Денис Ромашин – Не колдуй в офисе! (страница 3)

Это было не бегство от реальности. Это был акт утверждения своей воли посреди мира, где у него не было никакой воли.

Алексей развернулся к монитору и снова открыл файл Excel. Цифры, графики, формулы. Серая сетка таблицы смотрела на него, как и пятьдесят минут назад. Работа ждала. Рутина пыталась вновь затянуть его в свое болото.

Но что-то изменилось. Теперь под его рукой, всего в паре сантиметров, в темном ящике, лежало нечто иное. Теплое, пульсирующее, непостижимое. Он не знал, что это такое. Он не знал, зачем оно ему. Но он точно знал, что оно там есть.

Его пальцы зависли над клавиатурой, но мысли были не здесь. Они были там, внизу, в ящике стола. Он чувствовал присутствие камня, как чувствуют спящий вулкан. Он еще не знал, что только что добровольно заложил тикающую магическую бомбу в самый центр своего упорядоченного и до тошноты предсказуемого мира. И таймер уже был запущен.

Глава 2: Когда кофе замерзает

Рутина – хищник терпеливый. Она не нападает сразу. Она позволяет своей жертве немного побегать, почувствовать вкус свободы, а потом, когда та расслабится и решит, что опасность миновала, мягко, но неотвратимо набрасывает на нее свою серую, удушающую сеть.

Вечер вторника был триумфом рутины. Великий бунтарь и покупатель загадочных артефактов, Алексей Лебедев, вернулся в свою однокомнатную крепость одиночества. Чувство приключения, пьянившее его вчера, выветрилось, оставив после себя лишь легкое похмелье в виде смутного стыда за собственную импульсивность.

Он проделал стандартный ритуал вечернего холостяка: сбросил ботинки, повесил пиджак на спинку стула и запустил в микроволновку пачку пельменей «Сибирская Корона». Пронзительный писк возвестил о готовности ужина. С тарелкой, полной разварившихся мучных комков, он уселся на диван перед телевизором. Там какой-то суровый детектив с лицом кирпича в очередной раз ловил какого-то маньяка. Гул фоновой стрельбы и сирен был привычной колыбельной для его уставшего мозга.

Рутина победила.

Он механически подцеплял вилкой пельмени, чувствуя их пресный, пластиковый привкус. Вчера он был искателем сокровищ. Сегодня он снова был просто Алексеем, поедающим пельмени под сериал. Пропасть между этими двумя состояниями была унизительной.

Машинально он сунул руку в карман пиджака, висевшего на стуле. Пальцы наткнулись на знакомую гладкую, тяжелую поверхность. Он извлек каменное яйцо. В тусклом свете торшера оно казалось еще темнее, почти черным. Багровые прожилки были едва видны, как заснувшие вены. Камень был все еще теплым. Это было единственное, что отличало его от обычной гальки.

Он повертел его в руках, пытаясь разглядеть хоть что-то. Потайную кнопку? Микроскопическую надпись? Руну, видимую только в свете полной луны? Ничего. Гладкий, молчаливый, непроницаемый камень.

«И чего я, собственно, ожидал? – пронеслось в его голове. – Что он засветится и голографическая принцесса попросит спасти ее галактику? Что он расколется, и из него вылупится маленький дракон? Или, может, он покажет мне карту сокровищ на стене?»

Он усмехнулся. Фантазии – это одно, а реальность – это пельмени и ипотека. Камень был просто красивым сувениром. Дорогим, учитывая его бесполезность.

«Поставлю на полку рядом с кактусом, – решил он. – Кактус тоже молчаливый и немного странный. Будут два одиноких друга».

Он уже собирался положить камень на журнальный столик, но что-то его удержало. Последний, самый глупый тест. Просто чтобы закрыть гештальт. Он оглядел свою пустую квартиру, словно боясь, что кто-то его увидит, наклонился к камню и, чувствуя себя полным идиотом, почти беззвучно прошептал слово из своей любимой фэнтези-игры. Заклинание огня, которое его персонаж-маг произносил сотни раз.

– Игнитус.

Он сказал это и замер, ожидая… Ничего он не ожидал. И именно это он и получил.

Абсолютное, тотальное, оглушительное ничто.

Камень лежал в его ладони, теплый и совершенно инертный. Не вспыхнул. Не задымился. Даже не потеплел на долю градуса. Телевизионный детектив равнодушно произнес: «Он не мог уйти далеко». Алексей фыркнул. Еще как мог. Его здравый смысл, который вчера ненадолго отлучился, вернулся и теперь с укоризной смотрел на него.

Всё. Эксперимент окончен. Сказка не случилась.

С чувством горького разочарования, смешанного с облегчением, он положил камень на столик рядом с пультом и пустой тарелкой. Кусок породы. Просто кусок породы, за который он отдал сто рублей.

Он выключил телевизор, почистил зубы и залез под одеяло. Завтра снова на работу. Снова отчеты. Снова хлюпанье Игоря Петровича. Ничего не изменилось. Вчерашний день был лишь короткой аномалией, вспышкой, которая тут же погасла. И чем быстрее он это примет, тем лучше. С этой мыслью Алексей Лебедев провалился в серый, предсказуемый сон без сновидений.

