Денис Рогалев – ПУПКИ (страница 3)

– Бодрит водичка? – поинтересовалась у них Яна.

Один из парней показал ей кулак с поднятым вверх большим пальцем.

– Вы не замёрзли? – допытывалась Яна.

– Доска согревает, – последовал ответ.

Сёрферы скрылись в закутке, похожем на сарай.

– Сумасшедшие, – повторила Яна, присев на корточки и набрав в стеклянную банку холодного чёрного песка.

Побродив по пляжу с полчаса, сёстры уселись в дожидавшееся их такси и поехали обратно в отель. После сытного ужина из морепродуктов, троица расселась перед ноутбуком, чтобы найти любое видео, хоть как-то связанное с намеченным назавтра походом. Таковых нашлось три штуки (одно видео в зимний период и два в летний). Все ролики были смонтированы и музыкально обработаны под клипы, в результате чего сам маршрут оставался неопределённым – где его начинать и по каким тропам подниматься сёстры по предложенным роликам не сообразили.

– Вроде, несложно, – сказала Маша, прогоняя все видео по второму кругу.

– Тебе так кажется, – ответила Яна. – Тут всё просто и легко: пошёл под лёгкую электронную музычку на сопки, свернул туда, свернул сюда, повыбражал на камеру, зрителю махнул ладошкой, и ты уже на самом верху. В реальности всё иначе: одышка, усталость, постоянные привалы и никакой тебе музыки.

– В любом случае, подъём нам по плечу, – говорила Катя. – Ребята, что на видео, не выглядят уставшими. Они бодры и веселы. А где начинать маршрут мы сориентируемся на месте. Там всюду тропы, поэтому заблудиться, при всём желании, мы никак не сможем. Заметили тропы среди каменных берёз?

– Ага.

– Ну вот… Пойдём по тропам.

Яна отлучилась в туалет глотнуть из миниатюрной фляги коньяку. Чтобы сёстры не учуяли запах, она кинула в рот две жевательные подушечки с клубничным вкусом. Вернувшись в комнату, Яна тайком бросила на дно своего рюкзака две банки пива, дабы смягчить похмелье завтрашнего дня.

– Как будем одеваться? – спросила она Катю.

– В наши спортивные костюмы, – ответила та, принюхиваясь к клубничным ароматам. – С собой возьмём немного еды и много воды. Только самое необходимое. Мобильники не забудьте зарядить.

– Уже заряжаются, – сказала Маша, перебирая сумки.

– Чумовой у тебя рюкзачок, – призналась ей Яна.

– Нравится?

– А то! Классные феньки. Шевроны тоже зачётные. С ним пойдёшь завтра?

– Да. Он у меня счастливый.

– Ну, тогда у нас точно всё получится, – отозвалась Катя. – Еду приготовим завтра. Воду в холодильник брошу сейчас.

– В какой сумке урна? – спросила вдруг Маша. – Что-то я забыла…

– В этой, – указала ей Катя, угрюмо помолчав.

– Кто понесёт?

– Я. Если, конечно, не возражаете.

– Нет, конечно. Ты старшая.

Катя ушла на кухню наполнять бутылки водой. Яна юркнула в туалет, чтобы приложиться к своей миниатюрной фляге с коньяком, спрятанной под унитазом.

– Часто бегаешь, – заметила ей Маша.

– Мочевой придавил, – ответила Яна, разминая зубами свежую жвачку. – Наверно, застудила где-то.

– Ну-ну…

– С момента нашей поездки застудила, – сказала Катя сурово, играя ноздрями. – Ещё до аэропорта.

– Не цепляйтесь ко мне. Без вас тошно.

– Интересные дела, – вскинулась Маша: – ей тошно, а мы веселимся тут.

– Веселитесь, – кивнула Яна: – поездки всякие, рыбные деликатесы…

– Рот закрой, – оборвала её Катя. – Мы пытаемся вспомнить своё детство. Мы ездим по любимым местам нашего отца. Мы исполняем его последнюю волю, в конце концов. Из нас троих веселишься ты одна.

