Диана Фад – Наследница отца - Диана ФАД (страница 16)

Шоу продолжается, на сцене происходит волшебство, а я весь того гляди взорвусь. Снова появляется Ульяна, и я спокойно выдыхаю. Она играет, танцует по сцене, с ней рядом еще такие же музыканты. Я замечаю Роберта, что таскает ее иногда на руках, как в балете. Затем Ульяна исчезает, снова волнующая музыка. Она выбегает со скрипкой в руках и взмывает вверх.

Я вздрагиваю и наблюдаю, как она висит на тросах, что подхватывают ее под мышки. Она летает по сцене, вокруг нее еще такие же камикадзе. Я не понял, это музыкальное шоу или выступление смертников? Кое как доживаю до окончания. Зал взрывается аплодисментами, Ульяна и ее собратья выходят, кланяются, а я сжимаю до хруста в руках букет роз. Сейчас я пройду за кулисы и покажу, что значит так рисковать собой.

Я пройду прямо к ней и не знаю, что с ней сделаю. Это надо так рисковать! Да я в жизни больше не дам ей выйти на сцену в этом шоу! Летать на каких-то веревках, на высоте и при этом играть, да просто уму непостижимо творить такое! Это моя будущая жена, наследница миллионов, а не какая-то циркачка. Я понимаю, что меня не репутация Ульяны волнует, а скорее всего страх за нее. Мне кажется, я стал седым за эти полтора часа.

Поднимаюсь с кресла и вместо выхода, направляюсь прямо к сцене, чтобы вручить цветы Ульяне и стащить ее со сцены. Я взвалю ее на плечо как ковер и просто унесу отсюда, чтобы больше она здесь не появлялась. Никогда больше она не выйдет на сцену, только через мой труп.

Вижу Ульяну, что с улыбкой кланяется со сцены и тут ее взгляд цепляется за меня. Глаза расширяются, рот приоткрывается от удивления. Надо отдать ей должное, она сразу просекает ситуацию и быстро поклонившись, срывается с места. Убегает со сцены так, что пятки сверкают. Видимо, мое лицо довольно красноречиво, раз наследница испугалась. Что же, придется вылавливать ее за кулисами. Вот тогда, я покажу ей, как летают наследницы по сцене на тросах.

Глава 24

Сказать, что я удивилась, когда увидела в зале Антона с цветами — это ничего не сказать. Первое — это шок, потом удивление, а потом реальный страх. И я даже не понимаю, за что он может на меня так злиться. Я все поняла по его глазам и стремительной походке, когда он шел к сцене, отшвыривая от себя огромный букет роз. Вот так просто, взял и швырнул в сторону, даже не глядя, куда тот упал. Хорошо, что ни в кого не попал.

Я вижу, как он разъярен, как лев, который сейчас настигнет свою жертву. И моя первая мысль — бежать, как можно быстрее, пока Антон не настиг меня. Не смотря, что в груди бешено бьется сердце от радости, что он здесь, приехал, адреналин от страха зашкаливает. Я понимаю, что ничего он мне не сделает, ну в смысле физически, но чувствую себя малолетней девочкой, которая в чем-то провинилась и старается избежать наказания.

Бегу за кулисы и скрываюсь в своей гримерке, прячусь за ширму для переодеваний. Здесь пока никого нет, но скоро появятся те, кто выступал со мной на сцене. Возможно, пока Антон ищет меня, я смогу избежать наказания.

Дверь чуть ли не слетает с петель от пинка ногой, и я понимаю, что не удалось. Меня нашли, мало того, Антон просто дико взбешен.

— Не подходи ко мне! — на всякий случай прижимаюсь к стене, выставляя вперед руки.

Антон прет как танк, не обращая внимания на мой детский лепет.

— Ты что творишь?! — сквозь зубы шипит он, — Ты хотя бы понимаешь, что такие трюки на сцене делают только специально обученные люди!

— Ах вот оно что, — меня накрывает облегчением, да так, что я выдыхаю и пытаюсь сдержать улыбку, — Ты взбесился, что я летала на тросах?

— Я не взбесился! — рычит Антон и наступает на меня, а я упираюсь ладонями ему в грудь.

— Еще как взбесился, а все почему? — хитро прищуриваюсь я.

Странным образом я его не боюсь, вот ни капли. Вместо этого вся моя душа словно поет от радости, что он здесь. Оказывается, я скучала по нему. По такому сердитому, угрюмому, строгому. Просто напряженный график репетиций и выступлений не давал мне отдаться этому чувству, но сейчас, когда вижу Антона, понимаю. Да, скучала, очень.

— Потому что это небезопасно! — снова кричит Антон, сверкая молниями в глазах.

— Ты за меня волнуешься?

— Нет.

— Тогда в чем дело?

— Ты наследница и моя будущая жена!

— Найдешь другую жену, а наследство заберешь себе, — вызывающе вздергиваю подбородок.

— Жену-то найду, а вот лежачая инвалидка-наследница мне ни к чему, — огрызается Антон.

