Дезидерий Роттердамский – Эразм Роттердамский Стихотворения. Иоанн Секунд Поцелуи (страница 39)
Праздную души изгоняя вялость,
В огненных рядах пусть звучит (как должно)
Пламенем слово.[163]
А затем и ты, Михаил блаженный,
Песнопений тех восприми начало, —
При таком вожде — триумфатор вечный
20 Воинство неба.
Ты сверкаешь в нем, как пироп сверкает[164]
Средь других камней благородных, или
Как средь звезд родных красотой Люцифер
Огненный блещет.
Власть над смертью всю и над жизнью также
Передал тебе повелитель мира;
Можешь добрых ты охранять, негодных
Смертью карая.
Ты защитник наш, за благих ходатай,
30 В божьем храме ты средь святилищ чистых
Виден, держишь там ты в деснице полный
Ладана ларчик.
Благовонный дым, что над ним восходит,
Достигает пусть громовержца трона
И да будет мил обонянью бога
Дар испаренья.
Благостные ты поселяешь души
В радостных краях, и далеко слышным
Песнопеньем ты, пробудив, исторгнешь
40 Мертвых из праха.
Плеск какой звенел в благочестном сонме,
Когда небо все сотряслось паденьем:
Пал коварный змий и противник ярый
Не без сраженья.
Семь горящих вдруг до небес высоких
Зевов он своих (все оцепенели)
Стал вздымать, и змей набухали шеи
Сотней тройною.
В огненных глазах полыхало пламя,
50 Монстр Авернский яд выдыхал зловеще,
Молниям сродни изрыгая пастью
Огнь со смолою.
Но тебя ничто не страшит в грозящем
Чудище, смирив его силой вышней,
Ты велишь, чтоб он возвратил добычу
Высям небесным.
Под крыла твои, что сверкают медью,
Мчится та, полна радости и страха,
Словно птица, что избежала только
60 Лапы когтистой.
Чтобы страха ей не знавать, зловещий
Низвергаешь труп, и висит, свисая,
Этот жуткий груз, и земля отверзла
Тартар бездонный.
У Пелора так Сицилийский берег[165]
Виснет над водой высотой своею,
И, страшась его, раздается море,
Разом отпрянув.
Там, цепей своих укрощен железом,
70 Он главой трясет, что приводит в трепет,
Карами грозит и взъяренный катит
Тщетную злобу.
Вышней ты храним, Михаил, десницей,
Новые тебя ждут рукоплесканья
И, бесчестный, зла не родит Антихрист
В мире спасенном.
Этот свет и тот ликованья полны,
Уж хвалы поют, и эфир высокий 
