Дэвид Балдаччи – Длинные тени (страница 81)
– Хочу дать совет. Поменяйте рубашку.
– Зачем?
– У вас помада на воротнике. Любопытно, что она того же оттенка красного, что и на губах у вашей ассистентки Роуз.
Достав из ящика стола зеркальце, Лэнгли проверил воротник и попытался стереть помаду салфеткой.
– Она поздравляла меня с предстоящей свадьбой и немного увлеклась.
– В самом деле? Я-то думал, она поцеловала вас
– Думайте, как вам угодно.
– Как именно вы заставили проститутку снять обвинение против вас?
Лэнгли встал.
– Вы сейчас на волосок от иска о защите чести и достоинства.
– Не думаю.
– О, так теперь вы еще и юрист?
– Нет, все сказанное мной – правда. Она была проституткой, а вы обвинялись в нападении на нее, а затем она сняла обвинения и уехала из города. Надеюсь, она еще жива.
– Прощайте, Декер.
Амос вышел из кабинета и закрыл дверь. Остановился перед столом Роуз. Она, комкая салфетку, не смотрела на него. Декер присел напротив нее.
– Как я понимаю, вы слышали о планах женитьбы?
Кивнув, она высморкалась.
– А вы с ним?..
– Во всяком случае, я надеялась. То есть я знала, что он с ней встречается, но у меня и в мыслях не было… – Она подняла на него полные слез глаза. – Он говорил, что любит меня.
– Мне искренне жаль, – сказал Декер, когда она снова высморкалась. – Это было нехорошо с его стороны. – Он огляделся. – Довольно дорогие офисные площади, и стоят кучу денег… А еще мужик водит «Бентли». В смысле, я знаю, что адвокаты зарабатывают недурно, но нет ли тут чего-нибудь еще?
– Не думаю, что могу говорить с вами о чем бы то ни было, касающемся этой фирмы. – Она настороженно глянула на него.
– Ничего страшного. Я не хочу заставлять вас делать то, что вам неприятно. Видя, насколько он лоялен по отношению к вам.
Декер услышал, что она буркнула что-то под нос, звучавшее примерно как «в жопу». Бросила взгляд на свой компьютер – и уже через несколько секунд стучала по клавишам.
– Вдобавок к тому, что я ассистент мистера Лэнгли и помощник адвоката, я еще и веду бухгалтерию фирмы. А теперь мне надо отойти переговорить кое с кем кое о чем. Скоро вернусь. Если хотите, можете пока тут просто
Она ушла, а Декер тотчас же уселся за ее стол. Страницы, которые он листал, были сугубо финансовыми. Сделав скриншоты всех до единой, он вышел.
Озлобленная Роуз только что подкинула ему лакомый кусочек. Лэнгли следовало бы получше заботиться о своих сотрудниках.
Проходя мимо «Бентли», Декер с улыбкой похлопал его по капоту.
Теперь он понял Денниса Лэнгли в полной мере – впрочем, не так уж это было и трудно.
Вот только совершал ли тот еще и убийство Джулии Камминс?
Глава 78
Сделав дюжину звонков, Уайт так осталась практически с пустыми руками.
Почти все бывшие старшие штатные сотрудники Таннера в Сенате либо уже умерли, либо давно отошли от дел. Она получила ряд имен и несколько онлайн-фотографий этих людей из дней их молодости. Решила, что можно показать их Дейдре Феллоуз – вдруг узнает человека, помогавшего в спальне Канаку Роу спеленать покойницу и запихнуть ее в чемодан.
Но если тот человек был молодым помощником, секретарем или одним из самых младших штатных сотрудников, отследить этого человека сейчас будет крайне трудно. Как-то не случалось, чтобы исчерпывающие списки подобных сотрудников держали в каком-нибудь аккуратном и опрятном архиве. После ухода Таннера в отставку многие из них, вероятно, перешли на работу к другим членам Конгресса или ушли из политической сферы напрочь. Если этот человек был личным помощником Таннера, а не занимался его политической кампанией, его еще удастся опознать, хотя она пока не представляла, каким образом. Миссис Таннер мертва. От мистера Таннера проку не жди. Дейдра была ребенком и в ту ночь его не узнала. Канак Роу знал, но он, вероятно, тоже покойник. И все это произошло еще до рождения Казимиры Роу.
Связавшись с департаментом полиции округа Майами-Дейд, Уайт поговорила с кем-то из его отдела нераскрытых преступлений. Не сообщая, о каком конкретно деле идет речь, дала описание интересующей женщины, дату и место. Офицер пообещал связаться с ней, но предупредил, что перед ней длинная очередь, а без имени поиски будут небыстрыми и нелегкими. А на самом деле, добавил он, практически неосуществимыми.
