Денис Ган – Судьба правит галактикой. Часть 1 (страница 38)

Первым делом Саредос, сев в своё кресло за столом, снял защиту с терминала связи и включил питание. Положив кристалл на поверхность сканера, он активировал имперскую вещательную сеть по защищённому каналу и набрал адрес имперского банка данных ДНК, куда сливались все данные граждан империи с самого рождения. Соединившись с банком данных, Саредос перенаправил данные с кристалла в банк. Система приняла запрос, и на дисплее высветилось сообщение — «режим ожидания». Ожидая ответа, Саредос терпеливо уставился в дисплей терминала. Время шло, но ничего не происходило. И вдруг спустя минут восемь дисплей погас и сразу после — включился снова, но на этот раз на мониторе высветилась надпись: «потеря данных». Саредос вновь соединился с банком данных и заново отправил запрос. На этот раз долго ждать не пришлось. Через минуту пришёл ответ, что данного ДНК в банке данных не обнаружено и со счёта Саредоса снято сто кредитов за услуги банка. Раздосадованный Саредос отключил питание терминала, забрал кристалл с данными со сканера и, включив защиту, покинул свой кабинет.

— Что случилось? — спросил Зорган Саредоса, заметив, с каким мрачным выражением лица тот возвратился в гостиную.

— Сделал запрос, — ответил Саредос Зоргану и, повернувшись к Диргану, спросил:

— Ты уверен, что это кристалл с правильными данными?

— Профессор при мне снимал показания и записал всё на этот кристалл. Да я уверен, что там верные данные, — подтвердил Зорган.

— Данные по этой ДНК отсутствуют, — заявил Саредос присутствующим. — Он не является гражданином империи. Или… или данные удалены, что в принципе невозможно ни при каких обстоятельствах.

— Как он может не быть гражданином империи, если он торсианец? — вытаращил глаза Зорган, уставившись на Саредоса.

— Вот и я говорю об этом, — подтвердил Саредос. — Но факт остаётся фактом: информации на него в имперском банке данных ДНК нет. Остаётся только вариант, что он, хоть и торсианец, но «из независимых» и не является гражданином империи. Теперь, к сожалению, у нас не будет никакого подтверждения тому, что он нам скажет.

— Это очень и очень плохо, — проронил задумчиво Зорган. — Я надеялся, что у нас будет какая-то информация о нём прежде, чем он очнётся.

Разговор нарушил спускающийся с верхнего этажа по лестнице Кару.

— Мы закончили, — сообщил он всем присутствующим. — Профессор скоро спустится.

— Всё хорошо? — спросил Саредос.

— Думаю, что да, — утвердительно ответил Кару. — При мне профессор не выражал признаков неудовольствия. Кажется, наоборот, он очень доволен проделанной работой.

— Ну хоть что-то идёт так, как надо, — порадовался Зорган. — Я бы, пожалуй, выпил чаю, но не крепкого.

— Я согласен! — поддержал Зоргана Саредос. — Принеси всем чего-нибудь освежиться, а я буду такой же чай, как и Зорган.

Кару, выяснив, какие из напитков предпочитают остальные участники встречи, удалился на кухню. Пока он готовил на кухне чай, в гостиную спустился профессор Вегранол Онгатрий. Поздоровавшись со всеми, кого ещё не видел, он занял свободное кресло. Присутствующие уставились на него, ожидая рассказа, как прошла операция. Вегранол долго тянуть не стал.

— Я, пожалуй, впервые вижу такую бездарную работу, — начал он.

— Что-то не так? — переспросил Саредос.

— Всё хорошо, я справился, но вот тот, кто стирал ему память, крайне непрофессионален. У меня создалось впечатление, что делалось это в спешке… по-быстрому. В процессе операции ему чуть не повредили мозг и зафиксировали стирание с помощью блокирующего чипа, а это довольно устаревший метод. Могу с уверенностью сказать, что других личностей в нём точно нет. Всё, что ему сделали — это просто временно стёрли воспоминания о том, кто он и откуда. Я бы даже сказал, что не стёрли, а блокировали, — объяснил профессор.

— Когда с ним можно будет поговорить? — поинтересовался Саредос.

— Думаю, не раньше, чем часов через пятнадцать. Я ввёл его в глубокий сон после операции. Ему нужен отдых.

— Кстати, Вегранол, ты делал ему анализ ДНК. Ты уверен, что в нём всё верно? — спросил Саредос профессора.

— Забыл, с кем разговариваешь? — обиделся профессор. — Я всё сделал, как положено. Ошибок быть не может, и данные верны.

— Ну, прости. Не сердись, — извинился Саредос. — Просто я отправил запрос и получил неожиданный ответ.

— Какой?

— На него нет данных!

— Значит, он не гражданин империи, — сделал вывод Вегранол. — В любом случае я не могу тебе помочь больше, чем уже сделал. Я оставил Кару все инструкции по уходу за вашим больным и всё оборудование. Через день-два я заберу его сам. Ну, или пришлёте его мне позже. Не столь важно. Сегодня я устал.

— Да-да! Конечно. Ты и так сделал много для меня. И я тебе очень благодарен, — согласился Саредос. — Деньги я переведу сегодня.

