Ден Ковач – Хантер (страница 8)
05. Голод и ненависть
С рассветом идти вдоль залива стало гораздо легче, нашлась старинная асфальтовая дорожка. Вся в трещинах, сквозь которые пробивалась трава, она вела сквозь лес к развалинам на берегу залива. Что здесь было раньше? Причал? Уже не понять. Бетонные конструкции обросли мхом, травой и кое-где даже невысокими деревьями, которые вцепились корнями в трещины фундамента, расшатывая и ломая человеческое устройство мира. Без всякой ненависти или плана. Жизнь безжалостна к прошлому.
Через час Лора и Портер решились выйти из леса и выбрались на обочину дороги. Дождались в зарослях абсолютной тишины, пропустили два стремительных элекара и перебежали улицу. Дома вдоль парка были разрушены. Когда-то здесь шли уличные бои, банды и армейские подразделения делили город. С тех пор никто не потрудился разобрать завалы из кирпича и бетонных плит. Победителей в уличных войнах не было. Обойти разрушенные кварталы трудно, пройти сквозь них немногим легче, но быстрее. Ранее утро не обещало хорошего дня. С океана на город надвигались тяжелые низкие тучи. «Где мое штормовое предупреждение», – подумал Портер, глядя на молчаливый браслет. Под ногами хрустел битый кирпич, Лора морщилась, наступая на него своими израненным ногами, но уверенно пробиралась через завалы. Должно быть, она хорошо знала город. Портер внимательно смотрел по сторонам. Опасности не было. Все, что было вчера, больше походило на дурной сон. Если бы не Лора Геккель… Зачем он вообще взял ее домой? Она ценный свидетель? Вчера он об этом не догадывался. И вообще, он что, следователь, сыщик? Он хантер – его дело заброшенные заводы, мосты, дальние походы. Орден ошибся, поручив ему это по-настоящему полицейское расследование.
Усталость и голод брали свое, Портер все больше хромал, а Лора спотыкалась и ругалась сквозь сжатые зубы. Он видел, как слезы выступили у нее на глазах, когда она в очередной раз споткнулась и почти упала. Он подхватил ее под руку, и она благодарно оперлась на него, с трудом переставляя ноги.
– Далеко еще, мисс Геккель?
– Совсем рядом. Видите те кирпичные корпуса?
– Красные?
– Ну да, терракотовые. Нам туда. Еще минут десять.
– Там живут ваши друзья?
– Да. Там тепло, безопасно и есть большой универ. Рабочий.
Портер кивнул с некоторым сомнением. Универ – это универсальный синтезатор, который производит все, что нужно человеку. Буквально все: от кофе и сэндвичей до протезов конечностей. Там же, теоретически, Портер сможет проверить браслет и заменить, если он окажется неисправным. Странно, что он не слышал об универе в этом районе. Ему казалось, что все важные вещи о городе он давно знает.
Впереди из-за горы кирпичей послышалось рычание. Два… нет, три тощих пса. Голодные. Откуда они берутся? Ведь, кажется, все уже давно вымерли. Портер шагнул вперед, заслоняя собой Лору.
– Пошли к черту, – тихо и угрожающе сказал он.
В своих долгих одиноких походах он не раз встречался с дикими зверями. Но никогда не оказывался с ними один на один, без своих киберпсов и оружия. Почти голый и смертельно уставший. Рука его нащупала на ремне нож. С детских времен он таскал его с собой как талисман, не как оружие. Пригодился. Портер сжал кулак, в ладонь удобно легла деревянная рукоять необычной т-образной формы. Клинок, короткий, очень широкий и обоюдоострый выступил как шип между пальцами. Клинок стал продолжением кулака.
Пегий пес, высокого роста, в холке почти по пояс Портеру, шел первым. Рычал. Верхняя губа его дрожала, открывая крупные желтые клыки. Две собаки поменьше размерами остались позади вожака. Похоже, они готовы были искать другую добычу, но вожак отступать не собирался. Наверное, он уже нападал на людей. В нем чувствовалась уверенность.
