Дэн Поблоки – Встреча (страница 22)
– Успокойся, – сказала Поппи, лихорадочно размышляя. – Ведь эти штуки из папье-маше. «Пустые сосуды». Так? Что они могут нам сделать?
Но она поспешила с выводами. Правая рука куклы Поппи отломилась у локтя. Ее собственные слова, сказанные в игровой комнате, вернулись, чтобы терзать ее. «С ними не играют. Их ломают». Из дыры в папье-маше торчала пепельно-серая рука, пальцы слегка подрагивали.
Словно прочитав мысли Поппи, Азуми выдохнула:
– Нет, эти штуки не пустые.
Глава 28
МАРКУС ОТВЕРНУЛСЯ, чтобы не видеть жуткую куклу Поппи, но оказался лицом к лицу с собственной копией, уставившейся на него с другой стороны решетки. Он переступил с ноги на ногу, ища точку равновесия. По жилам побежал адреналин. Он будет драться.
Куклы уже окружили лифт, подойдя вплотную к решетке. То, что сидело внутри фигуры Поппи, с глухим рычанием подняло торчащую из куклы руку и схватилось за решетку.
Остальные тоже зарычали, сгибая конечности и разрывая хрупкую оболочку, сворачивая шеи, ломая локти. Куски папье-маше отрывались и падали на пол.
Кукловоды явили себя. Особые.
Поппи угадала верно. Матильда пришла за ней самой, Рэндольф – за Маркусом, Ирвинг – за Диланом, Алоизий, рот которого был забит черной слизью, – за Дэшем. Кошка, собака, медведь и кролик. Пустые черные дыры на месте глаз.
Несколько секунд сироты в масках, Особые, стояли неподвижно, молча глядя на ребят. Их кожа и одежда были покрыты пылью, и клубы пыли оседали на пол за их спинами. А затем, все вместе, они бросились в атаку.
Прутья решетки лязгали, когда Особые, крича и визжа, кидались на них. Они бились о металл, ударяясь о решетку головами и яростно молотя руками и ногами.
Азуми, Поппи, Маркус, Дэш и Дилан прижались друг к другу, кто-то в ужасе скулил, кто-то был не в состоянии произнести ни звука. Металлические прутья вокруг скрипели и стонали, прогибаясь под натиском нападающих, так что Особые могли просунуть руки дальше. К ребятам потянулись скрюченные пальцы. Поппи вскрикнула, когда Матильда подобралась так близко, что вырвала прядь ее волос.
– Они разорвут нас на клочки! – закричала Азуми. Остальные сжались от страха.
– Этого не будет! – пронзительно крикнула Поппи. – Мы должны сражаться с ними. СЕЙЧАС!
И дети, заключенные в лифте, разделились.
Поппи и близнецы бросились к своим двойникам, Маркус закрутился и отступил от решетки, когда мальчик в маске собаки ухватил его за куртку, а Азуми тихо проскользнула к двери.
– Ты пришла, – сказала Матильда глухим голосом, стараясь ударить Поппи по лицу. – Ты действительно пришла.
Размахнувшись, Поппи ударила Матильду, отшвырнув ее от клетки.
– Я тебя не знаю! – закричала она.
Матильда рассмеялась и снова потянулась к Поппи.
Ирвинг и Алоизий схватили близнецов за рубашки, стиснув ткань в сжатых кулаках.
Дэш навалился на руку Алоизия, всем весом прижав ее к решетке. Ирвинг отпустил Дилана и попытался схватить Дэша, но тот уклонился.
По-прежнему держа руку Алоизия, Дэш заметил, как Дилан весь напрягся. «У него сейчас снова начнется припадок!»
– Дилан! – завопил он. Он отпустил Алоизия и бросился назад, оттаскивая брата к центру кабины.
Дилан вырвался из его хватки.
– Ты что творишь?! – зарычал он.
Алоизий снова набросился на решетку, его рука прошла в опасной близости от лица Дилана. Дэш пнул его, а затем Ирвинга, который сначала зашипел, а потом заревел как медведь, маску которого он носил.
Маркус, пытаясь вырвать куртку из скрюченных пальцев Рэндольфа, увидел, что Азуми стоит у двери лифта и яростно дергает за рычаг.
– Азуми! – крикнул он и с силой рванулся из хватки мальчика в маске собаки. Пролетев через кабину, он сбил ее с ног. – Что ты делаешь?! – закричал он. – Они же войдут внутрь!
Азуми моргнула, словно приходила в себя после транса. Она кивнула:
– Надо бежать отсюда.
– Куда бежать? – спросил он. – Они слишком быстрые. Они нас поймают.
Откуда-то сверху раздался резкий шум, и оба вздрогнули. Рэндольф подпрыгнул и ухватился за прутья решетки наверху. Маркус съежился в центре клетки, прикрыв голову и пригнувшись, чтобы Рэндольф его не достал. Азуми подскочила вверх и с размаху ударила Рэндольфа по руке. Рэндольф взвизгнул и отдернул руку, а Азуми завизжала:
– Оставь нас в покое, мерзкая дрянь!
Матильда приглушенно хихикнула – ей удалось ухватиться за сумку Поппи. Она со всей силы потянула ее на себя, и Поппи прижало к решетке кабины. Поппи охнула и расправила плечи, чтобы не провалиться назад, во тьму. Схватившись за решетку, она постаралась выпрямиться.
