Денис Тимофеев – Человек из Пекла. Книга 2. Часть 3 (страница 22)

— Нам везёт, похоже. На окраинах заражённых мало. Укроемся в какой–нибудь квартире или на крыше и дождёмся перезагрузки.

— Как у тебя всё просто… — пробурчал Шмель. Анжелика молчала. — Что, так и въезжать? — спросил он Диму, когда до жилых зданий осталось уже метров пятьдесят. Вёл кваз напрямую по полю и выруливал сейчас к проезду между домов. Окна выбиты почти везде и неприятно чернеют своими зёвами. Кажется, что сейчас из каждого начнут сыпаться твари, чтобы добраться до наглых и безумных людишек, решивших сунуться к смерти в гости.

— Да, так и заезжай, на ближайшие сто метров впереди ни одной серьёзной твари. Пустыши по закрытым квартирам не в счёт. Да и мало их, с десяток всего.

Шмель только кивнул. Напряжён донельзя, казалось ещё немного и треснет пополам. В эмоциях, однако, более–менее спокойно. Ну и злость, от того, что повёлся на эту авантюру. По Анжелике было сложно что–то сказать, тоже напряжена, возможно, боится.

Въехали во двор, под колёсами начало хрустеть костями и мусором. А ещё, запахло. Несильно, но ощутимо. Тоже признак давней перезагрузки.

— Где–нибудь здесь и остановись. Только развернись, чтобы сразу выехать потом.

Поставили «Ослика» на более–менее свободном месте, бояться погони здесь смысла не было, это они втроём дураки, что заявились сюда. Вышли. Анжелика поморщилась и натянула платок на лицо. Дима же, словно вернулся на год назад. До боли знакомая картинка разрухи, учинённой ворвавшимися в город заражёнными. Разрушено во дворе всё. Много костей с подгнивающими остатками мяса. Несколько прилично объеденных трупов тварей, лотерейщики вроде как, ноги ещё не видоизменены. Машины в смятку, спортивный городок в центре выглядит, словно на него валуны сбрасывали. Ну и кровь, куда же без неё, множество подтёков, сейчас уже чёрно–бурых.

— Ужас… — прошептала чуть побледневшая Анжелика, крепче взявшись за оружие. Шмель только хмыкнул, осматривая картину бойни.

Медоед зачем–то присел на корточки и положил ладонь на чистый от мусора и останков участок.

— Ты чего? — спросил Шмель.

А Дима уже «скользнул» в прошлое. Глубоко «нырять» не стал.

— Завтра. Около тринадцати часов, — произнёс он, выпрямившись.

Можно было, конечно, и не говорить, но тогда надо бдительно следить за появлением кисляка и собираться в попыхах. То, что придётся всё объяснить, парня уже не так и напрягало. За дни пути они вполне сработались и относительно даже сдружились. На остановках без подколов и шуток тоже не обходилось, Анжелика оказалась весьма остра на язык, но если на это закрыть глаза, собеседник прекрасный. К тому же и сам Медоед ощущал, что с каждым днём вопросов к нему становится всё больше и рано или поздно на них придётся отвечать. Симпатия к девушке тоже росла, да и она, вроде как, начала что–то чувствовать к Диме. Но это не точно, блоки обоих не давали этого понять. Кваз всё это видел и бросал недовольные взгляды.

— Что? — не поняли товарищи.

— Перезагрузка, завтра, в районе тринадцати часов. Если совсем точно, в тринадцать–ноль–две.

— В смысле..? Ты… ты что, можешь точно сказать, когда случится перезагрузка на кластере?! — опешила Анжелика, кваз тоже обалдел, но смолчал.

— Могу, — коротко ответил Дима.

— Нам нужно очень… очень серьёзно поговорить… — протянула девушка, Шмель что–то буркнул, поддержал её.

— Поговорим, — согласился Медоед. — Когда выберемся отсюда. Добро?

Анжелика коротко мотнула головой и моргнула, снова удивившись, выглядело это со стороны довольно забавно. Как это? Обычно из него и слова не вытянешь, а сейчас спокойно согласился? С другой стороны, пора бы уже, сколько дней вместе, какое–никакое доверие появилось, а вопросов к Медоеду всё больше и если не прояснить эти моменты, то лучше, вообще, разбежаться. Хотя, сейчас и не получится. Глупая ситуация. Особенно с их эмпатическими способностями, что называется — я знаю, что ты знаешь, что я знаю. Почему Медоед тоже не стал разбираться? Вряд ли испугался. Присматривается? Или дело, всё–таки, в доверии? И именно сейчас настал тот момент, когда это самое доверие проверяется?

— Хорошо… — медленно ответила Анжелика.

— Тогда берём еду, воду и идём искать подходящее убежище.

Укрыться решили на крыше. Всё из–за нестерпимой вони гнили, что стояла в подъезде и которой тянуло из других квартир.

Выбравшись, наконец, на свежий воздух, люди с удовольствием вдохнули. С крыши было отлично видно раскинувшееся поле на соседнем кластере, необработанное, черневшее обнажённой землёй. Дальше, в полукилометре, лес. Если приглядеться, можно заметить и движение в разных местах. Заражённые. Если смотреть в обратную сторону, виден город, выжранный этими же заражёнными. Высоток почти нет, максимум, девять этажей.