— Деньги — это хорошо, но я бы, пожалуй, выпил чего-нибудь покрепче, — улыбнулся Вегранол. — Я не планировал к тебе ехать, а вот пришлось.

— Думаю, в этом я тебе помогу, — улыбнулся в ответ Саредос, вставая с дивана. — У меня есть кое-что, что я сегодня привёз. Думаю, тебе это понравится! Ты заслужил!

Саредос подошёл к мини-бару и достал оттуда бутылку галарианского коньяка, который Кару утром привёз из космопорта и заботливо поставил в бар несколько бутылок. Саредос откупорил бутылку, и аромат мгновенно разнёсся по всему залу. Зорган и Дирган отказались составить компанию, сославшись на то, что сейчас Кару принесёт чай, а Нориана даже и не спрашивали, потому что мал ещё. Саредос налил немного в бокал себе и профессору и сам подал бокал профессору. Тот вдохнул аромат коньяка и произнёс:

— Просто замечательно! Великолепно!

Он сделал глоток и покачал головой, проговорил восхищенно:

— Давно не пил ничего подобного. Замечательный коньяк!

— Могу подарить одну бутылку, если хочешь, — рассмеялся Саредос. — Вижу, что тебе понравилось.

— Спасибо, не откажусь, — ответил Вегранол. — Я не очень люблю спиртное, но от такого коньяка точно не откажусь. Где ты раздобыл это чудо? — поинтересовался профессор.

— Это подарок! Так сказать, подарок за покупку от галарианцев.

— Позволь-ка, а это случаем никак не связано с тем, что сегодня по всем местным новостным каналам показали галарианский корабль? Ты ведь сегодня прилетел? — поинтересовался профессор у Саредоса.

— Ещё как связано! — снова улыбнулся Саредос. — Но как именно — я, пожалуй, пока не стану говорить.

— Ну, захочешь — расскажешь, а я пытать тебя не стану, — согласился профессор. — В любом случае мне нужно отправляться домой, уже очень поздно.

Произнёс последнее, профессор встал со своего места, оглянулся.

— А где мой андроид? — спросил. — Он вроде спускался вместе со мной.

— Он уже в планолёте, господин, — отозвался Кару. — Я отправил его туда.

— Ну, тогда и я, пожалуй, пойду. Больше сегодня я ничем вам не помогу. Всё, что мог, я уже сделал.

— Ещё раз огромное спасибо тебе, Вегранол. Ты очень выручил нас сегодня! — ещё раз поблагодарил профессора Саредос, вставая со своего места.

— Нет-нет! Сидите, не провожайте меня. Я и сам прекрасно дойду. Я отлично знаю дорогу! — отказался от сопровождения профессор, видя, что Саредос уже хочет пойти с ним.

Попрощавшись со всеми ещё раз, профессор Вегранол Онгатрий забрал подаренную Саредосом бутылку коньяка со стола и покинул дом Саредоса, спустившись на лифте к стоянке планолётов.

Нужно сказать, что за всё то время, которое Саредос провёл этим вечером дома, Нориан не проронил ни слова и ни разу не вмешался в происходящее. Он сидел спокойно на диване, что-то просматривая на своём компьютере, и слушал всё, что происходило в зале. Отвлёкся он только один раз, когда Кару, приготовив чай, принёс его в зал и всем раздал.

— Нориан, — обратился Саредос к сыну. — Уже поздно. Я хочу, чтобы ты пошёл спать. Всё, что нужно было, ты сегодня увидел и услышал. Надеюсь, это останется при тебе. Я имею в виду Нгаруда. Ему незачем знать об этом.

— Он и не узнает, — пообещал мальчик и, обняв отца, отправился к себе.

Какое-то время оставшиеся сидели в тишине, пока Зорган не нарушил её:

— Ты решил последовать моему совету и рассказать ему немного?

— Думаю, так будет правильно. Он вправе знать, что происходит, тем более что он и так в этом замешан.

— Мне остаться? — поинтересовался Дирган у Саредоса.

— Наверное, не стоит. Кару обо всём позаботится. Но тебе нужно будет прилететь, когда наш гость начнёт говорить, — предупредил Саредос. — Теперь отправляйся домой. Ты сегодня заслужил отдых. Утром займись дайконцами. Возможно, они нас куда-нибудь приведут. Зорган, ты останешься?

— Думаю, нет. Я сегодня чересчур расслабился и выпил лишнего. Давно такого не было, — откровенно признался Зорган. — Нужно работать. Дела компании ждать не будут. Но я прилечу, когда наш гость будет в состоянии говорить.

— Ты уверен? — переспросил Саредос. — День был тяжёлым.

— Да, я уверен. Полечу домой. Только вот по пути закину Диргана — и сразу домой.

— Хорошо, — согласился Саредос. — Тогда завтра я соберу вас снова, и попробуем поговорить с нашим другом.

Проводив Зоргана и Диргана до планолёта, Саредос ещё раз со всеми попрощался и, проследив взглядом за удаляющимся планолётом, вернулся к себе в гостиную. В доме стало как-то очень тихо. Единственный, кто издавал какие-то звуки, был Кару, который почему-то сам, вместо роботов, занялся уборкой. Оставив его внизу, Саредос поднялся на второй этаж дома и, приоткрыв одну из дверей, заглянул в комнату, в которой находился гость из космопорта.