Диана Фад – Наследница отца - Диана ФАД (страница 12)
— Что? — отвлекаюсь от тортов.
— Фуршет, где будет?
— Мне все равно, — снова возвращаюсь к описанию начинки.
Сладкое я люблю, вот очень. Знаю, что лучше есть как можно меньше такого лакомства, но что поделаешь. Особенно когда читаешь описание «тягучая карамель с поджаренными кусочками арахиса и персиковой нугой в отражении кофейного послевкусия». Не иначе как этот Семен весь текст писал.
— Любимая, — снова обращается ко мне Антон и я не сразу понимаю, что это мне, — Дорогая! — уже строже.
— А, что? — поднимаю взгляд.
— Скрипка или арфа? — спрашивает он.
— О чем речь?
— Выход невесты под скрипку или волшебный звук арфы? — смотрит на меня Семен.
— Вы не могли бы нас оставить на пару минут? — скорее приказывает, чем спрашивает Семена, мой будущий супруг.
— Конечно, конечно, обсудите наедине, понимаю, — и мужчина скрывается за дверью.
Антон наклоняется ко мне через стол и хватает за руку, тянет к себе, цепляя железной хваткой.
— Пусти! — шиплю на него. Теперь синяки останутся.
— Мне кажется, мы обо всем договорились или я не прав? — рычит тихо Антон.
— Прав.
— Тогда какого черта у моей будущей жены отсутствует интерес к собственной свадьбе? Я сюда пришел обсуждать всю эту хрень один? Уже через полчаса все будут знать, как мы с тобой здесь сидели и воротили нос друг от друга.
— Я не смогу притворяться, — вырывается из меня.
— А ты смоги! — зло произносит Антон, — Я не хочу, чтобы все знали, что наш брак-фикция, тебе понятно? Не позволю позорить имя отца.
— Да, я поняла, прости, — соглашаюсь с ним. И правда, зачем я так себя веду.
— Через две недели, в субботу у нас небольшой прием по случаю помолвки, пока закрытый. Я хочу, чтобы ты занялась приготовлением к нему. Если чего-то не знаешь, я попрошу тебе помочь специальных людей, которые работали на моего отца. Ты должна вернуться в дом отца.
— Да, мне нужна будет помощь, — признаюсь я. Никогда не устраивала приемы. Нет, я знаю, что это такое, но сама не участвовала в организации.
— Ну вот и славно, — Антон отпускает мою руку, и я потираю запястье. Натягиваю рукав блузки, чтобы скрыть красные пятна от его пальцев.
— Будь хорошей девочкой, ты же, по сути, актриса, — добавляет он и я фыркаю в ответ, но тут же расплываюсь в счастливой улыбке, так как возвращается Семен.
— Продолжим? — потирает он довольно руки.
Глава 18
Через три дня я возвращаюсь в дом Романа Андреевича, и Антон встречает меня на крыльце, сложив руки на груди. Поднимаюсь по ступеням и встаю напротив него, прижимая к груди скрипку. В машине осталась моя сумка с вещами и ее должен принести водитель.
— Пиликать будешь, — морщится Антон.
— Могу уехать, — смотрю на Антона снизу вверх, — Я должна заниматься.
— Давай договоримся, сколько часов тебе нужно на репетиции?
— Минимум пять.
— О, Господи, — стонет Антон, прикрывая рукой глаза, — Хорошо, скажи мне свое расписание, я на это время буду уезжать из дома.
Он разворачивается и уходит, ворча еле слышно:
— А слуги, может и выживут.
— Гад какой, — выругиваюсь я и иду за ним.
Далее мы устанавливаем что-то типа перемирия. Я не мешаю Антону, он мне. Каждый день утром вместе завтракаем, в основном он, уткнувшись в свои бумаги, а я в наушниках, прослушиваю новые композиции.
Далее Антон уезжает на работу, я репетирую или еду в консерваторию. Вечером он возвращается поздно, чаще я уже сплю, лишь по выходным мы иногда ужинаем вместе и то молча. Приближается время приема и у меня почти все готово. Я волнуюсь, так как первый раз все устраивала сама, но какой-то опыт все же был. Я часто бывала на таких приемах и знаю, как они проходят, поэтому организовать все не составило труда. Главное, чтобы все не обрушилось в последний момент, Антон мне этого не простит.
Ради этого я купила себе новое платье, насыщенного изумрудного цвета. Пышная юбка и атласный корсет, смотрится просто бомбически. На ноги серебристые босоножки, волосы уложены на греческий манер. Выхожу из своей комнаты и начинаю спускаться, чтобы встретить гостей, которые должны скоро прибыть.