Имелась также база данных нераскрытых преступлений, которую вела независимая организация, охватывающая сорок шесть штатов и пятьдесят округов Флориды, но, опять же, без имени поиски Уайт на основе имеющейся у нее информации не дали ничего.
«Блин». Она потерла глаза, гадая, как продвигаются дела у Декера.
Ей пришли электронные письма в ответ на некоторые запросы по другим линиям расследования. Дорожные камеры в рассматриваемое время ничего не дали ни по «Бентли» Лэнгли, ни по «Астон Мартину» Чейз. Барри Дэвидсон подозрительных платежей не проводил. Ответ из винного магазина пока не поступал, так что ей пришлось позвонить самой, и ей сказали, что ночной кассир вспомнил, что видел Лэнгли в ту ночь в то самое время, когда тот говорил.
«Три страйка – и мы в ауте».
Форварднув все это Декеру, Уайт позвонила матери, чтобы узнать, как там дети. Покупать им личные телефоны она пока воздержалась, хоть и понимала, что долго так продолжаться не может, особенно со старшим. «Оглянуться не успеешь, а они уже в колледже, а там и свадьбы, и живут собственной жизнью далеко-далеко от матери… А ты упиваешься жалостью к самой себе, Фредди, и выглядит это, безусловно, не фонтан».
– Привет, ласточка, – сказала мать. – Как дела в солнечной Флориде? В солнечном Балтиморе сейчас около сорока[19].
– Медленно. Даже не знаю, когда вернусь.
– Я вот хотела тебя спросить, а что там делает местное отделение ФБР? Почему для этого вызвали вас с Декером?
– Я и сама задаюсь тем же вопросом с первого же дня. Да и агент, с которым мы здесь работали, тоже был не особо в восторге.
Она не сказала матери, что агента Эндрюса ранили, да и в нее саму тоже стреляли. И возносила безмолвные молитвы, чтобы мать не увидела этого где-нибудь в новостях.
– Ну, может статься, это потому, что Бюро считает вас с Декером первоклассными агентами и посылает вас только на самые трудные дела…
– Ага, – саркастически обронила Уайт. – Я такая первоклассная, что уже два повышения обскакали меня стороной. Впрочем, это может быть благодаря моему чарующему нраву.
– И факту, что ты не терпишь дерьма ни от кого, особенно от агентов-мужиков, пытающихся держать тебя на таком месте, какое по нраву им. Но ты славно даешь сдачи, ласточка.
Они еще какое-то время поболтали о том, как идут дела у детей, и Уайт сказала матери, что выберется повидаться при первой же возможности.
Закончив разговор, она уселась поудобнее, опять гадая, почему сюда прислали их, когда агентов ФБР хоть отбавляй по всей Южной Флориде, да вдобавок у Бюро есть крупные местные отделения и в Тампе, и в Майами.
«Не из-за меня, это наверняка. Значит, дело в Декере? В смысле, я знаю, что он мужик будь здоров, но в этом ли причина?»
У начальства об этом спрашивать как-то не с руки. «Эй, сэр, а чего это вы спровадили сюда наши жалкие задницы, когда у вас в Солнечном штате личного состава как грязи?»
Уайт решила позвонить Джиму Полларду, своему другу из штаб-квартиры, держащему нос по ветру и знающему все сплетни Бюро.
– Приветики, Фредди, как делишки? – зычно поинтересовался Поллард.
Голос у него под стать сложению. Он крупный мужичище, компанейский, пользующийся репутацией хорошего агента, но одержимый тайным желанием играть на сцене – и удовлетворяет его, участвуя в местных постановках. Все в нем крупнее натуральной величины. А еще он обожает внутренний драматизм Бюро, недостатка в котором не знает.
– Я во Флориде с делом.
– Знаю, Фредди. С единственным и неповторимым Амосом Декером, никак не меньше.
– Так ты знал об этом?
– Дьявол, да об этом известно всем и каждому! Прими мои соболезнования, что влипла с ним в роли нового напарника. Слыхал, прежняя дала от него стрекача аж в Нью-Йорк.
– Вообще-то Алекс Джеймисон чрезвычайно высокого мнения о нем, – возразила Уайт, сама удивившись тому, как разозлило ее это замечание.
– Я слышал другое.
– А в каком это смысле всем и каждому известно, что мы здесь?
– Хочешь сказать, что не слыхала?
– Не слыхала чего?
– Росс Богарт защищал Декера. Теперь, когда он ушел в отставку, Бюро подустало от этого типа. Ясень пень, кое-каких успехов он добился, но поговаривают, что работать с Декером хуже горькой редьки.
– Он малость своеобразен, зато у него блестящие мозги и куда более бережный подход к людям, чем мне представлялось.