Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 199)

– Только если там подают крысиный яд.

Саймон покачал головой и цокнул языком.

– Право, Астрид, ты выше этого.

В ссорах он всегда сохранял спокойствие. В прошлом она восхищалась тем, как он бесстрастно разбирал всех по косточкам. Сейчас это выводило ее из себя.

– Астрид, давай завтра у Крессиды вести себя прилично.

– Так вот в чем причина встречи – в Констебле.

– Да, я выскажу свое мнение о картине.

– Отлично. А до тех пор исчезни.

Саймон безмятежно улыбнулся.

– Ох, Астрид. – Он встал и зашагал вперед по дорожке.

Она его окликнула:

– Подожди.

Он обернулся.

– Саймон, этому конец?

– Чему?

– Вы с Джиной расстались?

Он смерил ее взглядом, в котором было нечто среднее между жалостью и симпатией.

– Да, разумеется.

На дорожке появился садовник. Он уловил их настрой и, не поднимая глаз, медленно, почти на месте развернул свою тачку. Астрид подождала, пока он не скроется из виду.

– Она ведь бросила тебя?

Он снова покачал головой, будто не веря своим ушам.

– Я сам положил всему конец, честно.

И он удалился по дорожке.

Она смотрела, как он уходит, не зная, верить ли этим словам. На нем были бордовые мокасины, проглядывали голые лодыжки. Без носков? Тоже новинка. Вот он идет, ее уже почти бывший муж, который перестал носить носки, чтобы казаться на десять лет моложе.

Подождав, пока успокоится сердце, она направилась в сторону парковки. Когда она туда дошла, злость ее улеглась до пяти или шести баллов по шкале гнева. Раньше она боялась с ним повстречаться, но это оказалось не очень мучительно. Кажется, раны начали затягиваться.

Дойдя до машины, она увидела Кэт, которая откинулась на капот и нежилась на солнышке.

– Поехали, Кэт, я готова.

Та беспокойно посмотрела на Астрид.

– Все нормально?

– Не очень. Только что повстречала привидение.

– Ух ты! – выдохнула Кэт. – Я один раз видела привидение. Оно жило в старом пабе в Уорт-Матреверс, и ночью я услыхала такой звук, вроде ударов…

– Да нет, понимаешь, Кэт… это кое-что из моего прошлого.

– Поняла, ну что ж… – Кэт обняла Астрид за плечи. – Если хочешь поговорить об этом, я рядом.

– Спасибо.

– Пойдем сегодня в «Снасти». Почему бы не пропустить по паре пива?

– Честно говоря, сегодня я занята и завтра тоже. Давай во вторник?

– Пойдет. Только я уже договорилась посидеть с Грабом. Нормально?

– Конечно. В тесноте, да не в обиде.

Глава 23

Возвращаясь на лодку, Астрид сделала крюк к газетному киоску – купить вечерний выпуск местной газеты. Интересно, попала ли туда новость об арбалетном происшествии в Шерборн-холле. Попала – на передовицу в раздел экстренных новостей. Два абзаца под фотографией взлетающего с лужайки вертолета скорой помощи. Заметка заканчивалась цитатой Крессиды, что вероятность подобного рода события «чрезвычайно мала» – это уж точно! – и что «этим летом непременно стоит посетить Шерборн-холл».

Астрид приготовила себе кофе и десять минут искала, нет ли в газете упоминаний о других смертельных происшествиях в Фонде – гибели Девайна и Эрика-грибника. Их не было. Но зато в конце газеты, в новостях светской жизни, нашлось нечто, привлекшее ее внимание. Фотография Стиви Грешингэма, общающегося с гостями на «вечеринке в честь покупки „Английским фондом“ художественной коллекции леди Шерборн» – так гласила подпись. Так, так. Значит, Стиви, ты кое-что понимаешь в изящных искусствах?

Постепенно обретал черты новый план – так, мини-план. На завтрашней встрече она не только покажет Саймону, какой она прекрасный профессионал, но и точно укажет местонахождение подлинника картины – в доме Стиви Грешингэма на Сандбэнкс. Чем больше она обдумывала свою теорию, тем более правдоподобной та казалась. Стиви подходил по всем трем пунктам – М, В и С. Есть связи с Фондом. Заработал кучу денег на торговле искусством. Живет не так далеко от Шерборн-холла. Мог заполучить подлинник, дать кому-нибудь написать копию, а затем подменить – и никто бы не заметил. Конечно, кроме нее.

Она подошла к полкам у кровати и стала вести пальцем по книгам, пока не нашла нужной – «Таблицы приливов» за последний год. Грешингэм уехал на выходные – так он ей сказал, – поэтому действовать надо сейчас. Она пойдет на лодке к Сандбэнкс, пришвартуется на его причале и поразведает вокруг. Влезать в дом нужды нет – снаружи он почти целиком из стекла. Достаточно ли футбольный менеджер глуп, чтобы повесить на стену украденный шедевр? Раз он называл Дэмьена Хёрста «парнем, который маринует акул», все может быть.

