Денис Лукьянов – Цена магии (страница 19)
Дверь, кстати, все еще никто не открыл.
Платз еще раз нажал на звонок.
Мужчина несся на огромном петухе прямиком по улицам, ловя овации проходящих мимо людей и розы, дождем падающие сверху. Было столь приятно, и, самое главное, тепло.
А потом картинка разбилась как розовое стекло, в которое бросили кирпич. Мужчина в чудной пижаме поерзал в кровати в поисках того положения, которое вновь бы помогло ему заснуть — сонным мозгом было решено свернуться калачиком.
Занавес сновидений вновь стал опускаться, но потом кто-то снова кинул камень, на этот раз вполне отчетливо звучавший как дверной звонок.
Мужчина открыл глаза, укутался в одеяло и нехотя принял сидячее положение. Его объяло чувство, похожее на то, что испытывают рыбы, когда их вылавливают из реки — только вот рыбам не надо открывать двери назойливым посетителям. Мужчина сунул ноги в мягкие тапочки — и, зевая,
В общем, это был темп падающего перышка.
С каждым новым звонком, звук которого становился все назойливее и давал в голову так же, как хорошая настойка, мужчина тихонько, чтобы не тратить лишнюю энергию, чертыхался и чуть-чуть ускорялся.
Платз снова нажал на дверной звонок — так, для пущего эффекта. И дверь открылась.
На пороге стоял пожилой мужчина в разноцветной пижаме с котиками. На плечи он плащом накинул одеяло, которое тащилось по полу — первое место этот человек определенно бы всегда занимал первые места на любом конкурсе бюджетного косплея.
— Доброе утро, — ехидно улыбнулся Платз. — Я ведь правильно понимаю, что у вас можно остановиться на некоторое время?
Хозяин дома непонимающе похлопал глазами.
— Видите ли, я, можно сказать, турист. И мне надо где-то переночевать несколько дней, — блондин похлопал по себя карману, в котором лежали философы.
— А, так вы об этом! — звон монет подействовал лучше, чем черный кофе. — Да, да, конечно, можно. Только…
— Только я хотел уточнить, не живет ли у вас сейчас кто еще, — перебил Платз. — Понимаете, мне очень важно это знать… по определенным причинам.
— Никого нет, будете первым! Не так-то часто кому-то надо переночевать здесь, да у меня, все же, не так много места…
— Тогда прошу меня простить, но я поищу другое место, — Платз улыбнулся. — Люблю жить в приятной компании!
Хозяин же дома, ничего не понимая, отречено стоял на крыльце, как обычно стоят статуи на пустых площадях, дожидаясь очередных голубей.
Потом он захлопнул дверь, дошаркал до кровати, плюхнулся и, претерпев несколько мутаций из одной позы в другую, продолжил свое путешествие по несуществующим мирам, которые другие обычно видят только под влиянием определённых трав.
«Как бы мэр», удаляясь от дома, достал бумажку из кармана и мысленно вычеркнул первый пункт.
Денек предстоял быть долгим и занимательным. Но до того, как продолжить поиски, хорошо было бы заглянуть кое-куда… по другим делам. Платз уже начинал чувствовать легкое недомогание. И почему он не прихватил пару штук с собой…
Солнце следовало прямиком за уходящей фигурой Платза — только вовсе не потому, что решило преследовать его, уподобившись частному детективу. Свет игрался, рисовал узоры, и просто так совпало, что сейчас его тонкая линия мчалась за «как бы мэром», чтобы закончить картину — картину, сотканную из тончайших потоков света и какой-то парящей в воздухе зеленоватой пыльцы. Если подняться в воздух, как, например, немногочисленные вороны и несколько чаек — можно было заметить что-то необычное над городом. Немного покрутить изображение вправо-влево, подрисовать пару линий, раскрасить все незримыми магическими потоками — и получался волшебный, как на слегка сюрреалистических открытках, рисунок. Он напомнил бы какого-нибудь просыпающегося зверя — может быть, дракона, а может — и химеру. Любое дуновение могло разрушить его, исказить потоки солнечных лучей — и все, прощай, красота, за которую любой художник бы задушил своего соперника. И, казалось, изображение двигалось — словно оживленное не то магией, не то современными технологиями. Вот поднялось крыло, вот — обрисованная в общих чертах мордашка, а вот — лапа, которая легла как раз на крышу дома Ш’Мяка.
Инфион и вся честная Златногорская компания такого великолепия, конечно же, не заметили. Произошло это по двум причинам — во-первых, вся красота была видна только с высоты птичьего полета, а во-вторых — троица как раз просыпалась. Единственное, что сейчас было видно — это тонкие мазки света и пятна перед глазами, которые словно заржавели и открывались с огромным трудом.
