Дея Нира – Навья отрава (страница 12)

Купава даже всплакнула, а потом удивленно спросила, откуда мы про девицу ту знаем. Пришлось сказать, что приснилась она. Хозяйка заохала, запричитала – молодец тот негодный, в комнатке той останавливался, как оказалось. Владар глазами захлопал, а Марешка тоже сделала изумленный вид, но сказала:

– Вы передайте ее родным, чтобы не плакали, не кручинились по ней. Она покой себе и так найти не может, а они своими слезами еще хуже делают. Лучше пусть попросят за нее Темных Богов, дары поднесут. Может, сжалятся.

Поговорив, расплатились гости с Купавой, пожелали ей и ее семье добра, и в путь тронулись. Отъехали от постоялого двора, а на душе все равно печаль какая-то, да и Владар глядел озадаченно.

– Не думал, что Богов уважаешь, – произнес он. – Ты всегда себя так вела дерзко, что на их месте я бы давно разгневался.

Марешка хмыкнула.

– Они и разгневались. Боги не прощают людей, если они против их воли идут. У меня и вовсе сомнения были – а есть ли Боги на свете?

Владар так посмотрел, будто лихо страшное перед ним появилось.

– Ты как скажешь порой что, я даже не знаю, что и думать. Да как же нет Богов? Кто же создал мир вокруг нас? Ты и сейчас так думаешь?

Она фыркнула, но вспомнила свое обещание, данное Темной Богине, свою силу, что из истока лучезарного идет, и с неудовольствием признала, что Боги есть, но о сотворении мира ей подлинно неизвестно.

– У Богов есть секреты от людей. Они не хотят, чтобы мы узнали о них. Есть такие тайны, что скрыты, но я хочу их узнать.

– Зачем тебе это?

Марешка ощутила досаду. С такими мыслями кузнец мог остаться в деревне до конца своих дней, совершенно не размышляя, что творится за ее пределами.

– Хочу знать тайны природы и мироздания.

– Для чего?

Владар снова стал ее раздражать. Вот прицепился! У нее даже мелькнула мысль, что надо было оставить его с неупокоенкой, но тут же испытала стыд за собственные мысли.

Нет уж. Пусть Владар не люб ей, но друг он хороший. И зла не делал. Она не ответила на его последний вопрос, а он и не унимался. Стал дальше расспрашивать:

– Чего молчишь? Разве Богам не лучше известно, что хорошо для людей?

Марешка задержала дыхание прежде, чем ответить, и бросила на него пытливый взгляд.

– Не нравится мне, что Боги решают за меня. Хочу, чтобы мой выбор и моя судьба были только в моих руках.

– Но так не бывает! – воскликнул кузнец. – Они сильнее нас! Они – как родители нам, как Старейшины и Жрецы, только куда выше! Благодаря им мы ходим и дышим. Без Богов нет жизни!

Марешка поняла, что ей наскучил этот спор. Возможно, в чем-то Владар и был прав, но ей все еще не нравилось то, что Боги наблюдали за нами и вмешивались, если считали это нужным.

Пряник, который сперва прислушивался к спору, дергая ушами, улегся на девичьи плечи и задремал. По подсказке Купавы они проехали через небольшое усыпанное снегом поле, с низкими торчащими черными кустами, миновали овраг, редкий ельник и очутились на склоне обрыва, с высоты которого расстилалась большая белая равнина с высокими холмами ближе к горизонту. Внизу тоже рос лес, но он показался не таким непроходимым, как тот, через который всадники пробирались все это время. Где-то там за ними прятался первый город на их пути – Холмоград.

Думая об этом, Марешка ощутила прилив бодрости и сил. Наконец-то она увидит настоящий большой город! Как же она об этом мечтала! Спустя столько дней и ночей, пока они блуждали по черному лесу, она жила этой надеждой.

И вот дорога вела ее туда.

Марешка оставляла позади воспоминания о Красном Тереме и о ярости Старейшин, как дурной сон. Пусть же он развеется и забудется вовсе. Ожидала новая прекрасная жизнь. Хотелось верить в это всей душой.

Глава 4. Тьма и лед

Путь пролегал через снежную равнину. Стройные сосны то собирались вместе, то разбегались по сторонам. Солнце и снег ослепляли, но вдали уже виднелись желанные холмы. Они не давали свернуть с дороги и потеряться. Давно миновал полдень, но Марешка не желала сойти с лошади и передохнуть. Хотелось скорее добраться в город, прятавшийся вдалеке. Владар молчал, а ей того и надо. Должно быть он вспоминал о последнем разговоре и поглядывал не то с неудовольствием, не то с осуждением.

Горностай мирно спал, свернувшись в маленький калачик перед хозяйкой, уткнувшись в лошадиную гриву. Марешка думала о том, что к глубокой ночи либо к завтрашнему утру они доберутся в Холмоград, но ошибалась.

Она не поняла в какой миг ее настигло видение. Девушка засмотрелась на ослепительный белый снег, какое-то время слушала мерную поступь коня, впадая в некое оцепенение. Как тогда у Велеславы, когда они собирались для гадания, и Марешка постукивала пальцами, чтобы усилить видение. Или как щелкал браслет на свадьбе, отчего она впала в полузабытье и призвала силу из самого истока, не понимая этого.