— Вот как! Так иди, ищи! — теперь уже злюсь я.

— И пойду! Где тут у вас выход?

— Не поверишь, но просто в дверь!

— Значит, ты хочешь, чтобы я ушел?!

— Да!

— Сейчас?

— Да!

— Я уйду.

— Иди.

— Я не шучу.

— Я тоже, — почти шепотом отвечаю я и мы сталкиваемся губами.

Целуемся словно голодные, со звериным стоном, сжимая друг друга до боли.

— В каком отеле ты остановилась? — рычит между поцелуями Антон.

— Не помню, — искренне отвечаю я, у меня в голове вообще ни одной мысли, я просто утонула в эмоциях и чувствах к Антону.

— Едем ко мне, — зачем-то сообщает мне Антон, хотя я ни черта не понимаю.

Не переодеваясь, лишь накинув пальто на сценическое платье, я выбегаю вместе с Антоном из гримерки, игнорируя шутки своих партнеров по сцене, которые возвращаются. Едва поспеваю за широким шагом Антона, который тянет меня за руку. Мы садимся в машину, едем буквально пять минут, и Антон подхватывает меня на руки и несет в гостиницу. Мы практически не отнимаем губ друг от друга и мне все равно, что думают о нас люди. В первый раз мне плевать на всех.

Лишь в номере, когда Антон ставит бережно меня на пол и продолжает целовать, какой-то проблеск сознания появляется во мне, но тут же пропадает.

— Мне кажется, что я влюбился в тебя, — ведет по моей шее губами Антон, а я отклоняю голову, чтобы открыть ему больше моего тела.

— Кажется, нет, — тихо отвечаю ему, в голове ни одной мысли. Хотя нет, одна есть «почему я его не останавливаю, твою мать?!»

— Не влюбился или не кажется? — тихий смешок и снова его губы возвращаются к моим, оставляя после себя мурашки на коже.

— Не кажется, — что я говорю?!

— А ты?

— Что я? — закрываю глаза, чувствую, как его руки расстегивают молнию на платье и спускают его с моих плеч.

— Влюбилась? — шепчет Антон.

— Определенно нет, — фыркаю я и охаю от легкого укуса в плечо.

Антон уже добрался до моей спины и водит по коже руками, скользя вдоль позвоночника. Мысли окончательно путаются, вызывая необъяснимую тяжесть внизу живота.

— А вот я да, — притягивает меня к себе, касаясь пальцами застежки на кружевном белом бюстгальтере.

Хочу спросить, что значит это да, но все, падаю в этот омут с головой, когда Антон просто пожирает мои губы. Не дает сказать ни слова, да я и не хочу. Просто подчиняюсь его рукам и скольжу по краю пропасти.

— Я не остановлюсь, Ульяна, теперь не остановлюсь, — подхватывает меня на руки Антон и несет к кровати.

— Угу, — выдавливаю из себя то ли согласие, то ли стон.

И это как отмашка для нас обоих. Остатки одежды летят к чертям, и Антон рычит, когда вжимается своим телом в мое, нависая сверху. Мы голые, абсолютно, но почему меня это тоже совсем не волнует?

— Я ни с кем еще, — успеваю сказать, когда мой рот снова накрывают его губы и все, точка невозврата пройдена.

Мое тело мне не принадлежит. Оно предало меня, оно скучало по Антону. И легкая боль и яркий стон Антона, уже ничего не значат в этой жизни. Мне хорошо, мне просто крышесностно с ним. Так, что я забываю, как дышать, получая свой первый оргазм и тону в нем под шумное дыхание мужчины, которого, скорее всего, люблю или ненавижу. Я еще не определилась с этим, но сейчас не могу разделить эти чувства.

Я просто растворилась в нем, в его умелых ласках и отдала ему свою душу, как когда-то музыке. Я слышу ее сейчас, легкую, волнующую, страстную. Она звучит, между нами, усиленная аккордами и ударами наших сердец. Да, я люблю его, сомнений теперь нет. Такого невыносимого, порой сердитого, бешеного, такого, как сейчас, когда я проникла в его сердце и сжимаю его своими музыкальными пальчиками. Все, наши сердца соединились и это кульминация. Вершина наших чувств.

Глава 25

— Уезжай, — веду пальцами по спине Антона, повторяю это движение своими волосами.

— Нет, — он лежит с закрытыми глазами, на животе и улыбается, — Я останусь здесь.

— Не останешься, — притворно рычу я, чем вызываю у Антона смешок, — Ты мешаешь мне.

— Да что ты говоришь! — Антон резко переворачивается, цепляя меня за бедра. Приподнимает и снова усаживает, отчего я явно чувствую его эрекцию. Неосознанно облизываю пересохшие губы, заставляя Антона замереть подо мной.

— Ну правда, — ною я, — Мы второй день не вылезаем из постели. Я забила на репетицию, нам приносят еду в номер, я мне нужно всего неделю, пожалуйста!

Молитвенно складываю руки перед собой, а Антон убирает свои руки с моих бедер и закладывает за голову.