Дэвид Геммел – Тёмный Принц (страница 66)
***
Нестус лежал без сна на узком соломенном тюфяке, слушая храп других солдат. Сорок человек спало в длинном помещении, сорок рядовых спартанских солдат, из которых никто не разговаривал с великаном. Он был в полном одиночестве, и обида захлестнула его с головой.
Родной отец отказался принять его, и весть о его позоре разлетелась по всему городу. Друзья шарахались от него на улице, отворачивая лица и притворяясь, что не видят его.
Во рту у него пересохло, и он встал с постели и прошлепал по полу в пустую столовую, где налил себе чашу воды. Холодный ветерок прикоснулся к его спине, и он вздрогнул.
Жизнь была такой многообещающей каких-то два года назад. Он любил Дераю, и уже была запланирована свадьба. Его отец так гордился им. Родственная связь с царским домом - зять будущего Царя. Каждый знал, что Леонид был главным наследником, а Нестус был его ближайшим другом. О, сколь яркое будущее, сколь светлое! Оно даже рассеивало чувство разочарования оттого, что приходилось служить полукровке, который стал к тому времени Первым Военачальником Спарты.
Парменион...
Теперь одно только имя его вызывало у Нестуса выделение желчи в горле, заставляя сердце биться чаще.
Тот день огненным клеймом впечатался в его память, и ему никогда не суждено стереться: Агиселай умер, Царем должен был стать Леонид. Собираясь встретиться с другом во Дворце Цены за Скот, он с наслаждением думал о перспективах, которые перед ним открывались. Его ждало повышение? Каким полком станет он командовать в новом чине? Но нет. Он узнал, что свадьба была отменена, и что его невеста - его любовь - была обещана в жены Пармениону, дабы худородный генерал смог стать Царем Спарты.
- Его следовало убить еще тогда, - прошептал Нестус. Он представил, как клинок его меча вонзается меж ребер Пармениона, как свет жизни угасает в глазах ублюдка
Усевшись за длинный стол, Нестус налил еще воды в чашу.
И что стало теперь, спросил он себя? За его позором следует смерть. Разрушение Спарты, резня его народа. Его мысли обратились к Дерае, и он представил, как ее выволакивают из дворца, насилуют и затем убивают презренные варвары.
Проклятие богов нависло над городом в наказание за то, что полукровка взошел на его престол!
В комнате становилось холоднее, но Нестус едва это замечал.
Мысль так и крутилась в его сознании, поражая своей простотой. "Но куда еще мне податься?"
"Я не могу бросить своих друзей, свою семью."
"Я поступил неправильно. Поднял меч на Царя."
Колдовство? Эта мысль никогда раньше не посещала его. Конечно, в этом всё и дело. Леонид был околдован. Как иначе благородный спартанец отказался бы от своих законных прав на престол?
"Нет. Нет, я не могу."
"Туда, где безопасно, да! Я должен спасти ее. Она любит меня; она пойдет со мной. Там мы будем счастливы. Небольшой путь верхом до Гифеума, затем плавание на корабле. Да! Убить полукровку и вернуть то, что мое! Да!"
Холод исчез, и в комнате стало душно и жарко. Внезапная перемена заставила Нестуса вздрогнуть, и он встал, вернулся к своей кровати. Он тихо переоделся в серый хитон и сандалии с ремнями до колен. Потом, взяв с собой плащ и меч, он вышел из казармы.
Дом его отца был темен и молчалив, и он пролез в окно нижнего этажа, крадучись двинулся по комнатам, пока не дошел до комнаты отца. Здесь, спрятанная за резным дубовым сундуком, была ниша в камне стены; в ней было пять больших кожаных мешочков, набитых золотом. Взяв два из них, он выбрался из дома к конюшне. Конюх, спящий на лежаке у двери, проснулся, когда вошел Нестус. Кулак великана врезался в лицо несчастному, разбив тому скулу; конюх повалился без сознания.
Нестус повесил мешки через седло и взнуздал две самых быстрых лошади, обмотал их копыта мягкой материей и вывел на залитую лунным светом улицу. Направившись ко Дворцу Цены за Скот. У главного входа было только два стражника, и оба были ему знакомы. Оставив лошадей привязанными за углом, Нестус прошел через большие ворота и приблизился к стражам.
- Чего тебе здесь надо? - процедил первый. Кулак Нестуса врезал его в челюсть, свалив его наземь без сознания. Затем Нестус бросился на второго, вцепившись ему в горло и с силой сбивая солдата с ног. Шея несчастного сломалась с громким хрустом. Нестус не намеревался его убивать, и он отбросил тело, в ужасе отступив.
, возникла мысль. Нестус выхватил меч и, без колебаний, вонзил его в горло бесчувственного парня.