Все вокруг стало совсем белым, будто она погрузилась в молочный туман. Но это совсем не испугало. Исток вспыхнул лучезарным светом, и послышался женский шепот. Он звучал прямо в голове. Все прочие звуки совершенно померкли, а Марешка осталась наедине с той, что заговорила.

Этот голос нельзя было бы сравнить ни с чьим, который ей доводилось слышать. Он завораживал и заставлял слушать, звучал как дивная мелодия и внушал страх. Голос не мог принадлежать человеку. Никто из знакомых ей людей так не умел. Похожий колдовской голос был у Змеиной Царицы, но и она говорила иначе.

– Тебе грозит опасность, дочь русалки. За вами следуют всадники. Вас хотят найти и покарать. Они совсем близко. Берегись их. Темный Владыка заключил свой договор с Жрецом из твоей деревни. Я не могу помешать его исполнению, но могу предупредить тебя. Ты ведь еще не расплатилась со мной. Помни об этом. Поспешите вперед, к озеру. Там в холмах есть проход на другую сторону. Сделай то, что умеешь. Прояви свою силу. Скройтесь от погони.

Шепот, что совершенно зачаровал, утих. Еще немного он звучал в голове, как эхо, а Марешка потрясенно обдумывала услышанное. Стало ясно, чей голос звучал. Он не мог принадлежать никому из смертных. Подумав об этом, внутри свело судорогой не то от страха, не то от волнения.

Придя в себя, она поняла, что Владар что-то спрашивает у нее. Она вскинула на него испуганные глаза и вымолвила:

– Нас преследует. Нужно поторопиться.

– Откуда ты знаешь? – кузнец удивился. – Кто станет гнаться за нами?

Марешка обернулась, всматриваясь в далекий горизонт. Поначалу она ничего не заметила, а от пристального взгляда даже заболели глаза: летевший снег мешал ей, но вскоре к своему ужасу рассмотрела крошечные движущиеся фигурки.

– Глянь сам, – она кивнула в ту сторону, и Владар сощурился.

– Будто едет кто, – неуверенно сказал он. – Очень далеко. Ну и что? Ты сама говорила, что тут тракт есть.

Она покачала головой, едва справившись с волнением.

– Это Сторожевые. Их послали убить нас.

Владар изменился в лице и снова обернулся, чтобы разглядеть всадников, но они все еще были неразличимы.

– Ты что, хочешь остаться и проверить? – выкрикнула она. – Лучше поверь мне, прошу.

Марешка вдруг поняла, что они напрасно понадеялись на милость Старейшин. Зная их одержимую натуру, можно было догадаться, что им пожелают отомстить. Они никогда не забудут. Пламя, охватившее Красный Терем, точно дохнуло на нее своим испепеляющим жаром. Проснулся гнев, который она испытала тогда.

«Не позволю им больше причинить нам вред!»

Они пришпорили лошадей и понеслись вперед во весь опор. Холодный ветер бил в лицо, отчего выступали слезы. Преследовали неприятные мысли о том, что сейчас пригодилась бы вся ее сила. И она бы знала наверняка, что в нужный час сила наполнит до краев, чтобы обрушиться на врага.

Марешка подозревала, что Темные Боги замыслили что-то за ее спиной, но ей было не дано узнать это сейчас. Темная Богиня решила предупредить о грядущей опасности лишь из-за долга. Она что-то хочет получить. Марешка связана с ней клятвой крови, и пока не отдаст долг, не сможет жить спокойно.

Горностай вцепился в юбку хозяйки, уткнувшись в живот, и иногда встревоженно стрекотал, прижимая уши. Она понимала его беспокойство, которое передавалось от нее не только ему, но и Владару. Трудно было понять, насколько он встревожен или рассержен. Быть может, уже сожалел, что отправился вместе с ней. Но она не могла спросить, ведь кони мчались так быстро как могли, и от холодного ветра стыло лицо и горло.

За редким сосновым лесом показались ледяные нагромождения, и под копытами лошадей захрустел лед. Здесь был берег озера, о котором упомянула Темная Богиня.

Что же. Спасибо на этом. Даже если у Богов свой сговор, та посчитала нужным предупредить.

Марешка натянула поводья, принуждая лошадь остановиться, подхватила горностая, посадив его на плечо, и спрыгнула на землю. Тонкая ледяная корка проседала до мокрых земли и песка. Марешка пошла вперед, где подо льдом дальше уже начиналась глубокая неспокойная вода.

Владар тоже спешился и последовал за ней, ведя своего коня под уздцы.

– Что ты намерена делать? – наконец спросил он.

Жена оглядела его с решимостью.

– Ты только ничего не говори, ладно? – предупредила его, наблюдая, как кузнец стиснул челюсти. – Нам нужно попасть туда! – она ткнула пальцем в сторону холмов. – Но у нас нет времени. Мы спрячемся. Они не найдут нас. Сейчас нас укрывает лес, и они не видят, что мы делаем. Сторожевые ничего не поймут, когда окажутся здесь и тогда отправятся дальше, потеряв наши следы.