешь в подмышках полынь.

Рина расхохоталась до икоты, но эта короткая вспышка веселья быстро погасла, стоило ей посмотреть на Дитромей, который в ночной тьме выглядел гораздо более зловещим, чем при свете дня.

– Это настоящие развалины, – констатировал Альберт.

– Сколько же времени и сил понадобится, чтобы все тут восстановить? – задумался Кёрфин.

Рину тоже беспокоил этот вопрос, но Альберт считал, что не стоит напрасно тревожиться, потому что «у короля точно есть план». Вот только Рина давно перестала надеяться на Рондевула Первого. Она уже поняла, что и взрослые могут быть беспомощными, ошибаться и не иметь никаких планов.

– Лучше подумай о том, как ты теперь разбогатеешь! – Альберт снова хлопнул Кёрфина по спине. – В мире столько разбитых стекол! Ты озолотишься уже просто на том, что будешь чинить людям окна в домах!

– А ты прав!

Слушая болтовню за спиной, Рина шагала по влажной траве, как никогда радуясь брезентовым брюкам, и не отрывала взгляда от Дитромея. Память все еще накладывала на эту унылую панораму образы нарядных проспектов, дворца с рубиновой крышей, уютных парков и мостов с языками пламени на стелах. На их фоне нынешняя столица казалась окоченевшей мумией в рванье. Холодной, черно-синей, с редкими проблесками фонарей – заблудившимися на могиле чудища светлячками.

– Итак, что у нас за план в итоге? – спросил Кёрфин, сунув руки в рукава форменной заводской куртки. – Надеюсь, ты придумала что-то получше того чистого самоубийства, которое уже предлагала?

Рина беспомощно развела руками.

– План прежний – находим мастера Натана, подбираемся к нему как можно ближе, чтобы ты смог понять, в каком предмете содержится его душа, а после действуем по ситуации. Может, придется заманить его в узкий проулок, чтобы он расцепился на детали, как глиняная Собирашка… Может, кто-то из нас на него залезет, чтобы достать эту штуку, пока кто-то другой будет отвлекать. Это не тот план, который можно и стоит продумывать до конца. Потому что в этом случае он выглядит абсолютно невыполнимым. Лучше уж подступать к нему маленькими шагами, не заглядывая далеко вперед. Иначе оцепенеем и с места не сдвинемся.

Кёрфин почесал взлохмаченные волосы, сплюнул.

– Ладно, как будет, так будет… Может, у вас где-то завалялось прихлебнуть для храбрости?

– Нет! – хором ответили Альберт и Рина.

– Ладно, ладно, я просто пошутил!

Рина без труда отыскала ту самую дыру в стене, откуда впервые проникла в город, и через кусты посмотрела на темную улицу. Как и прежде, со всех сторон раздавался шум мелких Собирашек, сбившихся к окраинам из страха перед более крупными собратьями, но в зоне видимости ни одного кудесника не оказалось: похоже, возле этого разлома поживиться им было нечем.