Толчком открыв дворцовые двери, он вбежал внутрь, затем - по длинной лестнице на третий этаж, направившись длинным коридором в покои Царицы. Сердце его бешено колотилось, в горле пересохло. Дверь в покои Царицы была не заперта, и он приоткрыл ее, скользнув внутрь. Луна ярко светила через окно на террасу, и первым, что он увидел, было ярко-зеленое платье, небрежно брошенное на скамью. Подойдя к нему, он поднес платье к лицу, вдыхая аромат духов, которым оно пропиталось. Его охватило возбуждение, и он прошел в опочивальню, где Дерая лежала поверх одеял. Нестус прошел в дверной проем, посмотрел на ее фигуру, освещенную луной. Царица была обнажена и лежала на боку с подогнутыми ногами, положа голову на левую руку. На лбу Нестуса выступил пот. В лунном свете ее золотистая кожа была белее слоновой кости, но при этом мягкая и теплая, пышущая здоровьем. Он тяжело сглотнул и подошел к постели, положив окровавленный меч на одеяла. Его ладонь протянулась к ее руке, заскользила по коже, вниз, к животу, и вверх, вдоль изгиба ее бедра. Она застонала во сне и перевернулась на спину.
Нестус улыбнулся, мысль о грядущем блаженстве вспыхнула в сознании: дом у моря, слуги, дети...
Она проснулась и закричала, пытаясь отпрянуть назад. Он инстинктивно схватил ее, пальцы вцепились в волосы и притянули ее обратно.
- Перестань! Это же я, Нестус. Я пришел за тобой. Спасти тебя!
Она перестала сопротивляться, ее зеленые глаза застыли на его лице. - Что значит, спасти меня? Ты сошел с ума? Если тебя здесь обнаружат, ты умрешь.
- Плевать. Я убил двоих этой ночью и убью любого, кто встанет у меня на пути. У меня есть план, Дерая. Уплывем на Крит. У меня там есть друзья, мы будем счастливы там. Но прежде оденься. У нас мало времени. Я всё объясню по дороге.
- Ты безумен!
- Нет! Выслушай меня. Город обречен - ничто его не спасет. Это наш единственный шанс обрести счастье. Разве не видишь? Нам суждено быть вместе.
Взглянув вниз, она увидела окровавленный меч. - Что ты натворил?
- То, что должен был сделать, - ответил он, и его рука поднялась, пальцы стали ласкать ее грудь.
Она отпрянула от него. - Парменион тебя за это убьет, - прошептала она.
- Он здесь один. И он никогда в жизни не одолеет меня в единоборстве. Никто не одолеет. Я лучший.
Она внезапно скатилась с кровати. Он надвинулся на нее, но она вырвалась и побежала к двери. Схватив меч, он побежал за ней, но она выбежала в коридор и закричала во весь голос: - Парменион! Парменион!
Он побежал за ней, догнал на верху лестницы и схватил за волосы. - Ах ты шлюха! Говорила, что любишь меня, а теперь меня предаешь!
- Я никогда тебя не любила! - ответила она, высвободив руку и ударив его по щеке. Отбросив ее, он воздел меч.
- Я тебя убью! - вскричал он. Увернувшись от него, она побежала по лестнице, перескакивая по две ступени за раз. Он побежал за ней, но потерял равновесие и упал, ударившись головой. Меч выпал из руки. Вскочив на ноги, он подобрал клинок там, куда упал, на расшитом ковре, покрывавшем лестничный пролет. Он стал озираться в поисках Дераи.
- У тебя меч, - тихо проговорил Парменион. - Теперь используй его!
Царь стоял голый в коридоре, Дерая за ним. - Теперь ты сдохнешь, полукровка, - процедил сквозь зубы Нестус.
Парменион с усмешкой поднял свой меч. Нестус побежал на него, отведя меч для удара в живот, но Парменион шагнул в сторону, парируя клинок и подсекая ногой ногу атакующего противника. Нестус сильно ударился об пол, но быстро поднялся. - Будь хладнокровнее, - посоветовал Парменион прохладным тоном. - Гнев делает мужчину неосмотрительным. - Нестус вновь атаковал, в этот раз пустив клинок по широкой дуге в горло Пармениона. Царь припал на одно колено, клинок просвистел у него над головой, а его меч вонзился Нестусу в пах. Великан заголосил. Парменион высвободил меч и поднялся. Нестус проковылял несколько шагов вперед, затем бухнулся на колени, кровь фонтанировала из вскрытой артерии. Воин попытался подняться, но силы быстро покидали его, и он упал вперед, лицом на холодный камень коридорного пола.
Ярость, казалось, покидала его вместе с кровью.
Что я здесь делаю, думал он?
Он слышал звуки бегущих шагов и голос, кричавший: "Кто-то пытался убить Царя!"