Дэвид Балдаччи – Длинные тени (страница 33)

– То есть вы хотите сказать, они хотят погубить компанию, построенную вашим отцом?

– Не исключено. Это определенно одна из возможностей.

– А по поводу моего второго вопроса?

– Я не знаю, почему они ополчились против Алана Дреймонта. Поначалу мне в голову пришли наиболее очевидные объяснения. Что истинной мишенью была судья, а он погиб, защищая ее. – Роу подняла глаза на Декера. – Может, так оно и есть?

– Все может быть.

– Но вы считаете это неправдоподобным?

– С деньгами в горле? Как-то я сомневаюсь, что у них случайно оказалась с собой устаревшая словацкая валюта, когда они явились в дом судьи, чтобы убить ее.

– Но это могло быть средством сбить вас со следа. Отвлечь внимание.

– Они должны были знать, что Дреймонт ее охраняет, и могли знать, на кого он работает. Насколько широко известно прошлое вашего отца – то, что он приехал из Чехословакии?

– Достаточно хорошо. У нас же часы в конторе. – Роу попыталась улыбнуться.

Декеру это представлялось пустой тратой времени, поскольку он уже знал, что в доме в ту ночь произошли два не связанных между собой убийства. Впрочем, он может и заблуждаться на этот счет.

– Значит, вы предполагаете, что кто-то хотел отыграться на «Гамме». Значит, убили Дреймонта, набили ему рот словацкими деньгами, а потом убили судью, чтобы убрать свидетеля?

– Такова одна из возможностей.

– Но почему на мушку взяли Дреймонта? Из всех агентов, имеющихся в вашем распоряжении? И к чему убивать его на задании? Ведь это означает, что может понадобиться убить и подзащитного?

Роу с задумчивым видом отпила вина.

– Когда вы так сформулировали, я поняла, что это выглядит неправдоподобно.

Декер глотнул пива.

– Каким бы образом я ни формулировал.

– Тогда что предполагаете вы? – Она поглядела на него.

– Так вот это ради чего?

– Что вы имеете в виду?

– Вы попросили меня о встрече, вбросили хреновую гипотезу, которую я раздолбал, а после поставили меня в положение, когда изложение моей гипотезы выставит меня умником. Но на самом деле вы хотели выяснить, как продвигается следствие.

Улыбнувшись с нарочитой скромностью, она отставила бокал.

– Не хотите ли пойти на работу в «Гамму»? Такие люди, как вы, нам нужны.

– Не рассчитывайте, что это сработает.

– Почему?

– Я не ношу галстуков. Разве что на похороны.

Она подалась вперед с более напряженным выражением лица.

– Я боюсь, что это окажет отрицательное влияние на «Гамму».

– Несмотря на свой чарующий характер, я и пиаром не занимаюсь.

– СМИ уже ухватились за факт, что один из наших оперативников убит.

– На самом деле мне нет дела до вашего бизнеса. Я только хочу поймать тех, кто убил двух человек.

– Это я могу понять, но мне надо думать о многих людях.

– Ладно, думайте о них, а я сосредоточусь на своей работе.

– Не очень-то вы настроены на сотрудничество.

– А разве я должен сотрудничать с лицом, добывшим сведения о деле, располагать которыми ему не полагается, и пытающимся обманом заставить меня проговориться еще больше, не сказав взамен ни единого чертова слова?

– Пожалуй, я это заслужила. – Роу опустила взгляд.

Отставив стакан, Декер встал.

– Мне надо возвращаться к работе.

– А вы не могли бы… прогуляться со мной по пляжу?

– А я похож на любителя пляжей?

– Всего на пару минут. Пожалуйста!

Глава 31

Уже второй раз за время этой поездки Декер ступил на песок.

Роу сняла туфли. Амос, возвышающийся над ней, как и над большинством людей, сунул носки в карман пиджака. С минуту они шагали в молчании, пока Роу не остановилась, устремив взгляд на воду.

– Это было где-то там.

– Вы так и не сказали, как умер ваш отец.

– Не сказала? Разве?

– Слушайте, это не мое дело.

– Я привела вас сюда не потому, что это не ваше дело.

Амос поглядел на горизонт.

– Ладно, слушаю.

– По-моему, он отправился порыбачить. Мой отец любил рыбачить в открытом море.

– Он был один?

– Не знаю.

– Как это не знаете?

– Ну, компании с ним не было – по крайней мере, насколько мне известно. Но это не значит, что он был один.

– Кто-нибудь пропал без вести, кроме него?

– Насколько мне известно, нет.

– Что ж, если с ним кто-то был, они же могли вернуться и сообщить о случившемся?

– Никто не вернулся. Катер пропал. Тела не нашли. Причину происшествия не установили.

– Вы хотите сказать, что не было никаких обломков или нефтяных пятен, показывающих, что катер затонул?

– В районе его предполагаемого местонахождения провели краткие поиски, но подводных поисков не проводили, потому что не нашли признаков, что катер затонул. А площадь громадная. И, в отличие от пилотов самолетов, обязанных подавать план полета, подавать план маршрута яхты никто не должен. Обычные рыболовные чартеры ходят в одни и те же места, но к моему отцу это, конечно, не относилось.

– Тогда кто же заявил о его исчезновении?

– Его друг, частенько ходивший с ним на рыбалку. Никто сразу не сообразил, что отец не вернулся. Заметили только на другой день. Он вышел в море в субботу, и никто не понял, что его катера нет на стапеле, до вечера воскресенья. Тогда, как я сказала, отправили поисковую партию туда, где он мог предположительно находиться. Ничего не нашли. Но его там могло и не быть вовсе. Воды там очень глубокие. За то время, пока его не было, катер мог затонуть, но, как я сказала, признаков этого не нашли.