Денис Деев – Я - другой! (страница 46)
Ласка, как завороженная, ходила вокруг стоящего в ангаре танка. Девушка как будто напрочь забыла, что они пробрались на базу великих и ужасных Арбитров и что в любую секунду их могут разоблачить.
– Красавец, – девушка похлопала рукой по обводу танка, как по холке породистого скакуна.
Рома замкнул два провода в разветкоробке и дверь почти бесшумно опустилась.
– УТП-47, – инженер с уважением оглядел трехбашенную машину, – я про них только читал.
– А я видела в действии. Один такой целый городок с лица земли стер. Причем жители этого городка активно сопротивлялись. И называют его не УТП, а «Горыныч».
Почему так прозвали боевую машину с тремя башнями и вытянутым «щучьим» носом, было понятно. Из неподвижной центральной рубки торчал длинный прямоугольный ствол, с частоколом ребер охлаждения. Справа и слева от рубки располагались две поворотные полусферические башни с пушками поменьше. Сходство с былинным змеем усиливалось и за счет плиток на броне, похожих на чешую дракона.
– Эй-эй-эй, – пощелкал пальцами Гвоздь перед лицом девушки, – не забываем, зачем мы сюда пришли.
– А? Зачем? – девушка не могла оторваться от «Горыныча», поэтому Гвоздю пришлось силой ее отвернуть от танка.
– Потом налюбуешься, если время будет, – сказал Гвоздев. А мысленно добавил: «И если нас не угрохают», – собрались все. Нам надо найти моих друзей. Или узнать, что с ними случилось.
– И понять, за каким хреном Арбитры или Люмины решили потравить нашу армию, – Лисовский напомнил, что в этой экспедиции есть свои интересы и у Шершня.
– И это тоже. В гараже нам делать нечего, надо подумать, как в то большое здание просочиться… – Гвоздь заметил, что инженер с отсутствующим видом разглядывает что-то на потолке, – Рома, хорош мух считать! Мы тут о серьезных вещах говорим!
– Тут система видеонаблюдения, – сообщил инженер, а его «подельники» разом присели и начали оторопело оглядываться по сторонам.
– Да я ее уже закоротил…
– Рома! Ты ж меня до инфаркта доведешь!
– Что такое инфаркт? – поинтересовалась Ласка.
Гвоздь сначала подумал, что девушка над ним издевается. Но потом вспомнил, что импам компрессор заменяет сердце и не стал развивать тему.
– Мы можем подключиться к их системе и узнать, что творится в главном здании, – продолжил свою мысль Рома.
Человек-тикающая бомба. Никогда не знаешь, чего от него ожидать. Испытываешь горячее желание его придушить, и уже через секунду хочется его обнять-расцеловать.
– Мне нужна точка входа, – Ласка привыкла говорить меньше, а делать – больше.
– Сейчас организую! – правая кисть инженера преобразовалась в мультитул. Его взгляд еще раз метнулся по потолку, затем Рома вскарабкался на «Горыныча». Раздался звук работающей фрезы, сверху посыпались искры.
– Хорошо, что мы в гараже. Здесь такие звуки не редкость. Наверное, – без особой убежденности пробормотал Гвоздь.
На него рухнул светящийся от счастья Рома, сжимающий в руках перерезанный оптоволоконный кабель.
– Ты аккуратно все сделал? Тревогу не поднял? – спросила Ласка, аккуратно беря кабель у инженера.
– Нет, все должно быть чисто. Наверное.
– Так. Еще раз кто-нибудь из вас скажет «наверное» я выйду в эту дверь, сяду за штурвал, стартану со свистоми только вы меня и видели! – предупредила Ласка, но за работу все-таки взялась.
Она уселась прямо на пол, положив кабель себе на колени. Закрыла глаза. Из рукава ее черно-желтого плаща выскользнул червь и обвил провод. Ласка тяжело задышала, как будто пыталась столкнуть вагон, а не серфила по неосязаемому виртуальному пространству.
– Наша умница справится…
Договорить Гвоздев не успел. Червь отдернулся от кабеля, как ошпаренный и юркнул в свое убежище под рукавом. Сама Ласка начала заваливаться на бок и грохнулась бы на пол, если бы ее вовремя не подхватил Гвоздев.
– Получилось?!
– Какое там, – девушка обессиленно мотнула головой, – едва ноги унесла!
– Какого уровня защита?
– Нет у них никаких уровней. И ничего на них похожего!
