Дэвид Вебер – К грядущему триумфу (страница 121)

— Нет, я знаю, что это была не ваша идея, но сэр Хандил и я должны написать отчет для Горэта о том, что вы видели, так что, вероятно, будет лучше, если мы приступим к делу. Почему бы тебе не рассказать мне об этом?

— Могу это сделать, — сказал Андру. — Конечно, все пойдет лучше — и быстрее — с небольшим глотком, чтобы смазать слова, так сказать. Это также могло бы помочь после того ужасного холодного тумана там, в гавани! — Старик драматически вздрогнул, а Жилберт закатил глаза.

— Почему я не удивлен? — Лейнил вздохнул, затем открыл ящик стола и начал доставать стаканы для виски. — К счастью, после стольких лет общения с рыбаками я готов. Но только одна порция хорошего напитка, пока ты не закончишь, Андру! Ясно?

— У тебя есть способ подбодрить человека, чтобы он понял суть, — усмехнулся Эштин, затем сделал медленный, смакующий глоток. Он позволил ему скатиться по горлу и блаженно вздохнул. Но затем он снова повернулся к Траскиту, и выражение его лица стало серьезным.

— Мы видели их вчера перед самым заходом солнца, майор, — сказал он. — Жилберт и я, мы были в Жэйни-Су, помогали старому Хейраму проверять его буйки вдоль Лобстер-Пот. Некоторые из ловушек нуждались в обновлении, после того порыва, который налетел в среду.

Траскит понимающе кивнул. Эштины были рыбаками — их семья управляла в общей сложности четырьмя лодками, — а не ловцами омаров. Но члены рыболовного сообщества Уайт-Рок, как правило, помогали друг другу, и Лобстер-Пот-Бенд, северо-восточная дуга запутанной массы мелей и илистых отмелей, известных как банка Долар, кишела омарами и крабопауками.

— Во всяком случае, именно там мы их и видели, — продолжал Эштин. — Их было пять, и один из них, черт возьми, был почти в два раза больше остальных. У него также есть две дымовые трубы, а не только одна. — Он покачал головой, и в его глазах было больше, чем след страха. — Самые большие чертовы пушки, которые я когда-либо видел, майор. Не думаю, что кто-нибудь обрадуется, увидев, как эта сука приближается к нему!

— Мне тоже это не кажется, — сказал Траскит, потягивая из своего стакана. — Ты сказал, вчера вечером?

— Да. — Эштин кивнул. — Мы их видели вскоре после того, как отправились. Подумали, что они вряд ли придут на шум в темноте, поэтому решили подойти к ним. — Он пожал плечами. — Ветер стих как раз в тот момент, когда мы огибали Тобис-Хед, так что мы сделали крюк подальше от канала и оставили Звэна и Гектора присматривать за происходящим, а сами приплыли в шлюпке, чтобы Лейнил — я имею в виду мэра, конечно… — несмотря на свое очевидное беспокойство, Андру сверкнул улыбкой мастеру, которого он знал всю его жизнь — узнал, что мы видели.

— Это была хорошая мысль, — искренне одобрил Траскит. — С другой стороны, сомневаюсь, что их заинтересует наша гавань. — Он пожал плечами и предпочел не упоминать, что могли бы сделать шесть 25-фунтовых пушек гавани Сент-Хааралд, если бы чарисийский флот заинтересовался гаванью. — Знаю, что вода глубокая, и это приличная якорная стоянка, когда погода не с северо-востока, но они уже захватили Челмспорт на Трове. Я бы не подумал, что они будут искать…

— Господин мэр! Сэр Хандил!

Дверь офиса распахнулась, когда в нее ворвался городской клерк Лейнила. Траскит удивленно поднял глаза, услышав, что его прервали, но другой мужчина действительно схватил Лейнила за рукав и физически потащил его к окну офиса.

— Как ты думаешь..?! — Лейнил начал возражать, когда его тащили через весь кабинет, но тут зазвонил прибрежный колокол, который обычно вызывал спасательную шлюпку в гавани Сент-Хааралд.

— Смотри! Смотри!

Клерк показывал в окно. Глаза Лейнила проследили за этим жестом, и мэр замер на полпути. Траскит действительно мог видеть, как краска отхлынула от его лица, когда он с трудом поднялся на собственные деревянные ноги. Паркинс оказался рядом в одно мгновение, его здоровая рука мощно подняла майора в вертикальное положение. При обычных обстоятельствах Траскит возмутился бы такой помощью — или, по крайней мере, тем, как эта помощь прежде всего подчеркивала тот факт, что он нуждался в ней. Сейчас же он только пробормотал слова благодарности и так быстро, как только мог, подошел к окну на своих костылях.

— Что такое?.. — начал он настойчиво, затем остановился.

Уголком сознания он отметил, что поднялся ветерок, разгоняя туман, и, похоже, он был виновен в небольшом просчете.

— Что ж, теперь они увидели нас, милорд, — сухо заметил Хэлком Барнс, когда рассеялись последние остатки прибрежного тумана.

