Дэвид Басс – Каждый способен на убийство. Теория убийств, которая стала классикой (страница 28)

Прекрасный пример мы находим в нашем исследовании мичиганских убийств. 27-летний мужчина ворвался в дом соседа с целью простого ограбления. В процессе он услышал шум из соседней комнаты. Оказалось, это была жена соседа, к которой преступник давно испытывал сексуальное влечение. Повинуясь мимолетному импульсу, он изнасиловал ее. Затем, осознав, что натворил, убил, чтобы не попасться. То, что началось как простое ограбление, трансформировалось в изнасилование с убийством.

Другой парадокс, связанный с женскими страхами по поводу изнасилования, состоит в следующем: подавляющее большинство женщин боятся, что их изнасилует незнакомец, хотя в действительности гораздо больше случаев приходится на мужчин, знакомых с жертвой, – отчимы, бойфренды сестер, друзья и ухажеры. В нашем исследовании всего 9 % участниц беспокоились, что их изнасилует, а затем убьет кто-то из знакомых. Подавляющее большинство, 91 %, опасались незнакомцев.

Существуют, по крайней мере, две правдоподобные гипотезы, объясняющие страх умереть от рук незнакомого насильника. Во-первых, вполне вероятно, в нашем эволюционном прошлом незнакомцы чаще совершали подобные действия, чем сегодня. На протяжении тысячелетий воины-победители насиловали женщин врага; это было нормой. Только за последнее столетие во время военных действий были изнасилованы и убиты тысячи женщин, что подробно описано в классической книге Сьюзен Браунмиллер «Against Our Will» (букв. «Против нашей воли») и в книге «The Rape of Nanking» (букв. «Изнасилование в Нанкине»), посвященных китайским женщинам, изнасилованным и убитым японскими мужчинами во время Второй мировой войны, а также в книге «Rape Warfare», содержащей данные о пострадавших женщинах в Боснии и Герцеговине и Хорватии в период конфликтов 1992–1995 годов[181].

Если в прошлом незнакомцы систематически насиловали и убивали, то женский страх по этому поводу способен представлять собой приобретенный защитный механизм, побуждающий избегать незнакомцев. Он был перенесен в современную среду. В контексте жизни в больших городах и географической мобильности мы все время сталкиваемся с незнакомцами, чего раньше никогда не было. Как следствие, женская защита, адаптивная в прошлом, в современном мире несколько гипертрофирована.

Согласно второму возможному объяснению, женский страх перед незнакомыми насильниками-убийцами отражает то, что эволюционный психолог Марти Хазелтон и я называем «адаптивным предубеждением»[182]. Как мы помним, эволюция всегда выбирает меньшее из двух зол. В контексте изнасилования/убийства женщина может совершить две ошибки. Первая – полагать, что у незнакомца нет преступных намерений, тогда как в действительности есть. Если так, ей грозит смертельная опасность. Вторая – приписать намерение изнасилования/убийства людям, которые на самом деле не помышляют ни о чем подобном. Очевидно, первая значительно опаснее. Вторая, которую я называю «адаптивным параноидальным предубеждением», приводит лишь к относительно тривиальным издержкам – избеганию незнакомых людей в ситуациях, когда в этом нет необходимости. Даже если женщины ошибаются, приписывая намерение незнакомцам, в 999 случаях из 1000, эволюция будет благоприятствовать адаптивному параноидальному предубеждению: оно мотивирует избегать посторонних и, следовательно, может однажды спасти жизнь, когда на самом деле женщина окажется в опасности.

Эти объяснения, конечно, не являются взаимоисключающими. Оба фактора могут играть свою роль. Вполне вероятно, у женщин развилось адаптивное предубеждение по отношению к незнакомым мужчинам, и этот защитный механизм гиперактивен в современном мире, где дамы сталкиваются с незнакомцами гораздо чаще, чем когда-либо в прошлом.

Ярость, которую многие испытывают после изнасилования, отчетливо проявляется в следующем откровении одной из участниц нашего исследования.

Меня изнасиловали на вечеринке. Я была девственницей. Это было ужасно. В прошлом году он приехал в мой колледж, остановился у моего соседа по общежитию и начал распускать обо мне отвратительные сплетни… В своих фантазиях я притворялась, что хочу заняться с ним сексом, подводила к кровати, а потом отстреливала ему яйца.

Изнасилование вызывает справедливый гнев не только у женщин, подвергшихся нападению, но и у их партнеров, а также членов семьи и друзей. Мы обнаружили, что об убийстве насильника фантазируют не только сами жертвы, но и их близкие.

Один из участников исследования хотел убить соседа по комнате и давнего друга, потому что тот приставал к его девушке, пока та спала. Другой воображал убийство дяди бывшей подруги, который неоднократно насиловал ее, в результате чего девушка пыталась покончить с собой. Он мечтал «отстрелить ему гениталии» и сказал, что пошел бы на это, если бы дядя домогался ее у него на глазах.

