Дэвид Вебер – К грядущему триумфу (страница 122)

— Просто мимолетная мысль, капитан, — сказал он. — Просто мысль.

III

— Пора, сэр.

Глаза сэра Хоуэрда Брейгарта распахнулись, когда рука на его плече мягко встряхнула его. Через семь дней ему исполнится пятьдесят лет, и он недавно начал чувствовать свой возраст. Привычки тридцатилетней военной карьеры не исчезли только потому, что человек вырвал еще несколько листов из календаря, и он все равно проснулся быстро, почти мгновенно.

Он сел, свесил ноги с края койки и встал. Он потянулся, затем помассировал поясницу обеими руками. Это была одна из частей, которая, казалось, старела несколько быстрее, чем остальная его часть, и он скучал по удобной кровати, к которой привык в своей штаб-квартире в Шэндире. Но для этого ему нужно было быть ближе к фронту, и, по крайней мере, у него была настоящая штабная палатка, которая была далека от тех отчаянных дней, когда он защищал Тесмар в рукопашных боях.

Во многих отношениях, — подумал он с мрачным удовлетворением.

Некогда потрепанная, наспех сколоченная армия Тесмар была усилена почти до восьмидесяти тысяч хорошо накормленных, хорошо экипированных людей… не считая артиллерии. И эта артиллерия также была весьма усилена обещанными 6-дюймовыми угловыми орудиями и даже одной батареей новых и еще более мощных 10-дюймовых углов, основанных на приземистой, обрезанной версии основных орудий кораблей класса «Кинг Хааралд». На самом деле это было слишком большое орудие для использования в полевых условиях; даже с двойными командами драконов они были не очень мобильны, как только съезжали с большой дороги. Однако они передвигались лучше, чем можно было ожидать, для оружия, которое в боевом положении имело массу семнадцать тонн, и они были чертовски хороши.

Лейтенант Кармейкел протянул дымящуюся кружку вишневого напитка, и граф принял ее с кивком.

— Спасибо, — сказал он и сделал большой, но осторожный глоток; как ему нравилось, напиток был горячее, чем петли ада Шан-вей. Затем он поставил кружку на походный столик у своей койки и снова сел, потянувшись за обувью.

— Я предполагаю, что если бы в последнюю минуту произошла какая-нибудь катастрофа, ты бы уже сказал мне об этом, Динтин?

— Вероятно, не раньше, чем вы выпьете свою первую чашку вишневого напитка, милорд, — невозмутимо ответил Кармейкел, и граф фыркнул, засовывая правую ногу в сапог.

— Серьезно, милорд, — продолжил Кармейкел, — все прошло почти слишком хорошо. Кажется, все идет точно по расписанию, и я склонен беспокоиться, когда дела идут так хорошо.

— Иногда, лейтенант Кармейкел, все действительно идет по плану, — заметил Хэнт. — Имейте в виду, лучше действовать исходя из предположения, что этого не случится. Таким образом, вы удивляетесь намного реже… и некоторые из ваших сюрпризов на самом деле приятные.

— Совершенно верно, сэр.

Хэнт сунул ногу в другой сапог, встал, взял свой напиток из вишневых бобов и последовал за своим помощником из маленькой отгороженной секции штабной палатки, отведенной для койки командующего. Дюжина других помощников — не говоря уже о нескольких дюжинах клерков и посыльных — встали по стойке смирно, когда Кармейкел придержал клапан, чтобы он мог пройти под ним, и помахал своей кружкой.

— Вольно, — прорычал он и подошел к огромной карте, потягивая еще горячий вишневый напиток.

На этой карте было много деталей, большая часть которых была собрана его собственными патрулями, хотя довольно много также было собрано из сообщений сети информаторов, которых сейджины, казалось, могли собрать воедино в любой точке мира. Выполняя эту задачу, он потерял больше, чем несколько снайперов-разведчиков, и ему это нравилось не больше, чем понравилось бы следующему командующему, но цена, которую заплатили эти люди, должна была в ближайшие несколько дней спасти чертовски много человеческих жизней. Несколько предметов оставались немного… аморфными, но в целом он был обнадеживающе уверен как в местности, так и в текущей диспозиции армии Сиридан. Он был не совсем доволен такой диспозицией, но, по крайней мере, он знал, где находятся ублюдки.

Сэр Фастир Рихтир был занят как Шан-вей в течение пяти пятидневок с тех пор, как он разорвал контакт. Он отступил на свою нынешнюю позицию, где канал Ширил-Сиридан и главная дорога проходили между Дунсмирским лесом и лесом Кейли, и прочно окопался. Разрыв контакта стоил ему почти четырех тысяч человек — более половины из них были пленными, а не убитыми или ранеными — из арьергарда, который он был вынужден оставить позади. Тот факт, что так много доларцев были готовы сдаться, по мнению Хэнта, говорил о некоторых интересных вещах в текущем моральном состоянии КДА, и Рихтир не мог быть доволен тем, сколько людей он потерял. Тем не менее, граф был совершенно уверен, что доларская команда считала, что приз стоил такой цены. В любом случае, он определенно чертовски эффективно использовал это время!

