Денис Ратманов – Вперед в прошлое 16 (страница 20)

Еще семь-пять минут — и я в дачном кооперативе.

Возле моей дачи стояли ментовский «бобик» и еще одна машина, похожая на катафалк. Двое грузили на носилки тело, накрытое простыней. Меня будто кипятком окатило. Неужели Тимофей и правда кого-то убил? Ну твою ж налево, теперь затаскают… Ну надо же контролировать силушку богатырскую.

Подъехав ближе, я спешился и выключил мотор, услышал причитания и увидел распахнутые ворота в соседский двор, там плакала женщина, стоя напротив мента.

В мой двор была приоткрыта калитка, менты отсутствовали, никого не было, даже Лаки.

Когда скрипнули петли калитки, Лаки отозвался, загремел цепью. Ага, Лидия посадила его на привязь, чтобы ментов не смущал своим свободолюбием — мой Лаки цепи не знал, ходил, где хотел и ни для кого не представлял угрозы, кроме незваных гостей, проникших во двор без предупреждения.

— Хозяева! — крикнул я.

На голос выбежали угрюмый Бузя из основного дома и Тимофей из летней кухни. Раз он здесь, значит, ничего фатального не случилось.

— Ты кого-то убил? — спросил я.

— Не знаю, — пролепетал он. — Я к телам не подходил. Ну, после того, как… — Тимофей передернул плечами; только сейчас я заметил, что его колотит, и зубы отбивают дробь.

— Не дрейфь, герой! — по возможности бодро проговорил я. — Ща все узнаем.

Я развернулся и потопал на улицу, чтобы спросить ментов, что с грабителями. Как раз один сел за руль «бобика», а другой что-то писал.

— Здрасьте, — хрипло поздоровался я.

Мент, дядя лет сорока пяти, седой и поплывший, сдвинул очки на кончик носа и посмотрел на меня.

— Это моя дача, — я рукой указал на калитку. — Скажите, а грабители живы, и что вообще случилось?

Взгляд стража порядка приобрел осмысленность, милиционер отложил документы и сказал:

— У одного закрытая травма черепа, переломы ребер, у второго травма позвоночника и множественные рваные раны. Твой друг молодец, знатно их отделал. А вот соседке не повезло, — он кивнул на распахнутые ворота. — Дома была одна пожилая женщина, ей проломили голову топором, представляешь? И она умерла.

— Еще тут живет дед Степан, фамилию не знаю, — вспомнил я. — У него большие собаки. С ним все в порядке?

— Вроде все в порядке, такой товарищ подходил минут десять назад. С собаками.

Я мысленно выдохнул. Деду удалось избежать смерти, а вот старушка, наоборот, погибла. В той реальности в этот дом приезжали только на выходные всей семьей. Теперь решили, что дачи обживаются, тут безопасно, и там поселилась пожилая женщина. Да и у воров, видимо, в этой реальности до определенного момента хватало на дозу, раз они пошли на преступление позже, чем в той.

— Что будет нам? — спросил я. — А то парень, Тимофей, переживает, что его тоже посадят.

Милиционер хмыкнул.

— Руку пожмем, он четыре жизни спас.

— А превышение сопротивления или как там…

— Превышение пределов допустимой самообороны? — Округлил глаза милиционер. — Парня уже допросили. Он не помнит ничего. Но очевидно же, что грабители пытались проникнуть в дом? Очевидно. На них напала собака — тоже очевидно. И потрепала. А парень ее оттаскивал. Где здесь какое-то превышение? Что ребра поломаны, так перелезали через забор и на доски напоролись. Или ты думаешь, что было по-другому? — Он подмигнул.

Я развел руками. Милиционер расхохотался, глянул в бумаги, сморщил лоб.

— Так… А ты случаем не Романа Мартынова сын?

— Он самый, — улыбнулся я.

Видимо, вспомнив мои предыдущие подвиги, например, освобождение девочек, милиционер серьезно сказал:

— А сам где был, когда такое тут творилось? Уж не ты ли их всех…

Я в шутливой манере воздел перст:

— Нет! И тому есть свидетели.

Мужчина ничего не сказал, просто одобрительно кивнул и занялся бумагами. Тем временем тело погибшей бабушки погрузили в катафалк и увезли, а дочь покойной осталась на улице, проводила машину взглядом и все стояла, обхватив себя руками. Я подошел к ней и сказал:

— Не вините себя, в том вашей вины нет.