– Что ты знаешь обо мне?! – крикнула Яна на старшую сестру. – Ты видела мою душу? Ты выворачивала её наизнанку?

– Я знаю тебя как облупленную…

– Ни черта ты не знаешь обо мне. Вы обе меня совсем не знаете. Моя душа принадлежит мне одной. И не надо в неё плевать.

– Да что ты мелешь?! – крикнула в ответ Катя. – Слышишь себя со стороны? Наклюкалась уже, а сама этого даже не замечаешь.

– Кто наклюкался?

– Ваше благородие.

– Потому что с вами иначе нельзя.

– Слабачка.

– Показушница.

– Брейк!

Маша встала между сёстрами, готовыми броситься друг на друга и вцепиться в волосы – обе тяжело дышали и злобно улыбались.

– Успокоились все, – попросила Маша, подняв свои руки. – Хочет пить, пусть пьёт. Её дело. Не хватало нам переругаться перед решающим днём.

– Ладно, – согласилась Катя, сдавив пальцами виски. – Идём спать. Завтра трудный день.

Пока сёстры укладывались, Яна вновь скрылась в туалете, достала свою фляжку, открыла её, но пить не стала, увидев своё отражение в зеркале (искажённое гримасой злобы и крепким алкоголем некрасивое лицо). Посреди ночи с ней приключился приступ истерики – она плакала и выла в подушку, разбудив сестёр.

– Что с тобой? – вопрошала Маша, присев на край кровати.

– Тебе приснился кошмар? – не понимала Катя, гладя одеяло.

– Папу жалко, – ответила Яна, оторвав лицо от мокрой подушки. – Папа, папка…

– Ш-ш-ш, – успокаивала Катя, обняв младшую сестру. – Нам тоже его жалко. Очень. Но ничего не поделаешь. Сейчас мы должны быть сильными. Сейчас мы должны держаться вместе.

– Простите меня, девчонки!

– Мы не в обиде, – всхлипнула Маша, также обняв Яну. – Мы с тобой.

Женщины прижимались друг к дружке, целуясь в щёки и губы, вдыхая ароматы распущенных волос. Заснули они в одной постели…

Утром были особенно молчаливы, ни словом не обмолвившись о ночном происшествии. Поочереди приняли душ, словно в трансе заварили кофе и неторопливо позавтракали. Проверив свои рюкзаки, переоделись в спортивные костюмы и вызвали такси. В пути сёстры сосредоточенно смотрели в окна автомобиля, проверяя по памяти маршрут, которым они следовали вчера. Разница состояла лишь в том, что сегодня они поехали по прямой, а не поднимались в гору к ДК. На заброшенной и пустынной остановке сёстры сонно выбрались из такси, выслушав многословные объяснения водителя о том, как им начать свой маршрут. Следуя инструкциям, они миновали бухту с ржавыми и затопленными кормами брошенных кораблей, тюремную ограду с колючей проволокой, свернув непосредственно к подножию сопок. Дорога не терялась из-под ног, указывая верный путь к вершинам мохнато-зелёных сопок.

– Ну? – произнесла Катя, глядя вверх. – Вперёд?

– Поехали, – ответила Маша, поправив на спине свой «чумовой» рюкзак.

– Поехали, – вторила ей Яна.

Погода, впрочем, не благоволила: туман моросящими кусками проносился по сопкам, скрывая поминутно виды вершин и оставшейся позади поляны. Женщины не спешили, уверенно шагая по тропе, змеящейся среди кустарника, постепенно переходящего в причудливые сплетения каменных берёз.

– На сопках водятся медведи? – спросила Маша у старшей сестры.

– Не знаю, – призналась Катя, возглавляя шествие. – Всё может быть… А что?

– Если водятся, то нам есть куда от них спрятаться, – ответила Маша, указав на лабиринты непролазных берёз. – Тут им нас не достать.

– Обломаются, – отозвалась Яна, замыкавшая шествие. – Пусть сосут.