Дэвид Шоу – Шахта (страница 27)
Коп-ящерица и коп-птица быстро обсудили, как Ямайка отработает время, которое они потратят на ее оформление. Ямайка в бешенстве плюнула в копа-ящерицу и была официально арестована.
Коп-робот посадил Круза на заднее сиденье одной из патрульных машин. Ему было плевать, если тот стукнется головой. Джонатан вспомнил, что в этом районе мэр Дэйли [39] начинал свою карьеру.
После очередного выяснения мельчайших деталей копы наконец позволили Джонатану заняться своими делами. Естественно, ему не принесли извинений за беспокойство. Поднимаясь по лестнице на свой этаж, он не мог отделаться от ощущения, что ему крупно повезло.
Черный кот ждал его у двери в квартиру 207.
Он почувствовал в воздухе запах краски. Наверное, Фергус делает небольшой ремонт в недавно освободившейся квартире. Джонатан улыбнулся, вспомнив, что в колониальные времена слово «управляющий» было уничижительным. Отношение к нему несильно изменилось с тех пор.
Ванная комната Джонатана представляла собой безупречный пример неадекватности Фергуса. Попытка поменять в ней плитку была неудачной. Периодически плохо приклеенные плитки падали на пол или в ванную, разлетаясь на осколки. Куски старой штукатурки, скреплявшие напольную плитку, откалывались, угрожая тем, кто рисковал зайти в ванную босиком. Паразиты, словно вьетконговцы в лабиринтах подземных ходов, использовали образовавшиеся траншеи для перемещений. Время от времени жук отчаянно выпрыгивал из воды, спасаясь от утопления, и приземлялся на голого человека, который принимал душ. Если вы решили принять горячую ванну, чтобы спастись от вечного холода, то в воде могли обнаружить того же самого жука, который плыл перебирая лапками как одержимый. Ледяной сквозняк гремел металлической обшивкой вентиляционной шахты и проникал через хлипкое окно в ванную, отчего на коже появлялись мурашки. Если в этот момент вы находились в ванной и были мокрым, ваши виски пронзала острая боль, словно рот набит мороженым.
Потолок в ванной являлся очередным свидетельством неудачи Фергуса. Одного взгляда наверх Джонатану оказалось достаточно, чтобы понять, что водопроводная система здания в ужасающем состоянии. Около двадцати месяцев назад потолок прогнил и был отремонтирован криво склеенными листами гипсокартона со штампом Sheetrock Firecode [40]. Вместо того, чтобы их отштукатурить и покрасить, Фергус воспользовался кусками клейкой ленты. Она вскоре отклеилась под воздействием силы притяжения. Примерно раз в неделю случалась протечка, отчего гипсокартон отсырел и стал серым. Он начал провисать как парашютный нейлон. От него воняло плесенью. Воображение Джонатана нарисовало ужасающую картину того, как панели не выдерживают и на него сверху льется вода, вперемешку с насекомыми и нечистотами других жильцов.
Однако стоит признать, что туалеты в большинстве мест, где люди обычно тянули лямку с девяти до пяти, намного хуже. Потрескавшийся бетонный пол. Шатающиеся унитазы. Неповторимый запах мочи.
– Бесплатно? Ах ты, маленький паразит. – Он достал ключи, еще не запомнив, который из них от первого замка. Поставил коробку на пол. Пальцы разжались с болью. Кот подошел ближе и обнюхал его пожитки. Затем начал тереться щекой, покрытой короткой шерстью, об угол коробки.
Конструкция внутренней/внешней двери в квартиру Джонатана была аналогична той, что вела в квартиру Круза под номером 307. Однако справа от первой двери Джонатана находился старый холодильник – вертикальный ряд из трех маленьких дверец. Он все еще работал: за запертыми дверцами был слышен щелкающий шум промышленных холодильных камер, в которых хранят мясные туши. Раньше Чикаго называли «Всемирной мясной лавкой». Благодаря виртуозной работе Фергуса кисточкой дверцы были плотно замазаны липкой кремово-бежевой краской. На контрасте с ней лампочки, освещавшие коридор, казались зловеще-желтыми.
Кенилворт Армс напоминал поздний дом Ашеров [41], его вентиляционные шахты и коридоры казались порождением мозга безумца. Где-то ближе к центру – лихорадочный свет, тусклая вспышка чего-то больного, чего-то умирающего, чего-то не вполне нормального. Слишком много краски, слишком тусклые лампочки, слишком скрипучие полы. Неработающие лифты. Старые холодильники. Без сомнения, то, что все-таки работало в здании, делало это странно и неожиданно. Джонатану казалось, что крысы в подвале на самом деле были шевелящимися гематомами, а черные кошки – ходячими опухолями, готовыми пристроиться к плоти. А все жильцы – лишь плод больного воображения: сегодня – здесь, завтра – нет. Беспорядочные мысли и ошибочные факты, порожденные нездоровым сознанием, чьи воспоминания покрыты сахарной пудрой и имеют коричневатый оттенок старой фотографии. Может, это даже не воспоминания, а сновидения.