Будильник на телефоне заверещал ровно в 7:00. Алексей, не открывая глаз, нащупал аппарат и смахнул назойливое уведомление. Еще пять минут. Пять минут блаженного небытия перед погружением в очередной день сурка. Эти пять минут были его единственной ежедневной роскошью.

Но сегодня сон не шел. В голове крутилась вчерашняя сцена. Он идиот. Идиот, шепчущий заклинания на камень. От этой мысли стало так неловко, что он сел на кровати и потер лицо руками. Нужно было срочно смыть с себя остатки этого позора.

Путь до кухни он проделал на автопилоте, как зомби, идущий на зов утреннего кофеина. Тело помнило каждое движение: шаг до холодильника, достать пакет молока, шаг к шкафчику, достать турку, шаг к раковине… Этот маршрут был вытоптан годами ежедневных повторений.

Он насыпал две ложки молотого кофе в медную турку, залил водой, плеснул немного молока и поставил на газовую плиту. Чиркнула зажигалка, и под туркой весело заплясал синий огонек. Все как всегда. Нормально. Предсказуемо.

Пока кофе медленно просыпался, Алексей оперся о столешницу и снова вспомнил вчерашний вечер. Усмешка тронула его губы. Ну надо же было додуматься. «Игнитус». С таким же успехом можно было крикнуть «Сим-салабим». Чтобы окончательно убедиться в абсурдности своей вчерашней выходки, он снова посмотрел на турку, на синее пламя под ней, и с откровенным, издевательским сарказмом в голосе произнес, растягивая слоги:

– Ну давай, и-гни-тус. Сотвори мне магию.

И магия случилась.

В тот же миг синее пламя под туркой исчезло. Вместо него конфорка вспыхнула фонтаном ярких, разноцветных, абсолютно беззвучных искр. Они были похожи на миниатюрный бенгальский огонь – золотые, зеленые, малиновые, они взмывали вверх, кружились в воздухе, словно стайка волшебных насекомых, и таяли, не долетая до вытяжки. Ни дыма, ни запаха, ни звука. Только чистое, концентрированное, молчаливое волшебство.

Кофе в турке отреагировал мгновенно. Вместо того чтобы медленно подниматься пенкой, он с громким, яростным шипением вскипел за долю секунды, едва не выплеснувшись на плиту.

Алексей замер, превратившись в соляной столб. Его мозг отказывался обрабатывать то, что видели глаза. Он смотрел, не моргая. Искры исчезли так же внезапно, как и появились. Плита снова горела обычным, скучным, синим пламенем. Все вернулось на свои места.

Он моргнул. Раз. Два. Картинка не изменилась.

«Так, Лебедев, спокойно, – сказал он себе голосом психиатра из фильма. – Это галлюцинация. От недосыпа. Ты просто очень устал. Очень-очень. Пора в отпуск. Или к врачу. Или пить меньше кофе. Определенно, пить меньше кофе».

Он протянул дрожащую руку и выключил конфорку. Шипение прекратилось. Тишина. Только сердце колотилось где-то в горле. Он осторожно взял турку. Горячая. Кофе пахнет как обычно. Никаких следов магии.

Это был сон. Просто остаточный сон. Микросон на ногах. Да, точно. Это самое логичное объяснение.

Он нервно налил себе обжигающе горячий напиток в любимую кружку с надписью «Я не ленивый, я энергосберегающий». Сделал большой глоток, обжег язык, но даже боль не смогла прогнать из головы образ беззвучных, танцующих искр.

Он торопливо собрался на работу, стараясь больше не думать об увиденном. Пробегая через гостиную, он бросил взгляд на журнальный столик. Каменное яйцо лежало на своем месте, темное и невинное. Он почувствовал острое желание взять его и выбросить в мусоропровод. Но что-то его остановило. Нельзя выбрасывать то, чего не существует. А утренняя вспышка – это просто игра воображения.

Ведь так?

Утренний кофе не помог. Совсем. Вместо того чтобы взбодрить, он лишь усилил тревогу, плескавшуюся где-то на дне желудка. Каждая выпитая чашка теперь казалась потенциальным источником пиротехнических эффектов. Весь путь до работы и первые два часа за компьютером Алексей провел в состоянии тупого оцепенения. Он смотрел на столбцы цифр, но видел лишь пляшущие разноцветные искры. Это сводило с ума.

К одиннадцати часам утра туман в голове стал невыносимым. Нужна была еще одна доза кофеина. Настоящая, без галлюцинаций. Он поднялся из-за стола и побрел в сторону офисной кухни, повторяя про себя, как мантру: «Кулер – это просто кулер. Вода – это просто вода. Никакой магии».

Офисная кухня «ПромСтальКонсалтинга» была местом силы. Здесь заключались неформальные союзы, распространялись свежайшие сплетни и велись самые ожесточенные баталии за последний кусок торта, оставшегося с чьего-то дня рождения. Сейчас у кулера с водой образовалась небольшая пробка из нескольких коллег. Среди них была и соседка Алексея по столу, Светлана. Миловидная девушка с глазами лани и болтливостью сороки. Завидев Алексея, она тут же включилась в работу.