Он был рад видеть, как это происходит, хотя гавань Сент-Хааралд была удивительно просторной, а ее дно обрывалось с отвесной крутизной, как будто какой-то огромный роковой кит откусил кусок от илистых отмелей банки Долар со стороны Ферн-Нэрроуз. Согласно картам, даже во время отлива оставалось почти шесть морских саженей в пределах тысячи ярдов до самого города.

Это была достаточная глубина даже для «Гвилима Мэнтира»… что не сделало Барнса намного счастливее от приближения к Уайт-Року в темноте. К счастью, ему не пришлось этого делать, и «Мэнтир» и его спутники засекли время, двигаясь со скоростью не более одного-двух узлов в узком проходе, вне поля зрения с материка, ожидая, когда рассеется туман.

— Полагаю, вы, вероятно, можете принять это как данность, капитан, — сказал сэр Данкин Йерли еще более сухо. Он стоял рядом с Барнсом на правом крыле высокого ходового мостика «Мэнтира», снаружи застекленной рубки лоцмана, глядя через двойную трубу на только что появившуюся в трех милях от него набережную. — В конце концов, мы не самое легкое зрелище, которое кто-то может пропустить.

Барнс фыркнул от смеха, а барон Сармут опустил двойную трубу, в которой он на самом деле не нуждался, и повернулся, чтобы посмотреть назад мимо мачты и труб «Мэнтира» на четыре броненосца класса Сити, проплывающие в кильватере. Корабли «Баркор» и «Айронхилл» класса Виктори составляли им компанию, а «Гейрмин», пятый из броненосцев Хейнза Жэзтро, плелся за кормой, настороженно приглядывая за пятью галеонами, наполненными хорошим углем Гласьер-Харт.

Сармут повернулся обратно к гавани Сент-Хааралд — и какое это подходящее название! — со своей собственной улыбкой. Снарки показали ему офис Лейнила Джирома с высоты птичьего полета, и за реакцией мэра стоило понаблюдать. Как и у майора Траскита, и улыбка барона сменилась выражением, которое было скорее благодарным, чем удовлетворенным, когда он понял, что Траскит слишком уравновешен, чтобы наделать глупостей. Он надеялся, что так оно и будет, когда решил воспользоваться предоставленной ему графом Шарпфилдом свободой действий и перенести передовую базу эскадры с острова Тров в гавань Сент-Хааралд.

С учетом того, что на пути была большая часть банки Долар, от Челмспорта до Ферн-Нэрроуз было более семисот миль, независимо от того, направлялась ли эскадра рейдеров на север или на юг. Для галеона или шхуны это не было проблемой; это просто означало, что им требовалось немного больше времени, чтобы добраться до охотничьих угодий. Но это определенно было проблемой для коротконогих Сити. Пока он не узнал, что прибудет Жэзтро — официально, то есть без каких-либо неловких объяснений о внутренних кругах, снарках и личных коммуникаторах, — Сармут не мог оправдать рекомендацию Уайт-Рока по сравнению с решением оставаться на Трове. В своем сообщении Шарпфилду он указал на многие преимущества Уайт-Рока, но до тех пор, пока с эскадрой Рейсандо не было покончено — и пока не появились бронированные пароходы — попытка захватить остров в такой непосредственной близости от побережья Долара — и от мощной эскадры, базирующейся в заливе Горэт, — была невозможна.

Но все изменилось, — подумал он, наблюдая, как вдали вырастает гавань.

За его кормой первые морские пехотинцы уже спускались по абордажным сетям в десантный корабль, покачивающийся рядом с «Баркором» и «Айронхиллом». Эти десантные суда были оснащены паровыми лопастными колесами, которые были отправлены на борту корабля «Айронспайн» класса Виктори для их установки на острове Кло. Во многих отношениях Сармут предпочел бы винтовую тягу, но лопастные колеса были проще в установке и занимали меньше внутреннего объема десантного корабля. И, по его признанию, у лодок было меньше шансов потерять гребное колесо, чем пропеллер, если бы они неожиданно сели на мель. У него было два полных батальона на борту пароходов, а два других батальона их полка находились на транспортных галеонах, сопровождавших «Гейрмин» и угольщиков. Четыре тысячи чарисийских морских пехотинцев представляли собой довольно серьезный перебор для острова, весь гарнизон которого насчитывал менее двухсот человек, но Сармут был полностью за перебор. Он был сторонником всего, что могло бы внушить то здравомыслие, которое Траскит демонстрировал в данный момент.

Да, все изменилось, — сказал он себе. — И я с трудом могу дождаться, чтобы увидеть, как они отреагируют на это в Горэте. Конечно, у них тоже скоро появятся какие-нибудь другие новости, на которые нужно будет отреагировать, не так ли?

— Ничего, — сказал он вслух, когда капитан Барнс вежливо вопросительно поднял бровь в ответ на его внезапный смешок. Он не мог толком рассказать капитану своего нового флагмана. Он с нетерпением ждал возможности понаблюдать за этой реакцией в режиме реального времени.