Будь хорошей маленькой клеточкой, думал Джонатан, иначе антитела тебя настигнут. Никто не замечал искру отдельно взятого синапса. Или не пропускал.
– Да не забыл я, маленький пушистик. Кому еще я могу пожаловаться на полицию?
– Ты лжешь, – сказал он как бы между прочим. «ВЕЗУНЧИК». Было что-то соблазнительное и интригующее в использовании буквенных кодов при записи телефонных номеров. Как и Круз, Джонатан решил держаться подальше от зыбучих песков бюрократии и не установил телефон в квартире 207. По уверениям Баша, он здесь надолго не задержится. Для временного прибежища телефон был бесполезной роскошью. В почтовом отделении в трех кварталах отсюда имелись телефоны-автоматы. И кому звонить, кроме Баша или офиса Капры?
Вопрос на миллион: наберет ли он «ВЕЗУНЧИК»?
Джонатан представил, как разозлится Круз, если он не поможет ему выбраться из тюрьмы. Захочет ли отомстить ему физически? Джонатан видел, каким Круз был невозмутимым и дерзким в наручниках, перед лицом копов.
И откуда эта горячая девчонка знала, что за ее поведение не будет расплаты? Он не столько восхищался ей, сколько хотел быть таким же, как она, на рефлекторном уровне. Действовать без раздумий; доверять инстинктам. У нее были больше яйца, чем у него.
Кот проскользнул мимо него в квартиру. Как правило, коты тоньше людей, и дверь была приоткрыта совсем чуть-чуть. Перед уходом Джонатан оставил лампу включенной. Подойдя к окну, увидел, что все полицейские машины, кроме одной, уехали. От них остались лишь каракули автомобильных шин на снегу. Бьющееся в истерике семейство Веласкес погрузили в одну из машин и отправили в участок для заполнения документов. Джонатан был практически уверен, что безмозглая полиция Оквуда подозревает мамаситу в том, что та решила подсократить свое многочисленное потомство. Вопрос, который больше всего будет интересовать представителей власти этой ночью: «Куда ты спрятала труп, тупая мексиканка, или пуэрториканка, или кто ты там есть?»
Именно поэтому копы не стали обыскивать Кенилворт Армс.
Кот продолжал обследовать другие коробки. Баш одолжил ему раскладушку – больше, чем односпальную, но меньше, чем двуспальную. Джонатан не жаждал доверить свой позвоночник тому, что Фергус называет «мебелью». Хотя на складе в подвале он выбрал себе плетеное кресло-качалку. Квартира 207 была укомплектована электрической плиткой, холодильником, бюро с зеркалом и карточным столом.
Чем-то воняло.
Холодильник неохотно урчал. Возможно, его мотор усердно поджаривал собственные внутренности. Но пахло не чем-то электрическим или механическим. Запах явно органический, с нотками разложения. В квартире было слишком холодно. Джонатан слышал, как паровой нагреватель в углу старательно вырабатывает тепло. И помнил, что повернул ручку на полную мощность. Определенно, слишком холодно.
Рядом со шкафом его обдало холодом. Методом исключения он определил источник – помещение с ванной и туалетом, ванная комната. Холодный воздух вперемешку с запахом шел оттуда.
Может, унитаз засорился и протек? От вони Джонатан скривился. Организм требовал дышать через рот, в противном случае угрожал отрыжкой.
Так пахнет мясо, пожираемое червями. Густой аромат снова вернул его в детство и напомнил о полуразложившемся трупе белки, найденном в дымоходе. Он повернул закопченную стальную ручку, чтобы проветрить его. Дверца открылась со скрипом, и к его ногам упал трупик, кишащий извивающимися белыми опарышами. Фу-у-у!
Интересно, другим жильцам тоже приходится терпеть этот запах свежего собачьего дерьма и гнойных бинтов? Он потянулся к выключателю над раковиной и почувствовал какое-то движение в воздухе. На секунду в ужасе подумал, что кто-то или что-то находится в крошечной ванной комнате вместе с ним.
Окно рядом с ванной было разбито. Острые осколки валялись на полу и дне ванной. На раме висели черно-красные сгустки, похожие на кровавые фекалии. Такие же ошметки в изобилии покрывали ванну: горкой собрались у стенок, словно мусоровоз с нечистотами разгрузил кузов через окно. Бо́льшая часть этой массы ушла в слив. В ванной остались полутвердые ошметки и багровые, возбужденные мухи. Откуда вообще появились мухи в таком холоде?