Денис Деев – Я - другой! (страница 45)

Однако Лисовский из самолета не спешил выбегать с воплями о том, что они все сошли с ума. Значит, существует мизерный шанс, что задуманное все-таки может получиться.

На малой скорости и высоте они подлетали к стене окружающей Омск.

– Не торопись, – успокаивал Гвоздь Ласка, ведущую самолет, – лети нагло, по-хозяйски.

– А если запрос пришлют?

– Не пришлют. Они же, как и все, боятся Арбитров до икоты, – особой уверенности, что они пролетят беспрепятственно над периметром Омска, у Гвоздева не было. Но Ласке надо было внушать, что все будет пучком. А то дернет штурвалом не ровен час…

На пульте мигнул красным огонек, а по ушам резанул сигнальный зуммер.

– Нас радаром облучают! – заметался в кресле Рома.

– Интересно, нас ракетой сшибут или лазером? – проявил профессиональное любопытство рыжий и выглянул в иллюминатор. Огонек на приборной доске погас, зуммер заткнулся.

– Уважаемые пассажиры! Мы продолжаем наш увлекательный полет на городом-мечтой Омском. Большая просьба – откройте свои глаза пошире и ищите богадельню Арбитров, пока нас не сбили к чертовой бабушке, – сделал официальное объявление Гвоздев, после которого пассажиры прильнули к иллюминаторам намертво.

Городок, проплывавший внизу, наводил на мысли об утопии. Совершенно одинаковые аккуратные двухэтажные домики. На их крышах располагалось ровно по десять солнечных панелей, а домики окружали десять соток сочной зелени. Квадраты сытой и безмятежной жизни. Насколько смог увидеть Гвоздь, баснословные доходы от продажи медкитов меж горожан распределялись поровну, чтобы не вызывать зависти и социального неравенства. Вроде бы решение верное, но сытый центр города представлял собой дикий контраст с нищетой гетто вокруг него. Что-то было неправильное в изоляции граждан Омска и их отношении к людям снаружи. Но и как было правильно поступить горожанам, Гвоздь не знал.

Монотонная похожесть строений в городке сыграла на руку в поиске. Слева, почти на самой границе города Гвоздев разглядел серые коробки явно промышленных зданий. А вот в центре ухоженной «омской клумбы» проглядывалось нечто военизированное. Трехэтажное здание с узкими окнами-бойницами, рядом с чем-то похожим на склад или ангар, обнесенное высоким забором. И самый убедительный знак в пользу того, что перед ними было именно гнездовье Арбитров, стоял на квадратной площадке возле складов.

– Глядите – точная копия нашей птички! – указал Гвоздь на брата-близнеца их самолета, – снижаемся и садимся рядом.

– А может не надо? – боязливо спросил Рома.

– Как не надо? А что ты предлагаешь? Сесть перед воротами, постучаться и сказать, что мы их транспортник в лесу нашли? И предложить его обменять на моих людей?

– Это было бы глупо. Но садиться прямо на их базу…

– Это прикольно! – Ласка заложила крутой вираж и лихо приземлилась на площадку.

– И что мы будем делать дальше? – зачем-то шепотом спросил Рома.

Гвоздь похлопал его по плечу.

– Дальше ты опять ключевой элемент. Пойдем за мной.

Когда Гвоздь спрыгнул из люка на землю, его колени подогнулись и с трудом выпрямились. Броня Арбитра, даже в полном комплекте, весила минимум центнер. Благодаря новому ремонтному модулю Рома довольно быстро разделал тушку Арбитра, валявшуюся в самолете. Гвоздев ожидал убийственный запах после того, как инженер сделал первый разрез на боевом экзоскелете. Все-таки тело пролежало в самолете больше недели. Но случилось чудо – костюм остановил разложение трупа и тот выглядел свежачком. Жутким свежачком.

– И-и-и… инопланетянин! – вскрыв забрало, Рома в ужасе отшатнулся от трупа.

Надо сказать, что и Гвоздь с трудом удержался от крика. То, что смотрело на них из шлема, не было человеком. Сразу стало понятно, зачем на шлеме Арбитра примостилось шесть камер. У существа глаза, похожие на паучиные блюдца, располагались в три пары, одна над другой. Приплюснутый, почти плоский лоб, вытянутый яйцом затылок. Серая кожа, в бляшках, как у ящерицы. Носа нет, его место занимают две овальные дырки.

– Это не инопланетянин, – все еще содрогаясь от отвращения, выдавил из себя Гвоздев.

– Откуда ты знаешь?

– Я их видел. Это… – Гвоздь уже видел нечто подобное, ему осталось только поднапрячься и вспомнить, – да это же Конструктор! Только сильно видоизмененный!

Дальнейшее извлечение тела из доспеха доказало его правоту. Как бы пугающе не выглядел Арбитр, но его тело сохраняло человеческие, пусть и сильно мутировавшие черты.

– Ты, правда, хочешь на себя это надеть? – подошедшую к ним Ласку била крупная дрожь. Она с сомнением смотрела на шлем Арбитра в руках Гвоздева.

