Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 201)

– Итак. Одно из исследований – дендрохронологическое, оно используется, чтобы определить возраст рамы картины по виду годичных колец древесины. Результат этого исследования с учетом отметок на раме и подписью показывает, что рама подлинная. – Он посмотрел на Астрид. – Астрид, ты согласна?

– Да, возраст рамы с точностью до десяти лет соответствует оригинальной картине.

– Превосходно. – Он снова стал просматривать заметки. – Дальше инфракрасная спектроскопия – это исследование применяют, чтобы определить состав краски в образце. Связывающие пигменты, такие как льняное масло и яичный белок.

– Как увлекательно, – кивнула Крессида.

– Честно говоря, Крессида, совсем нет, – сказала Астрид. – На самом деле это очень скучно.

– Спасибо, Астрид. – Саймон еще пролистал заметки. – В общем, мы ищем составляющие краски, которой, как нам известно, пользовался художник. Хорошие новости – химический состав краски на этом полотне имеет особенности, присущие именно Констеблу.

Астрид улыбнулась про себя.

– Хочешь здесь дополнить, Астрид? – сказал Саймон.

– Нет, нет. Продолжай.

– Есть еще несколько исследований – ультрафиолет, цифровые отпечатки. Хэссокс очень тщательно подошел к делу, и… – Саймон положил свою часть заметок на стол, – все подтверждает, что это подлинная работа Джона Констебла.

– В самом деле? Вы уверены? – Крессида поднялась со стула и повернулась к Астрид: – Я не понимаю… Вы сказали, что это подделка.

– Потому что так и есть. – Голос Астрид дрожал от возбуждения. – Саймон, ты не прав. Мазки слишком осторожные – они не выглядят как рука мастера.

– Ты уверена?

– И я отправила на исследования образец лака, и выяснилось, что лак современный.

– Кто делал исследование?

– Неважно, главное, что это без сомнения доказывает, – Астрид указала на картину, – что это не подлинный Констебл.

– Ладно, ребята, берем тайм-аут, – сказала Крессида. – Что это? Подделка или оригинальная вещь?

– Мне очень жаль, Крессида, – сказала Астрид. – Очевидно, Саймон приехал сюда только затем, чтобы попробовать меня унизить. Это довольно прискорбно.

Саймон покачал головой.

– Пожалуйста, Астрид, не теперь.

– Хорошая попытка, Саймон. – Она встала и уверенно подошла к мольберту. – Все понятно, даже если просто на нее посмотреть. – Она приблизила лицо к картине. Море, фигура на тропинке, мыс с маяком. Нежно провела пальцем по холсту. Затем отдернула руку, словно от электрического удара. – Ой, что это. – У нее в прямом смысле отвисла челюсть.

Несколько мгновений она смотрела на оставшуюся часть картины. Скалы, дорожка, облака. Особенно облака. Они были потрясающие. Невесомые. Светящиеся. Словно кто-то дотянулся палочкой до неба, свернул их, будто сахарную вату, и нанес на холст. Это был шедевр – на эту картину дохнул Господь. Ни малейшего сомнения – это подлинный Констебл.

– Что случилось, Астрид? – спросила Крессида.

Та не могла отвести глаз от холста.

– Это невозможно. Это не та картина, над которой я работала.

– Прости? – сказал Саймон.

– Ее подменили… это подлинник, – выговорила Астрид, опускаясь обратно на стул.

– Ах, и ты сделала фотографии этой загадочной подделки? – спросил Саймон.

– Ну… – до нее вдруг дошло. – Нет, не сделала. Я так обрадовалась, когда ее нашла, что даже не могла твердо держать фотоаппарат.

Саймон покачал головой.

– Честно, Астрид, я в тебе разочарован. – Он стал складывать заметки в портфель. – И кто же ее подменил?

– Я не знаю. Я имею в виду…

– Понятно. – Крессида открыла ноутбук. – Саймон, что мы будем делать?

– Ну, если позволите… У вас на руках крупная художественная находка. Надо показать ее прессе как можно быстрее.

– Отличная идея. Здесь у нас особый случай – я устрою пресс-конференцию во вторник. Приглашу все крупные газеты и телевидение.

Саймон обошел сзади ее стол. Они разговаривали, будто Астрид в комнате не было.

– И это будет хорошим способом разрекламировать всю выставку, которая пройдет позже в этом году. Я с огромным удовольствием проведу презентацию.

– Это было бы великолепно, спасибо. – Крессида начала печатать на ноутбуке.

– Да, и я могу закончить реставрацию коллекции. Я возьму отпуск и останусь подольше.

– Закончить мою работу? – Астрид вскочила. Тормоза слетели. – Да ты шутишь, черт возьми.

– Для протокола, – Саймон повернулся к Крессиде, – могу я отметить, что Национальная галерея давно прервала все отношения с Астрид? Она не говорила?

– Хватит уже, Саймон, мерзавец! – сказала Астрид.

– Нет, Астрид, вы не говорили. – Крессида достала телефон. – Похоже, под вашей работой Фонд должен подвести черту.

– Минуточку, – запротестовала она.

Крессида набрала номер.

– Астрид, мне очень жаль, но, кажется, это лучший выход.

Трубку взяли.

– А, Эмили, – сказала Крессида с обычным своим воодушевлением. – Можешь заглянуть в офис и помочь Астрид с вещами? Она нас покидает.

В мастерской Эмили с Астрид молча собрали ее вещи. Эмили сложила штатив, Астрид убрала рабочие материалы в чемоданчик. Эмили заговорила первой – они уже прошли половину коридора:

– Как, останетесь в Дорсете и будете жить на вашей лодке?

– Не знаю. Нужно побыть в одиночестве, чтобы определиться с планами.

– Уверена, вы во всем разберетесь.

– Спасибо. – Они проходили мимо стола с китайской вазой. – Погодите, мне еще нужно попрощаться с Гарольдом.

– Конечно, я пока отнесу вещи к машине.

– Спасибо, Эмили.

Гарольд был на обычном посту в галерее. Он сидел, положа руки на колени и глубоко задумавшись. Пришлось несколько раз позвать его по имени, прежде чем он очнулся.

– Ой, Астрид! Неудачно вышло на выходных, да?

– Конечно. Как ваш друг?

– Уверенно идет на поправку, слава богу. Его планируют выписать сегодня после обеда. Ужасно себя из-за всего этого чувствую.

– Гарольд, ну что вы, – она положила руку ему на плечо, – не стоит. Ваша кольчуга спасла ему жизнь.

– Наверное, – слегка улыбнулся он. – Правда, теперь реконструкций долго не будет – Крессида их запретила.

– Меня она тоже сейчас не жалует. Не буду вдаваться в детали, но, по правде говоря, я сегодня работаю последний день.

Он поднялся со стула.

– Нет, нет. Этого не может быть.

– К сожалению.