Денис Юков – От Любви до Смерти (страница 4)
Глава 3: Бумаги Кая
Эва сидела в холодной библиотеке института, среди пыли и теней, с единственным источником света – фонариком, направленным на раскрытую папку.
Бумаги внутри были перемешаны, будто кто-то пытался спрятать правду, но не слишком тщательно. Ручка её дрожала, но глаза двигались быстро – строчка за строчкой.
Отчёт о состоянии пациента №37.
Имя: Кай Эдмондс.
Возраст: 17 лет.
Примечание: Не рекомендован к групповым сессиям. Имеет особую чувствительность к эмоциональным всплескам окружающих. Зафиксированы случаи кратковременной амнезии после контакта с травмированными пациентами.
Подчёркнуто от руки:
«Он не помнит того, что делает, когда теряет контроль. Но его глаза – помнят всё».
Эва закрыла глаза. Она вспомнила те моменты, когда ловила взгляд Кая на себе. Чувство, будто он заглядывает глубже, чем должен. Как будто он знал её до того, как они встретились. И словно… ждал.
Следующий документ был личным письмом – вырванным из дневника одной из медсестёр.
«…Иногда мне кажется, что он не просто чувствует чужую боль – он привыкает к ней. Как к мелодии. Он ищет её. И когда находит – успокаивается.
Мы думали, что спасаем его. Но, возможно, он – то, от чего других нужно спасать.
Сегодня он смотрел на меня слишком долго. Улыбался.
А вечером – я забыла, кто я.
Только на час. Но это был худший час в моей жизни.»
Эва опустила бумаги и посмотрела на свои руки. Сердце бешено колотилось.
– Кто ты, Кай?.. – прошептала она.
И словно в ответ – за её спиной хрустнула доска.
Она обернулась. В дверном проёме стоял он.
Кай.
Молчаливый, высокий, в том самом чёрном пальто. Его взгляд был прикован к папке в её руках.
– Ты искала, – сказал он.
– Нашла?
Эва встала, сжимая бумаги.
– Ты был там. С Луизой. Почему ты мне не сказал?
Он шагнул ближе. Медленно. Как зверь, который не хочет напугать, но знает – уже слишком поздно.
– Потому что, если бы ты знала правду…
– …ты бы никогда не захотела меня.
Он подошёл почти вплотную. Эва не отступила. Но дыхание её сбилось. Он смотрел ей в глаза – не с угрозой. С мольбой.
– Я сражаюсь с тем, что во мне, – сказал он глухо. – Но ты пробуждаешь то, что я давно запер.
– И если я сорвусь…
– Это будет твоя последняя любовь.
Эва встретила его взгляд.
– Я не боюсь. Но если ты лжёшь… я докопаюсь до всего.
Он кивнул.
– Тогда мы начнём с того места, где всё закончилось.
– Где?
Кай слегка улыбнулся. Тень улыбки.
– Смотри на карту.
Он исчез в темноте коридора. И в ту же секунду – с потолка упал пыльный лист. Эва подняла его.
Это была карта института.
На ней – один кабинет был обведён чёрным маркером.
№13. «Палата Зеркал».
Эва стояла перед дверью с номером 13.
Никаких замков. Только выцветшая табличка, наполовину сорванная, и зеркало, замурованное прямо в дверь.
Но отражение в нём искажалось.
Словно стекло помнило страхи тех, кто когда-то входил сюда.
Она приложила ладонь к прохладной поверхности. И в этот момент – будто что-то пробудилось.
Вспышка.
Холод. Крики. Скрежет ногтей по металлу.
Мальчик. Один. В тени. Перед ним – зеркало. В нём – не он. Существо с его лицом. Слишком спокойное. Слишком чёрное в глазах.
– Ты боишься? – голос из зеркала.
– Нет, – отвечает мальчик. – Я больше не боюсь. Я хочу чувствовать. Всё. Даже боль.
– Тогда я покажу тебе, что это значит.
Визг. Разбивающееся стекло. Чёрная лента на полу.
И голос, взрослый уже:
– Кай… проснись. Ты опять исчез.
– Я не исчез, доктор. Я просто стал… собой.
Эва резко отпрянула от двери, спотыкаясь.
Дыхание сбилось. Сердце билось, как у зверя в клетке.
Она только что видела его прошлое. Не просто представила – пережила. Это место хранило эмоции, застрявшие во времени, словно язвы в теле здания.
Собравшись, она толкнула дверь.
Комната была пуста. Только зеркала на стенах, разбитые, покрытые пылью и паутиной.
И на полу, в центре, – обгоревшая тетрадь.