Но вскоре, этот этап утреннего потрясения для организма, который еще недавно осознавал, что на дворе ночь, а теперь — бац, и ранее утро, был преодолен.
— То есть ты сейчас абсолютно серьезно предлагаешь устроить культурную прогулку по городу, с учетом того, что Платз шатается где-то на улицах, да? — если непонимание возвести в бесконечную степень и помножить на бесконечность, что математически в принципе невозможно, получится эмоция,
— Ну да! Мы же обсуждали это вчера перед сном. К тому же, надо понять, как отсюда уплывать — и хорошо бы сделать это легально, а не как тогда, — Ромио был доволен своим планом.
— Чем тебе не понравился тот раз? — пожала плечами девушка. — Вполне комфортно добрались.
— Но это было нелегально! — дважды «неместный» откинулся на спинку стула, рассматривая кухонную полку с посудой.
— Ну и что! Все же обошлось.
— Никогда не думал, что поддержу Ромио, — раздался голос Инфиона где-то на лестнице, — но я его поддерживаю. Это не Златногорск, хорошо бы сделать все легально.
— Ладно, ладно, уговорили! — работница Борделя сдалась. — Но если мы снова наткнемся на Платза — пинайте на себя.
— Я думаю, что у него уже появился какой-то другой план, и он не будет просто ходить по главным улицам. К тому же, в тот раз мы так и не разглядели башню в центре города. Может быть, даже посмотрим на Философский Камень, надо только спросить… никто не видел Ш’Мяка?
То ли по глупости небесных сценаристов, то ли по иронии судьбы, в этот момент в замочной скважине заскрежетал ключ — дверь распахнулась, и внутрь вошел хозяин дома, которой со скоростью сонной мухи снял с себя испачканное пальто, повесил его на вешалку и поплелся дальше, даже не заметив троицу.
— Эээ, господин Ш’Мяк… — окликнул его Инфион так осторожно, словно тот был мумией, которая вот-вот могла развалиться.
Хозяин дома, не выпуская из рук саквояж, встал на месте, словно заводная игрушка, которую забыли завести — а потом медленно повернул голову в сторону волшебника.
— Ах, да, пальто. Споткнулся и рухнул в какую-то лужу, теперь придется чистить…
— А. Хорошо. Конечно, неприятно, — перебрал несколько слов невпопад ошарашенный работник Бурта. — Но, я хотел спросить кое-что другое. Вы не знаете, можно ли смотреть на Философский Камень? Ну, который там, в башне.
Услышав знакомое и приятное душе слово, Ш’Мяк оживился.
— Нет, что вы! Туда пройти нельзя… Нет, не то, что нельзя, правильнее сказать, что туда не пускают. Да, это будет самым подходящим выражением. Это, считайте, охраняемый Правительством объект.
— Жаль, но спасибо огромное. И мы тут вот…
Хозяин дома вновь, словно по воле внутреннего механизма, развернулся, отречено махнул рукой и начал подниматься по лестнице так, словно желая упасть и либо остаться лежать, либо поползти на четвереньках.
— Ну что? — Лолли подперла подбородок руками и наклонилась вперед, поставив локти на стол. — Прогулка накрылась медным тазом?
— Вовсе нет! — воскликнул Ромио, заряд бодрости (а также: романтизма, наивности и идиотизма) которого не падал практически никогда.
— Что-то мне подсказывает, что все опять пойдет не так.
— С чего ты взяла?
— Потому что так происходит всегда, — закончил логическую цепочку Инфион.
Цветные колбочки переливались радужкой, лениво и сонно ударяясь друг о друга с характерным звуком. Перебирали же стеклянные емкости не менее сонные и ленивые пальцы, точнее, пальцы сонного и ленивого хозяина, который никак не ожидал таких ранней посетителей в своем магазине. Притом с таким запросом, для поиска которого нужно было очень хорошо постараться. Не сказать, что ранние гости в алхимической лавке «Вкус и цвет» были редкостью — иногда, кому-то приходилось бежать за какими-то алхимическими добавками к завтраку (побочные эффекты, хоть редкие и не столь серьезные, были исключительно на их совести). У соседей по какой-то невероятной причине нужных ингредиентов (например, жидкостей-ароматизаторов) для сытного, вкусного и не очень здорового завтрака не находилось — по крайней мере, только на словах. И тогда жители ближайших домов сломя голову бежали во «Вкус и цвет», барабанили в дверь, а потом вспоминали, что им не помешала бы еще алхимическая субстанция для освежения дыхания.
Но сегодня все вышло весьма галантней — в дверь вежливо постучали несколько раз, и запрос был весьма… интересным. По крайней мере, для такого времени.
Пальцы прекратили свои ленивые движения, так и не найдя необходимой колбы.