Денис Стародубцев – Пепельный. Книга Ⅰ (страница 5)

Всю дорогу мы шли в молчании. Солнце лениво ползло к закату, окрашивая небо в медные тона. Запах палёной плоти разбойников всё ещё висел в воздухе, но как будто уже не с их тел, а будто с меня самого. Словно каждый шаг отдавался гарью внутри. Но девушка рядом шла легко, почти гордо, будто не только не нуждалась в защите, но и сама могла в любой момент стать клинком. Её походка была уверенной, взгляд — цепким, но не враждебным. Она не боялась меня и это удивляло, ведь мы с ней были практически не знакомы. И вот она идёт рядом с тем, кто только что на её глаза убил трёх человек.

— Ты часто убиваешь так? — спросила она, наконец-то.

Я повернул голову.

— Так — это как?

— Без тени сомнения. Как будто не человек, а… буря, зверь. — Она хмыкнула. — Пепельная буря. В этом есть что-то от поэзии.

Я усмехнулся. Негромко, почти сухо.

— Я слишком долго жил среди тех, кто знал только язык крови. Там, откуда я… — Я осёкся. — Да и здесь, кажется, тоже самое.

Она взглянула на меня пристально, но не перебила. Мы остановились у поваленного дерева. Она села на ствол, пригладив юбку, и жестом пригласила меня рядом. Я сел, ей стало немного неловко. Я всегда нравился девушкам. Нет, дело далеко не во внешности, в моём мире я пачками заманивал юных дев в своё ложе и всё дело было не в деньгах, статусе или внешнем виде. Всё дело было в харизме, которая была у меня от природы. Пара нужных взглядов и пошлых шуточек и вот, она уже готова. А я был готов ко всему уже заранее. Новое тело всё ещё отзывалось чужими болями.

— Меня тоже хотели убить, — сказала она тихо. — В одну ночь сожгли наш дом. Отец пал первым, мать защищала меня до последнего. Я бежала в ночной сорочке, босиком, по снегу. А была тогда весна. Понимаешь?

Я кивнул, но на самом деле не мог прочувствовать эту боль, я всегда был скуб на чувства.

— Говорят, наш род когда-то правил северными землями. Были мы горды, высоки, и язык у нас был острый, как сабля. Империя не любит острых языков. Они рвут плоть каждого, кто посмеет сказать слова против.

Я посмотрел на неё, и в ней вдруг увидел отголосок себя. Не ту девушку с обочины. Не графиню. В её душе были огонь и пепел. Осколки рода, которого больше нет.

— Почему ты не боишься меня? — спросил я. — Ты же видела какой силой я обладаю?

— А зачем бояться того, кто мёртв? — Она улыбнулась. — Ты же чувствуешь это, да? Что ты — уже не ты.

Я медленно кивнул. Слишком многое изменилось. Я знал боль, знал ярость. Но теперь — что-то другое. Словно в груди поселился пепел веков, и он ждал… ждал ветра, который раздует его.

— Куда ты идёшь? — спросила она, сменив тему.

— Пока — туда, куда ведёт меня дорога. Но цель у меня есть и это самое главное

— Месть? Да? Ты похож на того, кого ведёт вперёд месть!

— Нет, — ответил я. — Право. Вернуть то, что было подло украдено.

Она чуть прикрыла глаза, будто смаковала мои слова.

— Тогда нам по пути. Я иду в столицу. Там, говорят, ещё можно найти тех, кто помнит. А если не найдём — заставим помнить.

— Вместе?

Она пожала плечами, будто решение уже было принято.

— У тебя клинок, у меня язык. Ты — пепел, я — искра. Почему бы и нет? Хороший союз, согласен?

На этот раз я усмехнулся уже искренне. Чертовка нравилась мне. Не просто как женщина, нет. Девушки редко получали от меня уважение, как равные. Она мне нравилась, как человек, в котором ещё теплилось то, что я сам почти растерял: вера, что в этом мире можно жить не только из-за мести.

— Значит, временный союз? — уточнил я.

— Временный. Пока не убьём всех наших врагов?

Мы оба рассмеялись. Не громко, не театрально. Просто — как люди, которым снова дали шанс. И пусть этот шанс был выдран из когтей судьбы, он всё равно был до глубины души нашим.

Мы шли по старой дороге, вымощенной булыжником и заросшей травой. Тишина казалась по особенному странной. Будто сам мир затаил дыхание, наблюдая за нами и ведёт нас на встречу чему-то вечному.