— У края не маячим. Мелкие твари вряд ли заметят, а Элита или не дай Улей, люди, срисуют моментально.

Анжелика снова подивилась формулировке. Кто заражённых называет мелочью?! И почему людей, Медоед, воспринимает, как большую опасность, чем Элиту? Нет, поговорить попробовать, всё–таки, надо раньше, чем договорились. Вот прямо сегодня, до «отбоя», решила девушка.

— Мог бы и не говорить, — сказал Шмель, укладывая рюкзак и пулемёт у кирпичной перегородки. Тут же рядом уложили свои рюкзаки и Анжелика с Медоедом.

— Ночью холодно будет, — произнесла девушка.

— Возьмёшь мой спальник, — пожал плечами Дима, смотря вглубь города.

— А ты как?

— Не в первой без всего ночевать, не парься… — всё тем же задумчивым голосом ответил парень.

— Что с тобой?

Диме снова вспомнилось Пекло. Практически каждая ночь там, когда он в одиночестве выбирался в Гвардейский, проходила именно на крышах. Вспомнился тот страх, который испытывал первые дни, вспомнились кровь и схватки с тварями. Вспомнился отец. Что с ним сейчас? Жив ли он вообще? Судя по снам, да, физически, во всяком случае… вспомнился Дом…

— Медоед..?

Он тряхнул головой, выгоняя наваждение, взглянул на девушку.

— Ты, как не здесь сейчас был…

— Вспомнилось… не обращай внимания.

Анжелика чуть нахмурилась. Что же он скрывает, что гложет настолько, что даже сквозь блок, шибает его тоской так, что аж самой грустно становится?

Дальше раскладывали и готовили ужин, здесь, на высоте можно. Да и Медоед мониторил обстановку, кроме четырёх пустышей в доме никого. В соседних тоже по паре, на этом всё.

Почти не разговаривали. Шмелю и Анжелике находиться в таком месте было явно очень не уютно, вот и не клеился разговор. Вернее, поговорить есть о чём, но Шмель с расспросами не лез, а девушка «решалась» на разговор. Думала и мысли её начали скатываться не к загадкам вокруг Медоеда, а к нему самому. Что она ощущает по отношению к парню? Трудно было признаться, но он начал ей нравиться. Когда ещё не «блокнул» её, особенно в первые дни их пути, она всё ожидала тех самых «низменных» эмоций, следила за его взглядами. Но он ни разу не «раздел» её взглядом, как обычно это делали большинство мужиков здесь, в Улье. Не возникло у него и ярко–выраженных сексуальных эмоций, мелькнуло несколько раз, но это, можно считать и за обычную оценку, первые впечатления. Странно это. Не возникало у него и сальных взглядов на других женщин. При этом он не отвечал и на «призывные» взгляды некоторых из них.

В стабе ещё, Анжелика удивилась, что Медоед после долгого пути так и не снял себе кого–нибудь, как это бывает у рейдеров. И не в финансах дело. Как оказалось, со споранами у Медоеда тоже никаких проблем. На мужиков он, впрочем, тоже не заглядывался, так что не в ориентации дело. Эмпатия! Конечно же! Мысленно хлопнула себя по лбу. Он прекрасно ощущал, кто есть кто. А какой шок, наверное, испытал, когда там, в поле, не смог ощутить меня, усмехнулась про себя девушка. Что это значит для неё самой? Сначала разобраться надо, откуда он. А ещё Медоед силён, такое не скроешь… и это приятно.

— Энжи! — позвал кваз и Анжелика вздрогнула. — Да что вы залипаете–то оба? Ладно Медоед, по голове получил сегодня, а ты? Говядину тебе в макароны или курицу?

— Говядину… — машинально ответила она, но затем поправилась. — Нет–нет, курицу! Ты же знаешь, что не люблю этих рогатых, чего спрашиваешь–то?

Кваз покачал головой, но ничего не сказал и вскрыл банку тушёнки с птицей. Затем обратился к Медоеду:

— Как оно завтра будет? Я в городах сразу после перезагрузки не бывал. В Улей с охоты провалился, в лесу был, не понял, что случилось сначала, пока на меня два бегуна не вышли. А потом и не возникало нужды в свежие города лезть.

Медоед поболтал ложкой в густом вареве в своём котелке и начал говорить:

— Плохо будет. Вернее… поначалу, вроде и нормально всё, люди как люди. Но ты–то знаешь, что все они умрут… главное, не обращать внимания. Идти или ехать своей дорогой. А нам вообще спешить надо. Возможно, полицейские попадутся, с ними сложнее всего. Убивать сразу, без разговоров, если попытаются задержать, — сделал паузу, взглянув на спутников, но выражения лиц не изменились. — Аварий много будет, на дорогах, вообще, во все стороны головой вертеть надо. Люди не в адеквате будут. И лишь бы мосты пробками не перекрыло. Тогда машину бросать придётся. Заражённые на этом кластере появятся, скорее всего, очень быстро. Место злачное. Отлично, если хотя бы час у нас будет, тогда успеем выехать. Примерно так всё и будет. Но может случиться, что на той стороне твари придут быстрее, чем мы покинем город. В этом случае машину лучше спрятать попытаться и переждать весь кавардак. Это один из худших раскладов. По ситуации, в общем. В любом случае выберемся живыми.