Денис Юков – От Любви до Смерти (страница 2)
– Вы… вы виноваты в её смерти?
Молчание. Он не ответил сразу. Лишь крепко сжал бокал с тёмным вином.
– Она погибла, потому что увидела то, чего не должна была видеть, – тихо произнёс он. – Она хотела знать правду обо мне. И дошла до конца. Я не убивал её. Но я – причина.
Эва медленно поднялась из-за стола. Стул скрипнул.
– Вы играете со мной? Это всё… какой-то больной спектакль?
Кай не двигался. Лишь произнёс:
– Ты не видишь? Ты идёшь тем же путём. Ты не боишься смотреть в тьму. Но тьма смотрит в ответ.
Он встал. Его тень на стене казалась больше, чем положено. Искажённой. Нечеловеческой.
– И если ты хочешь выжить – не влюбляйся в меня.
Эва замерла.
– Что?
– Потому что я… – он вдруг осёкся. Посмотрел на неё, как человек, страдающий от собственной правды. – Я уже влюбился в тебя.
Граммофон вдруг захрипел, игла соскользнула. Свет свечей на мгновение замерцал. В кафе стало холодно.
Эва стояла неподвижно, не зная, что страшнее: услышанные слова… или то, как сильно её сердце откликнулось.
Улицы были пустыми. Ветер резал лицо, как лезвие, но Эва не чувствовала холода. Она шла медленно, будто не до конца верила, что всё произошло на самом деле. В груди всё ещё эхом отдавались его слова.
«Я уже влюбился в тебя.»
Ложь? Игра? Признание? Всё это казалось неправдой… и в то же время – пугающе настоящим.
Она дошла до своего дома. Входная дверь, как всегда, скрипнула. Тьма внутри встретила её с привычным равнодушием. Но сегодня тьма казалась… живой.
Оставив пальто на стуле, Эва прошла в мастерскую. И остановилась.
Картина, которую она писала днём – портрет Кая – была закончена.
Она не прикасалась к ней после ухода. Но теперь взгляд Кая на полотне был иным. Не просто спокойным. Он был живым. Он следил за ней.
Под его глазами – едва заметная ссадина. На губах – едва различимая усмешка.
Эва попятилась. Стукнулась спиной о мольберт.
И тогда заметила: на столе рядом лежала вторая чёрная роза. А под ней – новая записка.
«Ты открыла первую дверь. Дальше будет темнее. Но теперь ты не одна.»
Без подписи.
Она посмотрела на окно. Снаружи – ночь. И чья-то тень скользнула по стеклу, как дыхание, которого не должно быть.
Эва не закричала.
Она просто улыбнулась. Едва-едва. Как сестра на той картине, что так и осталась недописанной.
Глава 2: Сон о белом платье
Эва спала плохо. Ночь ворвалась в её разум так же, как Кай – без предупреждения, с ледяным прикосновением, оставляющим ожоги.
Сон пришёл внезапно. Как воспоминание, но чужое.
Белое платье развевалось на ветру. Луиза стояла на лугу, окружённая высокой травой, в которой плыли чёрные вороны. Небо над ней было нежно-серым, без солнца, без звёзд. В её руках – чёрная лента. Та самая, которую они вместе носили в подростковом возрасте, как знак сестринства.
Эва стояла напротив, но не могла приблизиться. Ноги будто вросли в землю.
– Ты помнишь, как мы клялись? – спросила Луиза. Голос звучал глухо, будто из-под воды.
– Помню, – прошептала Эва.
– «Никто не разлучит нас. Ни люди, ни время, ни смерть».
Эва кивнула, и слёзы потекли по щекам. Она не чувствовала их. Только внутреннее, медленно разрывающее сердце чувство – вины.
– Ты ушла… ты не попрощалась, – выдохнула Эва.
– А ты не спросила, почему, – с упрёком ответила Луиза.
Вороны вспорхнули в небо, как единая чёрная туча. Белое платье Луизы стало медленно окрашиваться в серый. Лента выпала из её рук и легла у ног Эвы.
– Он не тот, кем кажется, – добавила Луиза. – Кай несёт в себе нечто большее, чем боль. Ты должна узнать, кем он был, чтобы понять, кем ты станешь.
– Что это значит? – Эва крикнула, но ветер унёс её голос.
Луиза уже отступала, растворяясь в тумане. В последний момент она обернулась, и её глаза стали абсолютно чёрными.
– Не верь его чувствам… пока не узнаешь свою правду.
Эва проснулась резко, с криком. Комната была тёмной, но ей казалось, что кто-то только что вышел за дверь. Сквозняк качнул занавеску.
Она села на кровати, трясущимися руками провела по лицу.
На подушке рядом лежала чёрная лента.
Та самая. Из сна.
Эва смотрела на чёрную ленту на подушке. Её пальцы дрожали, но она всё равно взяла её в руки. Лента была настоящей – плотной, слегка потёртой, с ниткой, торчащей сбоку. Такая же, как в детстве. Та самая.
Но это было невозможно.
Она встала, накинула тёплый свитер и включила ноутбук. Пальцы быстро застучали по клавишам.
«Кай. Исчезновение. Луиза Эдгар. Несчастный случай. Мост.»
Ничего. Ни имени, ни статьи. Только старые новости о самоубийствах и таинственные исчезновения. Всё отрывочно, не связано. Он словно не существовал.
"Если он знал Луизу… значит, он был частью её жизни. И, возможно, её смерти."
Эва открыла электронную почту сестры. Доступ она нашла ещё месяц назад, после похорон. Тогда она не решалась её читать. Теперь – не могла не открыть.
Среди множества писем – одно, пришедшее за два дня до гибели Луизы. Без темы. Без текста. Только вложение: фотография.
Эва щёлкнула.
На экране появилась чёрно-белая фотография старого особняка. Два этажа, заколоченные окна, фасад, обвитый мёртвыми лозами. На воротах – табличка с надписью:
«Институт им. Рейна. Закрыт в 1999 году».
И снова – воспоминание. Мелькание образов. Луиза, смеющаяся у входа в здание. Старая камера. Чьи-то тени на фоне. И… тот же голос, что звучал на мосту.
"Кай был там. Он был частью этого."
Эва не стала ждать утра. Через час она уже ехала на такси за город, туда, где по слухам, когда-то находился тот самый закрытый институт. Она сидела, сжимая ленту в ладони. Пульс в висках отдавался ударами тревоги.
Дорога петляла между тёмными деревьями. Шофёр бросал на неё странные взгляды, но молчал.
– Вам точно сюда? – спросил он наконец, когда свернул с асфальта на разбитую грунтовку. – Дальше ничего нет. Только руины.