У импов вытянулись лица. По смятению в глазах, Гвоздь понял, что их привычный мир рушится на глазах. До этого дня было все просто и понятно – у тебя тридцатый уровень усилителей мускулатуры, значит и Силы у тебя тридцать. И никаких ньютонов. Ты на велосипед сесть не можешь, если у него уровень выше, чем у тебя! А тут, самолет без уровня, система безопасности тоже.
– У них на узле есть обратная связь. При угрозе прорыва, она посылает мощный обратный импульс. У меня бы глаза из глазниц вылетели, и уши отстегнулись, – виновато оправдывалась Ласка.
– Понятно, – протянул Гвоздев, – какие еще будут предложения?
– Вернемся в самолет за оружием и…
Лисовский молча поднял винтовку. Ясно, предлагает разведку боем. Вариант, глупый и самоубийственный. И, похоже, рыжий и сам это понимает.
Вопреки ожиданиям Гвоздева инженер не стал предлагать спешное отступление, а заметался по ангару в поисках чего-то.
– Это не подойдет. Это тоже, – бормотал Рома, гремя дверцами и ящиками стеллажей, – Вот! Подойдет!
Инженер снял с полки прибор с кучей кнопок, верньеров и с небольшим монитором. Дотащив его до товарищей, инженер грохнул его об пол.
– Какого…
– Помоги корпус разломать, – Рома прервал изумленную тираду рыжего, – вот здесь и здесь.
С помощью Лисовского инженер развалил похожий на осциллограф прибор и выдрал из него с мясом экран.
– Я не уверен, получится ли, – Рома соединял провода, торчащие из монитора с кабелем системы видеонаблюдения, – но если здесь зацепиться…
На экране появилось посыпанное снегом помех изображение. Гвоздь перебирал режимы глазных имплантов, нов размытых контурах ничего толком разглядеть не мог. Рома же наоборот, обрадовался мельтешению на экране как ребенок.
– Переключим вооот здесь, – от напряжения инженер прикусил язык.
Он перекинул один проводок, и на мониторе появилась четкая картинка.
– Лучше бы я этого не видел, – произнес Гвоздев, а Ласка испуганно вскрикнула.
В обычной казарме бойцы чистят оружие, принимают пищу, в карты режутся и дурью маются на худой конец. Эти стояли неподвижно, в полном боевом облачении, каждый в своей нише. Тут же в нишах было закреплено оружие и амуниция, а над головами неподвижных фигур висели мониторы с постоянно меняющимися диаграммами и графиками.
– Десяток, не меньше, – прошептал Рома так, как будто его могли услышать фигуры в серых доспехах с эмблемой в виде меча и весов.
– Нам и одного с головой хватит, – пробормотал Лисовский. Грозный воитель тоже говорил еле слышно, жутковато застывшие фигуры Арбитров ему порядком действовали на нервы.
– Дальше давай, – попросил инженера Гвоздь.
Рома засопел, перецепляя провода. На мониторе возникла новая картинка.
– Склад? Подвал? – Гвоздь пытался рассмотреть новое изображение.
– Глядите! Там клетка! – Ласка ткнула пальцем в экран.
Девушка была права, посреди помещения стояла сваренная из толстых прутьев клетка. Да не пустая – Гвоздь разглядел в ее углу свернувшегося на полу человека. Как он не напрягал зрения, маленький экранчик не позволял рассмотреть черты лица пленника. Если это один из членов экипажа «Пилигрима», то где остальные? Камера, к которой случайно подключился Рома, давала неполный угол обзора и в подвале могли быть и другие клетки с людьми.
– Камеру повернуть можешь?
– Не. Мы же просто подключились к сигналу, управлять системой я не могу. Хотя можно попробовать к другой камере подключиться.
На этот раз инженер провозился гораздо дольше. Но вместо подвала переключился на какой-то кабинет. Большой стол со старомодным компьютером и кожаным креслом, в складках которого можно было спрятать трех человек.
– Чем он занимается?! – Рома заметил хозяина кабинета, который стоял слегка наклонившись. В руках он держал тонкую железяку.
– Удар тренирует. В гольф, – Гвоздев заметил небольшой белый мячик у ног мужчины.
– Гольф? Это что за хрень? – Ласка и остальные явно первый раз слышали про эту игру.
– Развлечение для богатых. Играть в гольф в мое время это, – Гвоздь запнулся, пытаясь придумать аналогию, – это как у вас есть синтмясо.
Ласка нервно дернула плечом. Сказывалось тяжелое детство, проведенное на фабрике по выращиванию местного деликатеса. Пока девушка рефлексировала, Рома прощелкал остальные камеры и вынес вердикт:
– Больше никого в здании нет. Наверное, – Рома глянул на девушку и осекся.