Антон стоит у лестницы, ожидая меня и я не могу прочесть по его взгляду, нравится ему мой наряд или нет. Сама не понимаю почему хочу, чтобы ему понравилось, но мне вдруг становится это важно.
— Ты опаздываешь, — недовольно произносит Антон, окидывая меня взглядом.
— Но еще никого нет, — возмущаюсь я, но он даже не обращает на меня внимания.
— Вот, возьми, — его ладонь касается моей руки, и я вижу золотое кольцо с большим бриллиантом, — Так как сегодня мы должны объявить о нашей помолвке, ты же должна иметь кольцо на пальце или нет? — усмехается он.
Ничего ему не отвечаю, просто молча натягиваю драгоценность, которая, наверное, стоит как этот дом, на безымянный палец, чуть придерживая.
— Большое, — сообщаю Антону.
— Потерпишь, — сквозь зубы произносит он, — Улыбайся, — и приобнимает меня за талию, прижимая легонько к себе.
Мы встречаем первых гостей, Антон нас знакомит, представляет всем как свою невесту. Через полчаса все гости прибыли, и я уже устала улыбаться. Мне кажется, улыбка приклеилась намертво к моим губам и их скоро сведет от напряжения.
Светская беседа плавно перетекает в столовую, где уже все накрыто к ужину. Я придирчиво оглядываю белые скатерти и сверкающий хрусталь. Начищенное серебро приборов, свежие цветы в низких вазах. Все со вкусом и очень красиво. Гости восхищаются, а Антон все больше мрачнеет. Что ему не нравится, я не могу понять, да и не хочу.
— И когда у вас свадьба? — спрашивает сидящий рядом со мной за столом представительный мужчина в сером костюме.
— Мы еще не обсуждали с Антоном этот вопрос, — отвечаю уклончиво, но все с той же идиотской улыбкой.
— А сорок дней уже пройдет по вашему первому мужу? Роман Андреевич был такой замечательный человек, — а это уже женщина справа в большом колье из бриллиантов и стального цвета вечернем платье.
— Пройдет, — соглашаюсь я, понимаю, что таких вопросов не избежать.
— Как быстро у вас все случилось, — поджимает мадам губы.
— В жизни и не такое случается, — улыбается Антон, — Как увидел ... Ульяну, — я готова дать ему подзатыльник, снова забыл мое имя, — Так сразу и был очарован.
— Прекрасная девушка, — соглашается мужчина рядом со мной, — Вы, насколько я слышал, музыкант?
— Да, я играю на скрипке.
— Может, сыграете нам что-нибудь, — тут же оживляются все, а я смотрю на Антона.
Тот так и сидит с улыбкой на губах, ничем не показывает своего недовольства.
— Просим, дорогая, — присоединяются остальные гости.
— Если Антон не против, — смотрю ему прямо в глаза, вижу, как в них вспыхивают молнии, но тут же гаснут.
— Конечно, не против, дорогая, — произносит он, — После ужина.
— Да, да, конечно, — кивают остальные.
Я надеюсь, что все забудут, когда закончится этот цирк и мне не придется играть. Нет, я не против, но чувствую себя обезьянкой в цирке, которая должна веселить народ. Но мои ожидания не оправдываются. Меня просят играть, и я поднимаюсь в свою комнату за инструментом. Когда спускаюсь, на середине лестнице меня ждет Антон и берет под локоть.
— Одна композиция, не больше, — шипит сквозь зубы.
— Все для вас, — в таком же тоне отвечаю ему.
Возвращаемся в гостиную, где уже все расселись по местам, а официант разносит напитки. Кто-то берет с подноса коньяк, кто-то шампанское. Сейчас для меня все привычно, мы часто играем на фуршетах после концерта. Недолго думаю, что именно сыграть. Я знаю, что любит такая публика. Что-то легкое, воздушное, без тяжести. Но сложное, чтобы оценили мое умение, а это именно экзамен, я все поняла верно. Мне нужно показать себя именно профессионалом, а не избалованной девицей, что скачет от одного мужа к другому, от отца к сыну. Я должна произвести впечатление, поэтому выбираю и касаюсь струн смычком. И играю Дьявольскую трель Джузеппе Тартини ЗДЕСЬ, при этом смотрю только на Антона, который сидит без одной эмоции на лице. Ничего, сейчас я тебя достану, ДОРОГОЙ!