– Подними кирпич, – не оборачиваясь, велел Портер девушке. Лора нагнулась и подняла увесистый обломок камня. В этот момент пес атаковал. Он целил в пах Портеру, точно зная, как справиться с человеком. Портер ударил ногой навстречу, врезал ему в грудь. Удар получился вскользь, неточным и не нанес псу вреда, но сбил атаку. Пес лязгнул зубами, на лету извернулся, пытаясь вцепиться в икру хантера. Не вышло. Стая поняла, что драка началась, и медленно обходила Портера и Лору. Псы заходили сбоку, слева, по относительно ровному проходу между домами. Портер отступил назад, ближе к бетонным блокам, и сдвинул Лору себе за спину, разворачиваясь к новой угрозе, но не выпуская из поля зрения вожака стаи. Тот снова решил напасть.
Пес был уже немолодой, опытный, с длинной, вытянутой вперед челюстью и обрывками ушей, явно пострадавших в схватках с другими собаками или кем-то пострашнее. Два его товарища помельче, но тоже опасны. Портер знал: нужно справиться с вожаком быстро, чтобы стая не успела вмешаться. И он сделал движение вперед, на вожака. Тот бросился навстречу, захватывая ближайшую цель, левую руку глупого слабого человека. Портер ждал боли, и когда его предплечье попало в зубы пса, дернул руку вверх, задирая голову зверя, открывая его шею. Удар ножом, снова и снова, и еще. Семь, восемь, десять, дюжина резких ударов. Портер рычал от боли и ярости. Челюсти пса сжимали руку, разрывали предплечье человеку, дробили кость, но человек бил, не останавливаясь. Короткий клинок в сжатом кулаке раз за разом вонзался в шею и грудь пса. И тот не выдержал. Судорожно вздрогнув, пес разжал пасть и отскочил назад, припадая на задние лапы, захлебываясь кровью. Заскулил, замотал головой и повалился на бок. Портер сделал шаг к нему и опустил на его голову подхваченный с земли кусок бетона. Он слышал позади лай, там была Лора, он слышал, как беснуются псы, почуяв кровь, ждал, когда они кинуться на него… Череп вожака треснул с отвратительным хрустом. Портер мгновенно развернулся к оставшимся псам. Пошел на них, шипя что-то угрожающее, свирепое, бессмысленное. Он готов был схватиться с ними обоими. Зубами, ногтями, своим окровавленным клинком. Крови не бывает достаточно. Зверь, только что разобравшийся с вожаком стаи, шел убивать. Псы почуяли это и отскочили от него, оскалив клыки, надрываясь яростным лаем. Они боялись. Он не стал гнаться за ними. Незачем. Он уже победил.
– Лора, куда идти? – хрипло сказал он, вкладывая клинок в ножны. Лора заметила, как дрожит его рука, пытаясь попасть клинком в узкие кожаные ножны.
Девушка подбежала к нему, дотронулась до плеча и указала направление. Портер подхватил ее здоровой рукой, залитой кровью, и они быстрым шагом покинули место схватки. Псы еще лаяли вслед, но Портер знал, чем они займутся через минуту. Голод подскажет им верное решение.
Лора вела его под руку, чувствуя, как рукав пальто пропитывается его кровью. Шагов через сто они остановились.
– Мне нужно перетянуть плечо, Лора.
Снова нож, на этот раз окровавленный, и снова кусок пледа широкий полосой. Пропитанный рукав его свитера Лора замотала импровизированным жгутом и затянула узлом над локтем. Получился наполовину бинт, наполовину жгут. На рану она не смотрела, перекушенная и растерзанная рука была черной от крови. Дальнейший путь Портер почти не помнил, он уже едва шел, хромая и прижимая к себе раненую руку. Каждый шаг отдавался болью. Он терял кровь, чувствовал, как она сочится следом за ним. Он смутно видел перед собой зыбкие силуэты, упрямо шел, шатаясь, а Лора направляла его между заброшенных зданий. Потом снова асфальт, незнакомый перекресток и пролетевший мимо элекар. Потом ветер, который сбивал с ног.
«Где же мое штормовое предупреждение», – слышала Лора его шепот и тянула хантера к высокому зданию, с каменной массивной оградой и ржавыми чугунными решетками ворот. Он бормотал что-то про Джека и Джима, а Лора не слушала и боялась только, что он сейчас упадет, и тогда она уже не сможет его поднять. Ей казалось, что стая псов совсем близко, и они сейчас бросятся на нее сверху, вцепятся в ее беззащитную шею…