Вокруг нее все кричали, и Поппи пожалела, что не может помочь им. Все случилось так быстро. Если ничего не предпринять, то скоро сироты проникнут в кабину и сбудется предсказание Азуми: Особые разорвут их на части с такой же легкостью, с какой Поппи оторвала у куклы руку. «Должен быть способ спастись, – думала она, лихорадочно соображая. – Если мы все соберемся в центре кабины… Если будем одновременно нападать на одного…»
Но тут Матильда вновь схватила Поппи за волосы и дернула изо всех сил. Поппи закричала, иглы боли пронзили ее, когда корни выдирались из скальпа. Не раздумывая, Поппи протянула руку сквозь прутья решетки и, сорвав с Матильды маску кошки, отпрыгнула назад, сжимая ее в руке.
Матильда взвизгнула и пошатнулась, закрыв лицо руками. Поппи бросила маску на пол лифта, готовясь к новому нападению. Но, к ее удивлению, Матильда просто опустила руки, на ее лице застыло испуганное, растерянное выражение. В ее холодных глазах отразился страх, а на бледной коже остались прилипшие куски пластика.
Вокруг них по-прежнему кипел бой, но на двух девочек опустилось спокойствие, и Поппи была уверена, что только они могут его почувствовать. Они смотрели друг другу в глаза. У Матильды они были голубые и блестящие. Теперь, когда она в первый раз заглянула под маску, Поппи стало не по себе. За маской скрывалась настоящая девочка, а не какое-то чудовище. Все эти сироты – настоящие дети. Возможно, мертвые, но все равно настоящие. Поппи ощутила исходящую от девочки гнетущую тоску – настолько мучительным было для нее это затишье.
А затем Поппи вдруг поняла, что драка прервалась. Обернувшись, она увидела, что все смотрят на нее – и сироты, и друзья.
Оставшиеся Особые, те трое, что по-прежнему были в масках, отступили от клетки и шагнули к Матильде.
– Нет! – крикнула она. На ее лице отразилось такое отчаяние, что Поппи стало дурно. – Оставьте меня. Оставьте меня!
Все трое прыгнули на Матильду и навалились на нее всей массой, увлекая на пол, где она визжала, лежа ничком. «Будто волки на кормежке», – подумала Поппи. Ей хотелось протиснуться через решетку и помочь бедной девочке, но она понимала, что на это нет времени.
– Идем! – сказала Поппи остальным и подбежала к двери. Медленно наклонив рычаг, она осторожно привела в действие пружины, и дверь чуть-чуть приоткрылась. Один за другим они проскользнули в таинственную тьму, окружавшую лифт.
Они бежали куда глаза глядят, пока Маркус их не остановил:
– Постойте. Где мы?
– Да, – поддакнула Азуми. – Поппи, куда нам идти?
Оглянувшись назад, Поппи увидела, что Особые поднимаются с пола. В центре группы Матильда прокладывала себе дорогу вперед. На ней снова была кошачья маска. Поппи моргнула. Маска, которую она сорвала с Матильды, по-прежнему лежала на полу кабины. Откуда взялась новая?
Безумная мысль мелькнула у нее в мозгу: маска
Матильда бросилась вперед. Остальные последовали за ней, свет лампы лифта остался у них за спиной, и Особые вновь превратились в безликих охотников.
– Сейчас не важно куда, – сказала Поппи, хватая Азуми за руку. – Просто бежим!
Глава 29
ОНИ БЕЖАЛИ ЧЕРЕЗ ТЕМНОТУ, которая казалась бесконечной.
Свет лампы остался позади, близнецы зажгли фонарики на телефонах и направили их на пол, который круто уходил вверх. Насколько хватало глаз, вокруг не было ни стен, ни мебели, ничего. Создавалось впечатление, что дом еще не придумал обстановку того места, куда они направлялись.
Наконец Поппи споткнулась о край ковра и чуть не завопила от радости, когда увидела знакомые места. С каждым шагом дом вокруг обрастал новыми деталями, освещенными призрачным светом фонариков. Вот плинтус. Вот потолок. Перевернутое плетеное кресло. Игрушечная пожарная машина. Впереди, в другом конце того, что теперь стало коридором, находилась закрытая дверь, окруженная ореолом света.
Вырвавшись вперед остальных, Поппи крикнула «Сюда!». Она распахнула дверь и бросилась в комнату, остальные – за ней. А затем она с размаху захлопнула дверь и повернула ручку замка.
Оглушительный топот по-прежнему доносился с другой стороны двери, все приближаясь и приближаясь, сопровождаемый рычанием и воплями, визгами и хрипами Особых – они неслись вперед быстрее лесного пожара.
Отступив от двери и переводя дыхание, Поппи огляделась вокруг. «Думай, Поппи!» Все окна в комнате были задернуты толстыми занавесками. Янтарный свет исходил от двух маленьких хрустальных люстр, висевших по обе стороны сводчатого потолка – одна перед высоким стеллажом, заставленным книгами, другая над камином. В углу на стойках из черного металла стояли несколько музыкальных инструментов. Тяжелые столы и стулья – точно такие же, какие она видела в других частях дома, – стояли где попало.