Она раскрыла лежащую на столе таблицу приливов. Каждая страница была устроена одинаково – на каждую неделю года нарисована сетка с группой волн, на которых отмечены гребни и подошвы. Внизу шел мелкий текст – время захода солнца, местные течения… Она зажмурилась и закрыла книжку. Наверное, не стоит рисковать.

Потом она увидела розовый уголок, высовывающийся между обложкой и первой страницей. Она вытащила карточку – точно такую же, как записка дяди Генри, лежавшая под ковром. Та же ручка. На этот раз надпись гласила: «Астрид, поднимай паруса – удача сопутствует храбрым. Дядя Генри».

Астрид перевернула карточку – на той стороне ничего не было. Теперь все прояснялось. Дядя ободрял ее на каждом новом шагу. Первую записку она нашла потому, что решила убраться в лодке так тщательно, что выбила ковры. Теперь она сверялась с временем прилива, потому что хотела отправиться в плавание одна. Раньше она удивлялась, что вместе с завещанием он не оставил письма. Вот что он сделал взамен – спрятал везде записочки, чтобы ее поддержать. Она улыбнулась – каким же ловким и умным он был. Астрид снова взяла таблицы – конечно, она во всем разберется. Перелистала их до сегодняшнего дня. Полная вода – высшая точка прилива – будет примерно через двадцать минут. Пора отправляться.

На палубе она быстро прошла вдоль борта, отцепила канат и небрежно бросила его на корме. Лодку стало медленно относить от причала, Астрид торопливо вернулась к штурвалу и запустила двигатель.

Пока корма поворачивалась в сторону залива, она прикинула, где проходит линия между красным и зеленым буями, и прибавила газу. Лодка приподнялась в воде и понеслась вперед. За мастерскую – к счастью, там не было видно Кобба – и на открытую воду, в залив.

Там, где причал уже не укрывал лодку, дул свежий ветер. Даже холодный. На крючке под приборной панелью Астрид нашла старую куртку из вощеного хлопка. Надела ее, закатала рукава и затянула пояс на талии. Впереди на мысу еще светило солнце. Тени от облаков бежали по пустоши, которая из багряной превращалась в серую. Впереди лежали острова Зеленый и Круглый. За ними в низком свинцовом облаке, пришедшем с моря, спрятался остров Браунси. Темнота словно бы просачивалась в залив, хотя до захода солнца оставалось еще два часа.

Через двадцать минут Астрид обошла Браунси, и слева показался причал «Английского фонда». Справа на самом конце полуострова цепной паром входил в док. Путь свободен – прибавить скорости, и попадешь в главный пролив. Лодка стала ударяться о волны посильнее, вверх взлетала водяная пыль, омывавшая корму. Астрид задвинула окошко над штурвалом и наглухо застегнула куртку.

Преодолев пролив, она развернула лодку по течению, потом снизила скорость. Дома вдоль берега оказались значительно больше, чем представлялось. Трехэтажные, большинство – с балконами со стеклянными ограждениями, шедшими вокруг всего дома. На каждом этаже огромные окна, в которых отражался залив – и богатство хозяев. Четыре миллиона фунтов – начальная цена.

Дом Стиви Грешингэма был одним из самых больших. Огромный параллелепипед из дымчатого стекла и шероховатого бетона, классический баухаус – сложно поверить, что у Стиви такой хороший вкус. Наверное, с деньгами можно купить и архитектора со вкусом. Астрид пришвартовала лодку к понтону и уверенно прошла по лужайке, сделанной из ярко-зеленой искусственной травы. На одном конце стояли белые пластиковые ворота. В середине нарисован круг с чайкой – без сомнения, эмблемой его любимой футбольной команды.

На передней террасе она сцепила ладони в трубочку, уперлась ими в стекло и посмотрела внутрь. На стене висел большой плоский телевизор, перед ним стоял белый кожаный диван. Больше на стенах ничего не было. Подальше сбоку дома нашлась стеклянная дверь, через которую гостиную было видно под другим углом. Снова никаких признаков картин. Астрид раскатала рукав куртки поверх пальцев и попыталась повернуть ручку двери. Заперто.

Через пару секунд над ее головой раздался звуковой сигнал. Она посмотрела вверх и увидела высоко на стене маленькую желтую коробочку. Сбоку на ней был силуэт собаки, а снизу моргал красный огонек. Пора уходить.

На понтоне привязанная к столбу веревка уже натянулась. Должно быть, прилив сменился отливом. Она подала лодку вперед, чтобы трос немного провис, затем бросилась к столбу отвязать трос. Затем поспешила обратно к приборам – лодка уже скреблась о причал, красные пластиковые буи терлись о борт.

Астрид крутила в руках штурвал. Боролась с течением, чтобы направить нос от берега. Волны ударяли о борт – у нее получилось. Но теперь лодка развернулась слишком сильно. Девушка дернула штурвал в обратную сторону и толкнула рычаг газа до упора. Двигатель издал резкий треск. «Не-е-ет», – выдохнула она. Над задней частью лодки поднялся завиток черного дыма. Уменьшить газ, затем снова прибавить. Раздался дребезжащий звук, будто выдвигаешь ящик со столовыми приборами. Потом тишина. Если не считать ее собственного голоса: «Черт побери!»