– Мне наш умник обещал, что меня ни одна бацилла не возьмет. Да и чтоб превратиться в такое, – Гвоздев коснулся ботинком лежащего на полу мутанта, – нужно что-то посильнее вируса.

Рома кое-как сварил части брони на Гвозде. Вблизи можно было рассмотреть, что доспех представляет собой кое-как состряпанный муляж, но издалека Гвоздь теперь выглядел как заправский глобальный страж правопорядка.

То ли сработала его маскировка, то ли в броню Арбитра были встроены какие-то датчики, но выпрыгнув из самолета, он не услышал сигнала тревоги и в его сторону не неслись пули и шары плазмы. Только он вздохнул с облегчением, как дверь ангара, возле которого они приземлились, открылась. И оттуда выехал небольшой робот на гусеничном ходу. Камеры, венчающие его бочкообразное тело, вперились прямо в Гвоздева.

Кто это? Аналог местного дворецкого? Или охранник, которому надо предъявить явки-пароли. Груда металлолома, висевшая на Гвозде, снижала подвижность, в мертвом экзоскелете он мог только важно вышагивать. Можно было и сверхсилу активировать, но  длилась та сила всего две минуты и расходовать ее зазря не хотелось. Гвоздев решил не торопить события и застыть, изображая из себя памятник славному Первому Арбитру.

Робот покатился прямо к застывшему изваянию, на его боку раскрылся небольшой лючок, из которого выскочил манипулятор на шарнире. Гвоздь решил, что как только робот до него дотронется, он угостит его электрическим разрядом, включит усиление и рванет обратно в транспортник. Дай бог, Ласка успеет взлететь, до того, как двор превратится в филиал ада.

Проклятому механизму на страхи и тактические идеи Гвоздя было глубоко наплевать. Робот прошелестел в нескольких сантиметрах, доехал до фюзеляжа самолета и ткнул в него манипулятором, открыв какую-то панель. И с упоением начал копаться в вывалившихся жгутах проводки.

Взмокший Гвоздь, на негнущихся ногах, преодолевая сопротивление нерабочих сервоприводов брони, потопал к остававшейся открытой двери ангара. Шаг, другой, третий. Никаких настороженных окриков, никто не пытается его остановить.

Зайдя в ангар, Гвоздев увидел огромный трехбашенный танк, из открытого моторного отсека которого свешивались две ноги. Ноги дрыгнули и их владелец спрыгнул на пол прямо перед застывшим Гвоздем.

– Где тебя носило? – осведомился короткостриженый паренек в перемазанной маслом робе.

– Так это… – развел руками опешивший Гвоздев, – начальство задержало.

– Чего?! – глаза у паренька чуть не выпали из орбит от удивления, – ты можешь говорить?!

Глава 30

– Ну так… времена меняются, – Гвоздь обхватил голову парнишки ладонями и дернув на себя, впечатал ее в свою бронированную грудь. Звонкий удар. Парнишка без сознания кулем падает под ноги.

«А мог бы и током ударить», – запоздало подумал Гвоздь. Но старые трюки были как-то более привычными.  

Отрывший на стук люк самолета Лисовский сначала выставил ствол, а потом выглянул сам.

– Ты? – спросил командир Платиновых Черепов, стараясь рассмотреть лицо Гвоздева сквозь забрало шлема.

– Вопрос риторический. Если бы это был другой Арбитр, ты был бы уже мертв, – фигура в серых доспехах закинула в самолет ворох тряпья и залезла следом сама.

Через три минуты из транспортника выбрались четыре человека в одинаковых серых ремонтных робах с эмблемой в виде меча, подпирающего острием весы, на спине. Они бы переоделись еще быстрее, если бы не Ласка, заставившая мужчин отвернуться и устроившая с Ромой разборки из-за того, что тот якобы пытался подглядывать.

Три новоиспеченных механика поспешили к ангару, а инженер застыл возле проводящего профилактику робота, с интересом наблюдая за его работой. – Ты б ему еще помогать кинулся! – цыкнул сквозь зубы Гвоздь, уводя Рому за собой.

– А что? Было бы очень правдоподобно. Механик, занимающийся профилактическими работами…

– И торчащий как прыщ на заднице. Ногами шевели.

Затащив Рому в ангар, Гвоздев тут же поставил перед ним задачу: – Придумай, как закрыть ангар, – он ткнул пальцем в поднятую створку автоматической двери, – если сам не сможешь, спроси у него, как это делается. Гвоздь кивнул на перемотанного проводом механика, болтающегося на крюке кран-балки под потолком.

– Оглушил? – Лисовский достал из ранца нейроблокиратор и покачал головой, – а если он очнется и на помощь позовет?

– Так у него же кляп!

Во рту механика торчала промасленная тряпка.

– Господи боже! Ты хуже младенца! Ты же не знаешь, какие модули у него установлены. Он же мог тупо сообщение отправить, – Лисовский опустил механика на пол и закрепил нейроблокиратор у него на спине. Полюбовавшись своей работой, добавил, – лучше бы, конечно, грохнуть. Надежнее.