Денис Мартынов – Буратино. История друзей (страница 1)

Денис Мартынов

Буратино. История друзей

Книга создана на основе оригинального сценария фильма «Буратино»

Авторы сценария: Андрей Золотарёв, Аксинья Борисова, Алина Тяжлова

Режиссёр: Игорь Волошин

Продюсеры: Михаил Врубель, Александр Андрющенко,

Фёдор Бондарчук, Денис Баглай, Вадим Смирнов

Производство: ООО «Водород 2011», ООО «Арт Пикчерс Дистрибьюшн»

© ООО «Водород 2011»,

ООО «Арт Пикчерс Дистрибьюшн», 2026

© Оформление.

ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

«Махаон»®

Пролог

Казалось, этот район города вечно тонул в тумане. Тот поднимался от морской воды, цеплялся за камни и голые ветви деревьев, окутывал особняк плотной пеленой, насквозь пропитанной запахом гниющих водорослей и мёртвой рыбы.

Сюда никогда не заплывали ловцы каракатиц. И даже контрабандисты старались обходить стороной этот мрачный берег. Если кто-нибудь и приезжал к хозяйке особняка, то делал это или не по своей воле, или за очень-очень большие деньги.

Серая мгла скрывала поворот с основной дороги и липкой паутиной обволакивала высокие кованые ворота. За ними начиналась аллея пробковых дубов. Их стволы с ободранной корой напоминали жутковатые экспонаты анатомических театров. Кривые ветви тянулись к дому, будто моля о пощаде.

Возможно, особняк когда-то и выглядел жизнерадостным, но сейчас его стены отсырели и покрылись тёмными подтёками, словно из-под каждого окна сочились бесконечные горестные слёзы.

Только что от этого мрачного здания отъехал экипаж, запряжённый парой вороных. Он двигался беззвучно и плавно, как призрак. Сырой воздух заглушал цокот копыт, да и сами лошади в серой мгле казались чем-то нереальным, расплывчатым и бесформенным. И лишь запах дорогих духов выдавал во владелице экипажа живого человека. Лёгкий фиалковый аромат, такой странный в этом неприветливом месте.

За крепко запертыми дверями особняка было тихо. Или не совсем? Из глубины большого зала доносились приглушённые звуки. Словно кто-то стучал деревянной колотушкой. Бум. Стукнуло и затихло. Но вот снова – бум!

В том зале не было кадок с пальмами и фикусами, не висели картины, не стояли мягкие кресла для приёма гостей. Всё свободное место тут было заполнено шкафами, большими стеклянными колбами и демонстрационными столами. Зал, да и весь дом, служил хранилищем зловещих диковинок.

Разбавленный туманом свет сочился сквозь витраж с изображением увядающих лилий. Слабые блики скользили по стеклянным дверцам шкафов. На полках разместились манускрипты в кожаных переплётах, камни необычной расцветки и формы, пугающие своими ухмылками маски, чучела экзотических птиц и множества ни на кого не похожих существ: двухголовых, хвостатых, многоруких. Под высоким потолком на цепях висели аквариумы с морской живностью.

Бум! Опять кто-то постучал как будто колотушкой.

– Да откройте же! Вы не имеете права меня тут держать!

Бум! Бум!

Шум доносился из узкого деревянного ящика, который почему-то стоял вертикально. Его переднюю крышку заколотили. Но, похоже, тот, кто сидел внутри, не собирался с этим мириться.

– Эй! Слышите?! Я вам не какая-нибудь кукла, я Буратино!

На этот крик никто не ответил. Чучела странных существ бессмысленно таращились. Безглазые маски улыбались застывшими улыбками.

Буратино ещё раз ударил деревянным кулачком по доскам ящика. Эх, не поддаются! Да и чего бы им поддаваться – столько гвоздей в них вбили, лишь бы понадёжнее его тут запереть!

Буратино лягнул ящик ногой. Бесполезно. Доски слишком крепкие. Но как же это возможно?! Чтобы вот так, посреди дня, его, знаменитого артиста, и не откуда-нибудь там из никому не известного балагана, а из самой лучшей труппы Европы, из театра, который принадлежит синьору Карабасу, заслуженному деятелю чего-то такого, чего-то очень важного…

Буратино нахмурился, пытаясь вспомнить все титулы и звания Карабаса. Как они там звучали? Достопочтенный дон[1] театральных искусств? Маркиз костюмированных представлений? Нет, нет, всё не то! За время европейских гастролей Буратино так и не выучил этот длинный список… Да это сейчас и не важно. Главное, что звезда театра Карабаса была вот так вот заперта в каком-то ящике! И не просто заперта. Только что её даже пытались распилить на кусочки!

Бр-р-р. Огромная блестящая пила до сих пор лежала где-то там, совсем рядом.

Так что надо поскорее отсюда выбраться! Покуда за эту пилу опять не взялись руки в длинных чёрных перчатках.

Прямо перед носом Буратино из крышки ящика торчала большая пробка. Она держалась плотно, и её никак нельзя было вытолкнуть. Но ведь какая-нибудь другая щёлочка здесь должна быть? Хоть что-то, благодаря чему можно выглянуть наружу и осмотреться.