Сплошная линия окопов, редутов, блиндажей и — к сожалению — «подставок для ног» тянулась через двадцатимильный промежуток между двумя лесами, с флангами, закрепленными на крошечной деревушке Тизуэйл на берегу канала на севере и большой ферме Жозуа на юге. Большая часть этой линии уже была построена к его прибытию огромными рабочими бригадами, которые были собраны для выполнения этой задачи, но с тех пор он продолжал улучшать ее.

Он установил такие же внушительные позиции, прикрывая промежуток между лесом Кейли и лесом с соответствующим названием «Сорокамильный лес» дальше к югу от него. И, если уж на то пошло, между Сорокамильным лесом и лесом Мун-Шэдоу, чуть более чем в ста милях к юго-западу от своей линии Тизуэйл-Жозуа. Эти рабочие бригады также построили две дополнительные резервные позиции позади его основной линии обороны, самая дальняя из них — все еще строящаяся в данный момент — в добрых шестидесяти милях от его нынешней линии фронта, и каждая маленькая складка на земле между основными линиями обороны была обследована его инженерами и отмечена на картах его армии. Его подчиненные точно знали, где найти наилучшую местность для отсрочки действий, если его фронт прорвется, и во многих случаях наиболее защищенная местность была обеспечена, по крайней мере, элементарными траншеями и брустверами.

Компетентный противник — настоящая заноза в заднице, — мрачно размышлял Хэнт. — И то, что мне говорят, что я не могу идти вперед и атаковать, как только буду готов — и до того, как жалкий доларский ублюдок успеет зарыться в свою задницу, — не делает это лучше. Черт возьми, Кэйлеб знает, что лучше не связываться таким образом со своими полевыми командующими! Я должен послать этому молодому человеку депешу, которая даст ему хорошее представление о моем мнении!

Он весело фыркнул, представив, как отреагировал бы его император на любую подобную записку. И, как бы он ни ворчал, он прекрасно понимал, почему ему приказали ждать. Если уж на то пошло, это даже имело смысл на уровне общей стратегии, каким бы болезненным это ни было для армии Тесмар. Он просто надеялся, что военно-морской флот был готов выдержать свой срок.

Конечно, это так, Хоуэрд, — сказал он себе. — Тебе просто нужно о чем-то подумать, кроме количества людей, которых вот-вот убьют. С обеих сторон.

В дополнение к тому, что Рихтир окопался, как попавший в ловушку бешеный ящер, он сам получил подкрепление, и не только гарнизонами, которые этот чересчур способный ублюдок вывел из Брикстина и Уэймита. По последним оценкам шпионов, у него было около шестидесяти тысяч человек, пригодных для полевой службы, и еще около двадцати тысяч всякой всячины, вооруженной тем, что смог раздобыть герцог Салтар. Большая часть из этих двадцати тысяч была занята удерживанием позиций на фланговых редутах. Они были немногим лучше, чем ополченцы, и вряд ли, мягко говоря, смогли бы противостоять массированной атаке новой модели. Но если бы их боевой дух сохранился, они дали бы лучший отзыв о себе с укрепленных позиций, чем можно было ожидать от наспех набранных войск… И они освободили двадцать тысяч ветеранов, которые в противном случае были бы вынуждены размениваться, прикрывая те же позиции. Однако ему все равно пришлось разделить свои полевые силы между линией Тизуэйл-ферма Жозуа и редутами и укреплениями, прикрывающими промежуток между лесом Кейли и Сорокамильным лесом. Это дало ему общую протяженность фронта почти в тридцать пять миль, и шестьдесят тысяч человек превратились в гораздо меньшее число, когда они были разбросаны так редко. Хорошо спланированные и выполненные полевые работы Рихтира позволили ему сэкономить на войсках, но Хэнт был уверен, что сможет прорвать фронт в любой точке по своему выбору. Он мог просто сосредоточить слишком много артиллерии и пехоты, чтобы было по-другому.

Что не значит, что это все равно не может стоить так же дорого, как Шан-вей, — мрачно размышлял он.

По крайней мере, те же самые шпионские донесения подтвердили, что Рихтир не получил ни одной из новых ракет храмовых мальчиков. По-видимому, каждая ракета, которую мог произвести Долар, предназначалась для береговой обороны королевства, в то время как производство ракет на землях Храма направлялось могущественному воинству Божьему и архангелов. Это не облегчило бы положение барона Грин-Вэлли и герцога Истшера — или, если уж на то пошло, графа Шарпфилда и барона Сармута, — но Хэнт не мог притворяться, что он не рад, что его мальчики не встретятся с ними лицом к лицу.