Денис Темный – Длань Хаоса (страница 11)

И лишь на Эвелине его взор смягчился.

Глава 2.

– За сиим завершаю свой доклад о состоянии дел у восточной границы королевства. – Пожилой магистр, купаясь в лучах собственного мимолетного величия, удовлетворенно свернул свиток и неуклюже откланялся.

В зале заседаний Верховного Совета воцарилась тишина. Никто не спешил обсуждать мрачные вести, никто не смел строить планы и высказывать предположения. Собравшимся внутри просторного полукруглого помещения людям требовалось время, чтобы понять и принять услышанное.

– Волаф, этот старый дурак! – прошептал Рагмар своему другу, сидевшему от него по левую руку. – Готов поспорить, что он уже много лет не вылезал из грязной комнаты в своем имении дальше этого зала. Делать же доклад, опираясь на слова шпионов, сдобренных хорошей порцией слухов и собственных невнятных домыслов – занятие, совершенно неподобающее человеку, носящему звание магистра.

Гелион тактично промолчал.

Старик, смерив его напоследок полным злобы взглядом, повернулся и чинно прошествовал к выходу, всем своим видом демонстрируя, что ничье больше мнение, кроме собственного, его абсолютно не интересует. Он имел на то право. Магистрам вообще было многое дозволено.

Скрывшись в темном лабиринте коридоров, он вдруг замедлил шаг и, не веря своей удаче, несколько мгновений с упоением рассматривал что-то впереди. Там, прислонившись спиной к холодной стене, неподвижной тенью ожидала своего мастера Эвелина.

– Алая Ведьма! – торжественно произнес Волаф. – Ну надо же, какая неожиданная встреча!

Девушка вздрогнула, однако растерянность ее длилась недолго. Старого магистра она встретила взглядом, полным нескрываемой ненависти.

– Ты слышала мой доклад? – небрежно спросил он, подойдя совсем близко. – Великолепен, правда? Или ты полагаешь, что твой мальчишка справился бы с этим лучше меня? Очень сомневаюсь. Тебе стоит привыкнуть к тому, что ты и он – всего лишь мусор. Вы просто играете свою незначительную роль, делая то, что нужно остальным. Ровно как и сейчас, вы выполнили всю грязную работу, а мои люди доложили мне даже сверх того, что вам дано было увидеть.

– Ваше право считать так, как вам вздумается. – Эвелина уступала Волафу ростом, но сейчас почему-то казалось, что именно она взирает на него свысока. Мужчина не смог выдержать ее взгляд и в смятении отвернулся. – Но вы не берете в расчет одно важное обстоятельство. Именно мой мастер, а не вы, постоянно удостаивается аудиенции короля. Только Гелиону наш правитель доверяет настолько, что отправляет его разрешать тайные, а порой и сугубо личные дела.

– Чертов щенок! – Голос магистра теперь был полон желчи и презрения. – Ему просто повезло! Повезло еще при рождении получить столь необычную силу! Но любое везение когда-нибудь заканчивается. Скоро он поплатится за свою надменность, а ты – за свой острый язык, дрянная девчонка!

Объятый нахлынувшей яростью, Волаф удалился. Дрожа, будто от холода, девушка вновь обратила взгляд к полумраку коридора, продолжая, как и прежде, смиренно ожидать своего наставника.

Заседание в зале Совета, тем временем, близилось к завершению. Главный магистр Холгар, сказав несколько заключительных слов, распустил собравшихся. Воздух, взорвавшийся на время шорохом бумаг и звуком десятков шагов, негромким эхом отражавшихся от каменного пола, теперь наполнился звенящей тишиной. Гелион тоже покинул свое место, но уходить не спешил – глава совета едва заметным жестом попросил его остаться. Когда же остальные маги разошлись, он подошел ближе. Рагмар, несмотря на то что даже ребенок осознал бы – предстоящий разговор обещает быть сугубо личным, с невозмутимым видом продолжал стоять рядом.

– Приветствую тебя, Гелион, – произнес Холгар, невольно посмотрев в сторону Рагмара.

– Мое почтение, верховный магистр, – склонил голову маг. – Простите, но я не таю секретов от друзей. Не беспокойтесь, я полностью ему доверяю.

– Что ж, решать тебе. Разговор не будет долгим. Я лишь хочу знать, правда ли то, о чем говорил сегодня Волаф?

– Вероятно, о том, что происходит на дальних рубежах, ему известно больше меня. – Голос мага стал холоден, словно порыв зимнего ветра.

– Перестань, – невозмутимо продолжил верховный магистр. – Мне прекрасно известно о твоих деяниях и о том, как часто ты остаешься в тени, отдавая славу и почести кому-то другому. Но есть вещи, с которыми даже я не в силах ничего поделать. Как, например, сегодня. Да и ты явно не обладаешь кротким и смиренным нравом, дабы по праву считать себя обделенным мучеником. Наверное, судьба – очень странная и затейливая штука. Часто она отбирает у нас то, в чем, как нам кажется, мы больше всего нуждаемся, взамен даруя нечто, ценность чего мы пока еще не в силах понять.

– Правда на вашей стороне. – Голос Гелиона теперь казался более спокойным. – Пора бы мне уже давно было принять это, – улыбнулся он.

– Полно, – беззаботно отмахнулся Холгар. – Даже я зачастую ощущаю себя просто старым дураком. Таковы уж люди. Никто из нас не идеален.

Так что насчет твари Хаоса и поста Одинокого Стража? Все так, как и было описано в прозвучавшем сегодня докладе?

– Практически. Змеи, из которых состояло существо, были покрыты оболочкой, пропитанной магией, схожей с той, которую использую я.

– Но это невозможно.

– Знаю. Магия была нестабильной. Я бы сказал, дикой. Похоже, ее создал сам Хаос.

Верховный магистр молчал, обдумывая услышанное.

– Если это действительно так, то впереди нас ждут очень темные времена. Похоже, древний враг рода людского сменил свое обличье. И мы очень смутно представляем, как будем противостоять ему. – Холгар тяжело вздохнул. – Это все?

– Нет. Есть еще кое-что. Но полагаю, я должен сначала поговорить об этом с королем.

– Понимаю, – кивнул верховный магистр. – Что ж, он как раз желал видеть тебя. Заставлять монархов ждать – дурная примета.

Гелион с уважением поклонился, не обращая внимания на легкий сарказм, с которым прозвучали эти слова. Тем более что направлен он был вовсе не в его сторону. Рагмар последовал его примеру.

– Я хотел бы сказать тебе еще одно напоследок, – внезапно продолжил глава Совета. – Знаю, не мне учить тебя быть осторожным. Но все же думаю, мое предостережение не будет лишним. Мне прекрасно известно о тебе и Волафе, о том, сколь глубока ваша взаимная неприязнь. Возможно, он стар и безумен в своем стремлении к власти, но при этом хитер и коварен. И самое отвратительное, что похоже, он не прочь будет использовать абсолютно любые методы для достижения собственной цели, сколь бы грязными они ни были. Думаю, он что-то замышляет против тебя.

– Спасибо, магистр Холгар. – Гелион вновь поклонился, на этот раз чуть ниже. – Спасибо.

Комната, где их принимал король, была небольшой, но очень плотно заставленной мебелью и изящными безделушками, с одним широким, почти во всю стену окном. Подобные окна не считались обыденностью во дворцах Илиасфена, но капризам короля, пусть порой и довольно бездумным, принято было потакать. Богатое убранство помещения частично скрывалось полумраком, рождаемым плотными висящими по бокам окна шторами.

Король восседал в конце комнаты за массивным письменным столом, отвернувшись от двери и задумчиво разглядывая что-то за мутноватой поверхностью выплавленного лучшими стеклодувами творения. Профессия эта в здешних землях была в новинку, но сразу же приглянулась монарху.

– Ваше величество, – сказал маг, ступая внутрь. У порога их встретил всего один человек. Казар. Заметив приближение уже знакомых ему чародеев, он вежливо кивнул им, и они ответили тем же. – Мы прибыли по вашему приказу.

Словно бы нехотя, король отвернулся от окна, ленивым жестом предложив пройти им в центр помещения.

– Что ж, Казар, спасибо, что встретил гостей. Надеюсь, что, как и прежде, сюда не сможет проникнуть никто, если на это не будет моей воли.

Воин поклонился и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Быстрым и совершенно внезапным движением король поднялся и, подойдя к Гелиону, притянул его за плечи. Выражение радости на его лице было искренним, совершенно не стесненным условностями дворцового этикета.

– Здравствуй, друг мой, – произнес он. – Рад видеть тебя, Эвелина, – повернулся монарх к девушке.

– Приветствую вас, король Вельгор. – Она ответила изящным реверансом.

– Я уже слышал о том, кого вы встретили в дороге. Нет, не от магистра Волафа. Хотя он, как всегда… – король замолчал, подбирая нужные слова, – не в меру усерден. Даже мое влияние на Верховный совет не абсолютно. В нем состоит, в основном, лишь знать, а к словам знати время от времени должно прислушиваться даже монарху. Но думаю, ты и сам это понимаешь.

Так вот, о том, чему вы стали свидетелями, я узнал от гораздо более надежного человека, – он указал в сторону стоящего где-то за дверью Казара, – которому я, а теперь, как я полагаю, и ты, полностью доверяем.

– Он честен и предан своему делу, – согласился Гелион. – Возможно, этих качеств в нем слишком много, чтобы находиться рядом с нами. Но ваших решений я, как и прежде, оспаривать не смею.

Вельгор сделал вид, что не расслышал его последних слов.

– Я хочу знать, что творится на восточной границе на самом деле. Рассказ Казара был весьма впечатляющим, но я уверен, ты смог увидеть гораздо больше, чем сказал ему, или чем смогли разведать шпионы Волафа.