Женщина кивнула мне, отвернулась и поплелась домой. Внушение подействовало, иначе она будет себя казнить за то, что оставила мать здесь, подвергла опасности, хотя могла бы… Наверное, дом выставят на продажу после такого.

Ну все, разведка проведена, теперь можно возвращаться.

Глядя на напуганного Тимофея, расположившегося в летней кухне, я вспоминал детский анекдот про то, что у белочки большие глаза не потому, что она сова, а совсем по другой причине. Казалось, у Тимофея глаза от волнения вывалились, а нос втянулся.

Томясь ожиданием, приятель заварил мне чай и выставил на стол баранки с клубничным вареньем.

— Ну что?

— Живые твои черти, их в больницу увезли. А вот соседка мертва. Если бы не ты, и Лидия, и дети были бы мертвы. Так что ты большой молодец и считай, спас их.

— И Лаки, — добавил Тимофей. — У одного была палка с петлей, какой ловят животных. Он хотел удушить собаку, а второй…

Парень передернул плечами.

— Успокойся, не будет ничего страшного. Менты тебе грамоту дадут.

— Да ну…

— Шутка. Но благодарность тебе я на их месте выписал бы. У меня была похожая ситуация: пошел я к другу, а там — воры. Что делать? Я не такой, как сейчас, а еще толстяк, поставил соседей на уши, и мы воров задержали до приезда ментов. — Видя, что он успокаивается, я продолжил: — Осенью, как раз когда в Москве за Ельцина скакали, дед пропал, я поехал его искать и… В общем, меня поймала группа парней, типа ДНД, они думали, что я — гопник из тех, что третирует округу.

— ДНД? — удивился Тимофей, и его глаза загорелись.

— Да, причем старшеклассники и студент просто собрались вместе и решили наводить порядок.

— Бывает же…

— Милиционер говорит, что грабители ломились в дом, а потом поломались, перелезая через забор, ты их только пару раз стукнул, когда собаку оттаскивал. Не давали оттаскивать. Удивительное дело, правда?

Вот теперь глаза Тима так округлились, что казалось, выпадут в блюдце с баранками.

Успокоившись, Тимофей дрожащей рукой взял чашку, а я спросил:

— Расскажи, как было на самом деле. Желательно — подробно.

— Да хрен я помню, — пробормотал он. — Я просто понял, что надо действовать, и планка упала. Потому что иначе они бы убили Лаки. А так я, видимо, успел долбануть того, с петлей. Лаки освободился и давай рвать чувака с битой. Первый попытался сбежать, но я его огрел пару раз, и он упал. А того Лаки завалил и рвал, пока Лидия не выбежала, пес-то меня не слушается.

Тимофей передернул плечами, посмотрел на сбитые костяшки и добавил:

— Совершенно не помню, как их сбил, где и о кого.

— Так… Ну ты понял, что подписывать у ментов?

— Я уже все подписал, — выпалил он.

— И не читал? — пришла пора мне удивляться.

— Не, с моих слов записали верно…

— Черт, ты как маленький! — прикрикнул на него я. — Читать надо то, что подписываешь! Внимательно читать! Этот наряд оказался не ментами, а милицией, а другие могут захотеть тебя покрутить, пошантажировать. Короче, не пучи глаза, ты подписал то, что они поломались о забор. Утешься и считай, что тебе повезло.

То ли милиционеры человечные, то ли сыграло в плюс то, что я сын своего отца. Спасибо, что хоть на работе отец ведет себя как профессионал, а не как Пацюк, которого свои ненавидели.

В этом деле много темных пятен. Можно выписать штраф Лидии за нарушение миграционного режима, живет-то она без прописки. И мать можно за то же наказать, но нет же, не стали. Написали в протоколе так, что воры сами себя избили, чтобы Тимофею потом это не расхлебывать.

А ведь могли бы припугнуть его, что это тяжкие телесные и инвалидизация, плати деньги, а то…

Память взрослого подсунула один похожий случай. Знакомый сбил пешехода на нерегулируемом переходе. Бессмертный дебил в наушниках бросился ему под колеса, по сторонам не глядя, когда шел поток машин, и его не было видно. Ехал товарищ медленно, но все равно пару ребер идиоту сломал. Так вот в этом случае менты своего не упустили, раскрутили парня на полмиллиона: пришлось дебилу компенсацию платить, и ментам, чтобы отстали.

Маму тоже не трогают, что хорошо, потому что она истерит больше, чем малолетняя Света.

Тимофей все разглядывал сбитые костяшки, шевелил губами. Я продолжал напутствовать: