Диана Фад – Измена. Ты моя тайна (страница 5)

Так, мне срочно нужно перестать думать о нем. Лучше всего погрузиться с головой в работу, что я и сделала. Всеми силами пыталась выбросить из головы Матвея, и мне почти удалось, как я думала. Но стоило только выйти из кабинета, так сразу наткнулась на его наглую улыбку. Стоял, облокотившись на стойку на посту медсестер и о чем-то, разговаривал. На лицах персонала расцветали улыбки, щечки раскраснелись, губки бантиком.

– У нас что работы нет? – прорычала я, вызывая недоумения у медсестер. Обычно я не говорю так, чаще поболтаю с ними, посмеюсь.

– А я вас жду, Мария Ивановна, – сверкает улыбкой Матвей, – Нужно разработать план практики. Нам с вами завтра молодняк принимать.

– Я смотрю, вас радует, возможность покрасоваться перед неопытными студентами, – тут же огрызаюсь я.

– Конечно, я звездень, почему бы и нет? – смеется Матвей, а меня от этой улыбки в жар бросает.

Как часто он так смеялся, когда мы были вместе. За эти пять лет Матвей нисколько не изменился, ну разве чуть раздался в плечах и прическу стал носить немного короче. На висках блестят пара серебристых нитей в светло-каштановых волосах. И даже это придает ему особый шарм. Этот человек всегда обладал таким мощным обаянием, что при виде его ноги подкашивались, а сердце начинало биться как сумасшедшее. Или только на меня так действовал Матвей?

– Звездень, – почему-то произношу я, глядя ему прямо в глаза.

– Не похож? Так вы подойдите ближе, Мария Ивановна. Может у вас зрение уже не то? – наклоняется ко мне, обдав еле заметным запахом своего парфюма.

Меня накрывает воспоминаниями. Я ныряю в этот мягкий запах морского бриза и хвойного леса. Чуть горький, свежий, сладкий, он с ног меня сносит. Картинки нашей близости всплывают одна за другой. Вот губы Матвея на моей шее, скользят по голым плечам, следует легкий укус, оставляет маленькую красную отметку. Идут ниже, смело, горячо, так, что обжигает… В голове звучат мои слова, сказанные в минуты особой близости, между нами, как мне тогда казалось:

– Ты никогда не будешь мне чужим, моя душа тебя присвоила, – улыбаюсь ему в губы, когда Матвей перебирает мои волосы.

Мы лежим на его кровати, моя голова на его плече, я на нем. Растеклась по его мощному голому телу лужицей и млею как кошка от ласки.

– Кошечка моя, – выпутывает свои пальцы из моих волос Матвей и ведет по спине. Очерчивает позвонки, щекотно проводит по изгибу талии, бедра.

Его ногти коротко острижены, ровные, отполированные. Поэтому он не царапает, но этим движением вызывает во мне новую волну желания.

– Ты же не думаешь, что я тебя отпущу? – его рука доходит до поясницы, очерчивает ямочки и спускается ниже. Присваивая, подтягивает меня вверх, сжимая между ног.

– Оу, – выдыхаю я, чувствуя его пальцы внутри.

– Или ты собралась куда-то? – притворно строго рычит Матвей, покусывая мою грудь.

– Неет, – вдыхаю я, теряя голову.

Все была ложь, абсолютно все. Никаких чувств не было, только секс, горячий, страстный, безумный. Больше ничего.

– А теперь? – голос Матвея доходит до меня как сквозь вату.

– Что? – выныриваю я из своих воспоминаний, пытаясь понять, где нахожусь и что происходит.

– Похож я на предмет вашего поклонения, Мария Ивановна? – продолжает Матвей, зло стреляя в меня взглядом, при этом улыбка словно приклеилась к его красивым губам.

– У меня уже есть кому преклоняться, Матвей Николаевич, и это точно не вы, – слишком резко отвечаю я, слишком громко.

Ловлю удивленные взгляды медсестер и разворачиваюсь на каблуках, чтобы уйти в свой кабинет.

– Куда это вы, Мария Ивановна, а поговорить, – подхватывает меня под локоть Матвей, крепко прижимая к себе.

– Да не хочу я… – вырывается из меня, но благоразумно прикусываю себе язык. Не хватало еще разборки перед всеми устроить. Через двадцать минут вся клиника будет знать, что я огрызалась на заместителя Любимова. Тем более предполагается, что мы не знакомы.

– Пошли, – цедит сквозь зубы Матвей, подталкивая меня по коридору в сторону своего кабинета, – Поговорим, – тянет многообещающе и с угрозой.

Хочу отпихнуть его, отстранится, чтобы не было этой яркой вспышки в моем теле от его близости, но не могу. Делаю равнодушный вид, позволяя себе расслабиться. Всем своим видом говорю ему, что «Ты мне никто и звать тебя никак!».

– Посмотрим, – словно отвечает на мой молчаливый бунт Матвей, – Вперед!

И заталкивает меня в свой кабинет, громко захлопнув за нами дверь.