Он повертел головой – и зацепился носом за стенку. Ай! Нос крепко-накрепко застрял между двумя досками. Буратино принялся дёргаться так и эдак. Пытался боднуть стенку. Пытался резко отклониться.

Бац! Наконец-то нос освободился! А из боковой доски вывалился сучок, образовав маленькую овальную щель. Она была расположена не очень удобно, отчего заглянуть в неё не получалось, но сквозь эту дырку в ящик проникали отсветы далёкого огня. Наверное, это фонарь! Неужели кто-то пришёл на помощь?

– Эй! – крикнул Буратино. – Я здесь. В этом ящике. Скорей сюда!

В ответ раздался какой-то шёпот. Отсвет становился ярче.

Буратино начал крутиться и толкаться руками и ногами. И вот ему удалось одним глазком посмотреть сквозь овальную щель.

Однако никаких спасателей он не увидел. Снаружи на него глядели только длинные ряды безглазых масок. И лишь где-то вдалеке светилась керосиновая лампа.

А если это вернулась она? Та, которая собиралась его распилить? Буратино отшатнулся и замер. Но снаружи всё было тихо. Тогда он краешком глаза вновь заглянул в щель на боковой стенке ящика. Может быть, ему удастся увидеть тёмное платье или кончик чёрной трости? Ведь та, которая заперла его здесь, всё время носит с собой трость.

Но Буратино увидел совсем другое. За высокими стеклянными шкафами, за рядами безглазых масок, за грудами старинных книг в тёмных переплётах приплясывало, то поднимаясь, то опадая, жаркое пламя.

И шелестящий звук, который казался чьим-то шёпотом, – это вовсе не голос. А треск горящего дерева!

– Помогите! – крикнул Буратино. – Папа Карло! Артемон! Пьеро! Помогите!

Он изо всех сил колотил руками и ногами по доскам ящика.

А тем временем огонь подбирался ближе, перекидываясь с одного шкафа на другой. Горели старинные манускрипты. Их страницы сворачивались от жара, дымились кожаные обложки, с шипением испарялись древние чернила.

Бамц!

Лопнула стеклянная дверца.

Бамц! Бамц!

На пол посыпались осколки. Пламя пожара сверкнуло в них тысячами оранжевых искорок. Из охваченных огнём шкафов посыпались жуткие существа.

– Спасите! – завопил Буратино, с новой силой забарабанив по стенкам ящика. – Я же сгорю здесь, как сосновая щепка!

Но никто ему не ответил. Только пламя гудело и трещало всё громче. И всё ближе подбиралось к знаменитому артисту из театра синьора Карабаса.

Часть первая

1

За десять дней до пожара

Буратино сидел на сундуке с театральным реквизитом и беспечно болтал ногой. Только что закончилось большое дневное представление, поэтому он ещё не успел переодеться. На мальчике был сценический костюм: расшитая золотом и блёстками бархатная куртка и такие же бархатные шорты. Из-под бордовой ткани выглядывало деревянное колено; соединявший его большой медный винт тускло поблёскивал в свете керосиновой лампы. Нога Буратино то и дело стукалась о сундук, словно выбивая какой-то неспешный и нечёткий ритм. Но никто не замечал этого звука, все вокруг были слишком уставшими после удачного выступления. Уставшими и довольными.

Сундук с реквизитом стоял в фургоне, на котором театр синьора Карабаса уже объехал треть Европы. Они начали с представлений в родной Италии. Потом продолжили путешествовать по южным странам. Побывали в Афинах – и успешно! И вот теперь добрались до жаркой Испании.

Сейчас фургончик был набит битком и гудел, словно скворечник, в который заселилась сразу целая стая весёлых и шумных птиц. Здесь собралась вся труппа. Меланхоличный Пьеро в просторном белом костюме с огромными чёрными пуговицами-шариками устроился в дальнем углу и бренчал на мандолине[2]. Артемон – в своей чёрной куртке он был похож то ли на благородного разбойника, то ли на принца в изгнании – возился с собаками: большими пуделями Симоном и Мартином. Из круглой жестяной коробочки Артемон достал два разноцветных куска сахара и угостил хвостатых артистов. Те радостно затявкали и принялись скакать вокруг него, цокая когтями по деревянному полу. Мальвина сидела на стуле возле окошка и, казалось, просто наслаждалась всем этим беспечным шумом. Прямо перед ней, повиснув вниз головой, раскачивался Арлекин.

– А я тебе говорю: канат нужно прикручивать по-другому! – Арлекин назидательно поднял палец. Но поскольку сейчас он висел вверх тормашками, палец указывал вниз и почти касался небольшого столика рядом с Мальвиной. Арлекин хихикнул, затем, чуть вытянув руку, оттолкнулся от столика и стал раскачиваться, как маятник в огромных часах.

– Если бы я не вцепился в этот канат, – сказал Арлекин, качнувшись назад, – тебе бы пришлось слишком далеко тянуться со своим факелом! Ха, а вдруг ты бы его выронила? – риторически спросил «маятник», подлетая ближе. – Вот было бы весело! Там внизу как раз стояла телега с сеном. Ух, как запылало бы!