Варвара шла чуть впереди, держа ритм. Я шёл позади, наблюдая. Как она двигается, как смотрит по сторонам, как сжимает пальцы, когда слышит шорохи в кустах. Она, конечно, не простая беглянка. Не из тех, кто просто выжил — из тех, кто умеет прятать боль за прямой спиной и с гордостью переносить все удары судьбы.

— Стой… Тише… — сказал я.

Она обернулась, приподняв бровь.

Я медленно присел, пальцы касаются земли. Камни… Слишком ровные. Только что лежали иначе. Кто-то прошёл недавно — и заметал следы. Видимо плохо.

Я поднялся и успел только сказать:

— Это Засада! Берегись!

В тот же миг из-за деревьев вылетела стрела. Я успел дернуть Варвару за руку, и она упала на меня, прячась от удара. Ох не так, конечно я представлял момент, когда она окажется на мне сверху.

Стрела пронеслась мимо, ударившись в кору дерева.

— За деревья! Быстро! — крикнул я.

Мы рванули вбок, за стволы, в долю секунды укрывшись от чужих глаз.

Потом их стало видно: шесть человек. Серые мундиры. Символ пса на левой стороне. Армейские, но не по приказу. Наёмники. Клановые гончие.

— Последний из рода Волковых! Покайся! — выкрикнул один. — И мы даруем тебе быструю смерть! ОбещаюЮ ты даже ничего не поймёшь!

Я вышел из-за дерева, не сразу. Пальцы дрожали, но внутри нарастало то странное тепло — то самое, что я уже чувствовал на дороге. Оно жгло, звало, требовало выхода.

— Быстрая смерть говоришь? — Я рассмеялся, глядя им в глаза. — Я уже умирал. Не понравилось. Хотите попробовать? Вдруг вам будет по кайфу?

Они пошли на нас. Слаженно. Левый фланг — трое. Правый — двое. Один остался с арбалетом прикрывать с тыла.

Я шагнул навстречу. Варвара тянула меня за руку, пыталась удержать. Я лишь коротко сказал:

— Не мешай, сейчас устрою им фаир шоу.

И сделал вдох. Глубокий. Как перед погружением в водную пещеру. Словно втянул в себя не воздух — пепел и пламя.

Всё замедлилось. Шаг. Вдох и — вспышка.

Из-под ног взвился туман, густой, серый, плотный. Как дым, но тяжёлый, вязкий. Я ощущал, как он проходит сквозь меня, как отзывается на каждый мой жест. Руки вытянулись вперёд — не от воли, а будто по зову чего-то древнего, моей новой магии.

— Прах предков и воля богов, станьте клинком. — Шепот сорвался с губ.

Первый враг бросился на меня — я даже не видел его лицца. Просто двинул рукой вперёд, и туман сорвался в удар, сбивая его с ног и вгрызаясь в броню.

Второй — копьеносец. Я повернулся, движением тела направляя пепел как волну. Она хлестнула его, как кнут, оставив на лице глубокую рану. Он завопил и упал, кувыркаясь в агонии по земле.

Я чувствовал их страх. Не потому что я был сильнее — потому что я дрался иначе. Они еще не видели такого, а каждый раз, когда человек видит что-то незнакомое ему ранее, он испытывает это чувство.

Магия Пепла… она не сияет, не поёт. Она не величественна. Она рвёт. И жжёт. Она — про смерть, про остатки, про то, что приходит после.

Битва была не долго, на самом деле у них не было и малейшего шанса на победу.

Кто они? Простолюдины. Обычные наёмники, которые только и мог, что кошмарить крестьян. А я? Я из дворянского рода. Аристократ, да еще и владею древней магией. На что рассчитывали их хозяева? Мне было непонятно.

Один выжил из них. Упал на колени, не глядя в мою сторону.

— Пощади…пожалуйста… У меня семья и дети… — выдохнул он.

Я подошёл к нему. Близко. Смотрел, как он дрожит. Он моложе меня — лет на десять. А в глазах — тьма. Убивал. Наверняка много душ полегло от его клинка

— Задам один вопрос, а ты бы меня пощадил? — спросил я.

Он молчал.

— Я так и думал, извини…

Раздался щелчок. И всё стихло.

Туман рассеялся, как будто и не было. Варвара смотрела на меня не с ужасом — с восхищением и долей страха. Руки дрожали, но она не отступила.

— Пепельный… Что… это было?

Я повернулся к ней. Пепел всё ещё витал вокруг, будто не хотел уходить.