Глава 8

Зажимаю ее у стены и приближаю лицо, всматриваясь в сверкающие злостью глаза. Что там, неужели она еще и злится на меня, а за что позвольте узнать? Ревнует? Да быть того не может. Столько лет прошло или просто бесится, что я теперь здесь и могу вдоволь поиздеваться над той, что меня так «мило» продинамила. Какому мужику понравится, когда женщина месяц ласкается и вьется около него как кошка, а потом просто уезжает, не сказав ни слова и отправляя в черный список.

– Так что, Мария Ивановна, будем жить мирно? – ставлю руки на стену, заточая ее в свой плен.

Ловлю запах, который иногда снился мне во сне, заставляя видеть эротические сны с ее участием. Цветочный, легкий, свежий, не сильно сладкий. Я как собака Павлова первое время реагировал на такой запах, чувствовал на языке ее вкус. Вспоминал и выкидывал ее из своих мыслей. Да не до конца, видимо, выкинул. Еще и жениться на ней хотел, даже кольцо купил. Думал, подарю в день ее отъезда и пусть решает, остается или уезжает.

Если бы не приезд Лены с ее новостями, так бы и сделал. Хотел с самого утра, а не получилось. А потом просто тупой игнор и блокировка. Искал ли я ее по социальным сетям? Искал и нашел. Просматривал фотографии, где она счастливая, смеется. То с Ритой, женой Сергея, то с их детьми. Пару фотографий промелькнуло с каким-то хлыщем, смазливая морда, дорогой костюм и тачка на заднем фоне зачетная. Ничем не уступает моему Порше.

Все эти годы ждал свадебных фотографий. Каждый раз просматривал новые и открывал с каким-то страхом, что теперь все, окольцевали. Но нет, их не было.

Скосил взгляд на правую руку, отметив отсутствие кольца или, мы не носим на работу, а, Мария Ивановна.

– Я с тобой и не собиралась воевать, – фыркает бывшая, – Все, что между нами было – прошло. Это не дает тебе право затаскивать меня к себе в кабинет на глазах у всех.

– Да что ты говоришь? Может, я тебе доброе дело сделал? – прищуриваюсь я, намеренно приближаясь ближе к ее губам. Нас отделяют буквально сантиметры. Одно движение и я коснусь этих полных розовых губ без капли помады.

– Какое? Показывая всем, что мы не только коллеги?

– А что в этом такого? Многие тебе позавидуют, – усмехаюсь я.

– В чем? Что я в твоем списке влюбленных в тебя женщин?

– Такой существует?

– Тебе лучше знать, но мне такая репутация ни к чему.

– Да брось, или ты боишься, что про нас узнают?

– НАС НЕТ! – жестко отвечает Маша, – Не придумывай себе то, чего не было и больше не будет. Мне не нужно, чтобы все считали, что я как-то связана с тобой помимо работы.

– Причина?

– Кроме моей репутации, какая еще должна быть причина? – удивленно расширяются ее синие глаза.

– Есть кто-то, кому не нужно знать? Мужчина, у тебя есть мужчина?

– Это не твое дело! – пихает она меня кулачком в грудь, – Что ты себе возомнил. Пять лет прошло, Мотя…

Тут же испуганно замолкает, называя меня этим ласковым именем.

– Прошло, говоришь… – приближаюсь к ее губам, чем вызываю панику в ее глазах.

На шее бьется бешеным пульсом голубая венка, щеки покрываются румянцем. Грудь натягивает медицинскую форму, приподнимаясь от частого дыхания. Я волную тебя, детка, да? Проверим. Наклоняюсь и касаюсь ее губ легко, словно перышком. Веду губами, словно трусь лишь в одной точке. От этого меня и самого клинит, заставляя закрыть глаза и почувствовать вкус ее губ всем телом. Разливаясь током по венам.

Углубляю поцелуй, осторожно проникая языком во влажное блаженство и тут же искры из глаз, щека горит огнем от удара рукой.

– Я сказала, убери от меня свои руки, – рычит Маша, снова толкая меня в грудь.

На этот раз отхожу, поглаживая щеку. Невольно усмехаюсь, как идиот. Словно получил от нее не пощечину, а обещание встретиться вечером.

– В ресторан пойдешь со мной? – спрашиваю Машу, продолжая рассматривать ее сердитый вид.

– Да пошел ты, – огрызается она, поправляя на себе форму.

– Нет, так не пойдет, – подхожу к раковине в кабинете и подставляю под ледяную воду полотенце. Затем прижимаю его к щеке, – Сергей Геннадьевич назначил нас кураторами практики, и я не намерен портить все это из-за выдуманных причин какой-то неврастенички.

– Это я – то неврастеничка? – вспыхивает Маша, – Я не просила Сергея поставить меня с тобой в пару. Завтра же поговорю с ним. Пусть сделает перестановку, ты с Лилей поработаешь.

– Нет, мы ведущие врачи, Мария Ивановна, а Лилия Кирилловна специалист УЗИ. Мы ведем группу, а не она.

Вижу, как Маша прикусывает губу от досады и ищет выход из положения. Я прямо вижу, как у нее в голове идет мыслительный процесс.

– У тебя над головой значок появился, – кривлю улыбку, указывая взглядом на ее лоб.

– Какой еще значок, о чем ты?

– Перезагрузка, Мария Ивановна. Система обновляется.

– Какой идиотизм, – выдыхает она сердито и делает шаг к двери.