Ниже приведен фрагмент интервью с молодым человеком, фантазировавшим об убийстве мужчины, который изнасиловал его подругу.

Респондент № Р2207: мужчина, 18 лет. [Вопрос: Кого вам хотелось убить?] 25-летнего бывшего военного. Он изнасиловал мою подругу. Моя девушка позвонила и рассказала, что нашу общую подругу изнасиловали. И она, и насильник были абсолютно трезвыми. Она просто гуляла с ним. В какой-то момент он напал, изнасиловал, а потом, как ни в чем ни бывало отвез домой. [Вопрос: Каким способом вы бы его убили?] Я думал так: врываюсь к нему домой с друзьями, и мы избиваем его до потери сознания. Потом связываем и ждем, когда он очнется. Как только он открывает глаза, я спрашиваю его, кто дал право так поступать, и говорю, что это ненормально. С этими словами я стреляю ему в левое колено. Глядя, как он корчится от боли, спрашиваю, нравится ли ему, когда с ним обращаются так, будто он не человек. Стреляю в правое колено. Потом советую ему задуматься о том, что он сделал, и молиться о прощении. В конце концов дважды стреляю ему в живот и бросаю умирать. [Вопрос: Что помешало вам так поступить?] Я надеюсь, его арестуют и посадят в тюрьму. Пусть на собственной шкуре испытает, каково это, когда тебя насилуют.

Другой мужчина (21 год) фантазировал об убийстве того, кто изнасиловал его знакомую.

Он дал девушке седатик и изнасиловал ее. После позвонил ей и все рассказал, да еще похвастался друзьям. Я думал повалить его на землю, прижать горло коленом и раздавить. Моя подруга просила не причинять ему вреда, и я пообещал, что не буду. Если бы он остался безнаказанным, то, вероятно, снова бы кого-нибудь изнасиловал. В таком случае, возможно, я бы правда его убил.

Подруги жертв тоже думают об убийстве сексуальных хищников, которые охотятся на их знакомых.

Респондент № 227: женщина, 23 года. [Вопрос: Кого вам хотелось убить?] Мистера Джексона, отца лучшей подруги. Точнее отчима. Он приставал к ней много лет. Я видела, как он прикасался к ней, и это приводило меня в бешенство. На меня смотрел так же, как на нее. Помню, подумала: «Если я его не убью, он сделает это и со мной». Все началось, когда мы учились в 7 классе. Моя лучшая подруга сказала, что отчим заставлял ее заниматься с ним сексом с восьми лет, и она не может сказать маме, потому что та страшно рассердится. С тех пор всякий раз, когда я оставалась у нее на ночь, я клала под подушку нож. И молилась, чтобы в случае чего мы смогли его убить. [Вопрос: Каким способом вы бы его убили?] Я представляла это так. Он приходит ночью и уговаривает ее пойти с ним. Неожиданно я вскакиваю с кровати и закалываю его. Меня пугают мужчины с волосами на лице, потому что у него была борода. Многие годы я ассоциировала волосы на лице с растлителями малолетних и до сих пор ассоциирую. Я чувствую агрессию по отношению к таким людям. [Вопрос: Что могло заставить вас переступить грань и совершить настоящее убийство?] Если бы он когда-нибудь вошел в комнату посреди ночи, думаю, я бы ударила его ножом больше от страха, чем по каким-либо другим причинам.

В гомицидальных фантазиях этой женщины есть несколько важных моментов. Во-первых, она предприняла реальные шаги, чтобы не стать жертвой отчима подруги – раздобыла нож и клала его под подушку каждый раз, когда чувствовала себя в опасности. Во-вторых, психологические шрамы от страданий подруги, равно как и страх изнасилования сохранились и в зрелом возрасте, о чем свидетельствует устойчивая эмоциональная реакция на бородатых мужчин. В-третьих, отчимы гораздо более склонны к растлению и изнасилованию падчериц, чем мужчины, которые являются биологическими отцами[183]. Хотя большинство отчимов, конечно, не домогаются падчериц, его наличие тем не менее увеличивает риск в десять раз.

Хотя для многих интуитивно очевидно, что сексуальные хищники причиняют серьезный ущерб жертвам, причины, по которым изнасилование наносит выжившим тяжелейшую психологическую травму и считается одним из грубейших нарушений социальных норм, заслуживают более пристального изучения. С эволюционной точки зрения его цена слишком высока. Ключевым элементом женских брачных стратегий является свободный выбор партнера. Поскольку они вкладывают в детей огромное количество ресурсов, сил и времени и могут родить всего нескольких, эволюция благоприятствовала развитию психологии, придающей большое значение процессу выбора партнера. Репертуар критериев, которыми руководствуется женщина при выборе мужчины, включает детально проработанное «меню», длительное и пристальное изучение качеств кандидатов, а также тщательную оценку силы любви и приверженности.