Дэн Абнетт – Оружие Танита (ЛП) (страница 67)

Это была середина утра 224-го. Небо казалось слепящим шаром из высокослоистых облаков цвета топаза и утренних наносов загрязнений, поднимавшихся из Скальда, и рассеивавшихся желтоватым газом под воздействием встречного ветра. Зловещие облака собирались вдали на западе.

Уранберг был в трёх километрах впереди, на конце громадного пролёта проржавевшего каркаса. Город всё ещё был огромен. Солнце блестело и сверкало на узких полосках окон. Тонкий чёрный дым, словно следы грязных рук, тянулся от куполов.

Выдохшись на последнем отрезке восхождения, он сел на узком выступе скалы примерно в пятидесяти метрах от вершины трубы, упёршись одной ногой, чтобы ветер не сдул его. Горелка высоко над ним гудела от ветра, задувавшего в её полости, и примерно каждые десять минут огромное облако газа со свистом поджигалось и пузырём вздымалось ввысь. Гарь осыпалась подобно снежинкам.

Его кислородный баллон давно опустел, и он был вынужден пользоваться ненадежной системой фильтрации шлема. Это означало, что нельзя дышать глубоко, и каждый вдох давал влажный тёплый воздух. Такое восхождение было бы нелёгким даже при идеальном воздухе. С потом он потерял уже около двух килограммов веса. Его голова кружилась от нехватки кислорода. Его руки, колени и стопы, невзирая на перчатки, упрочнённые брюки и ботинки, стерлись до крови.

Он снова начал восхождение, и прошёл примерно десять метров. Это привело его почти на один уровень с нижними балками опор трубопровода. Он быстро поднял визор, чтобы глотнуть воды из фляжки, и затем опустил его. Искушение вдохнуть холодного внешнего воздуха было практически непреодолимо.

Он взобрался на край опоры. Издалека она выглядела тонкой, но теперь, когда он приблизился, то осознал титанические размеры двутавровых балок и несущих ферм. Лезть по ним будет нелегко. Балки располагались слишком далеко друг от друга. Ему придётся ползти на животе по брусьям, медленно, но верно.

И добраться до Уранберга когда-нибудь в следующем веке.

Альтернативой было продолжать восхождение и пересечь мост по трубопроводу. Это означало ещё примерно сорокаметровый подъём по всё более отвесной стене.

Он проверил натяжение верёвки, разматывавшейся за ним. Это дало не много,  так что он потратил десять минут, подтягивая снаряжение на свою высоту. О восхождении со всей экипировкой можно было даже не думать. Ему приходилось связывать всё вместе и подтягивать каждый раз, как только кончалась длина верёвки. Если бы только прыжковый ранец не повредился при высадке. Он коснулся своей гарнитуры и попробовал вызвать ещё раз.

- «Ларисель», «Ларисель», слышите меня?

Ничего.

- «Ларисель», «Ларисель», приём.

Всё ещё ничего. Он знал, что точно был за пределами радиуса действия, но всё не мог перестать пытаться снова и снова.

- «Ларисель», «Ларисель»… это Маколл. Слышите меня? Слышите меня?

Глава третья

Они уже отсчитывали время до вторжения, дня наступления. До операции «Грозовой фронт» оставалось чуть больше суток.

Гаунт и Роун присоединились к лорду-генералу Ван Войтцу и офицерам урдешцев и фэнтинцев для смотра выстроившегося в шеренги Шестого Крассианского. Это был только что сформированный полк, набранный в недавно освобождённом агромире Крассии на окраинах Империума. Две тысячи человек в медно-красной форме и серых киверах. Их командир, полковник Далглеш, – ветеран сил планетарной обороны с густыми  бровями и эффектными пышными усами.

- Великолепные солдаты, полковник, - сказал ему Гаунт по окончании смотра.

- Спасибо, сэр, - сказал Далглеш, выглядевший по-настоящему польщённым. – Позвольте сказать, это – честь, служить с вами.

Гаунт приподнял бровь.

- В самом деле, сэр, - сказал Далглеш. – Доброе имя Первого Танитского дорогого стоит. Крассия была заселена благодаря крестовому походу Мученицы. Ваши труды на мире-святилище Хагии во имя Её высоко ценятся моими людьми.

- Спасибо, - сказал Гаунт. – Всегда приятно быть оценённым.

- Всегда непривычно быть оценённым, - пробормотал Роун у него за спиной.

Гарнитура Гаунта пискнула.

- Прошу меня извинить, полковник… Гаунт слушает, продолжайте.

- Комиссар-полковник, это Кёрт. Вам стоит подойти в лазарет.

Анна Кёрт убрала вокс-микрофон и поспешила обратно по коридору в палату интенсивной терапии. Она протолкалась через толпу санитаров, медсестёр и ходячих раненых, собравшихся в дверях.

Дорден глянул на неё.

- Ты связалась с ним?

- Он идёт сюда.

Дорден развернулся лицом к палате.

- Ты нашла его таким?

Она покачала головой.

- Я обнаружила, что его койка пуста. Он вырвал капельницы. Мы начали поиски, и Лесп нашёл его здесь.

Дорден сделал шаг по направлению к койке, где скрючившись, лежал спящий Корбек, который, по мнению доктора, уже вряд ли когда-то проснётся.

Агун Сорик, абсолютно голый, не считая простыни и бинтов, плотно обмотанных вокруг огромного торса, сидел на табурете рядом с койкой полковника, свесив голову на грудь Корбеку. Его кожа была покрыта бугорками с кровоподтеками в тех местах, где стояли иглы капельниц, и сморщенными белыми следами от пластырей, удерживавших их на месте.

Сорик вскинул голову при приближении Дордена и медленно поднял лазпистолет, так что тот оказался нацелен в живот Дордена.

- Ни шагу больше.

- Эй, Агун. Полегче. Успокойся.

Единственный здоровый глаз Сорика был затуманен. Вервунец находился без сознания много дней. Зная о серьезности ранения в грудь, Дорден сильно сомневался в его способности остаться в живых без подключения к аппаратам жизнеобеспечения.

- Док, - пробормотал он, словно впервые узнавая Дордена.

- Это я, Агун. Что скажешь по поводу оружия?

Сорик посмотрел на лазпистолет, словно был удивлён тем, что держал его в руках. Затем на его лице появился некий проблеск понимания.

- Демоны, - прошипел он.

- Демоны?

- Кругом. Повсюду. В воздухе. Я видел сон. Они пришли забрать Колма. Пришли за ним. Мне снилось это. Они пришли за ним. Они у него в кровотоке, вгрызаются, словно крысы. Хащщ! Хащщ! Хащщ! – Сорик произвёл наглядный грызущий звук.

- И ты собираешься сражаться с ними, Агун? С помощью оружия?

- Если б, гак, было что-то получше! – сказал Сорик.

Он неловко покачал головой и сосредоточился на Корбеке.

– Он не готов умереть. Его время еще не пришло.

Дорден задумался. Он вспомнил с раздражающей ясностью, как сержант Варл говорил то же самое.

- Нет, он не готов, - согласился Дорден.

- Я знаю. Мне снилось это. Но демонические крысы! Они не знают. Они вгрызаются в него! – Сорик снова произвёл грызущий звук, и затем закашлял. – Я застрелю их, если смогу, - добавил он.

- Где, чёрт побери, он достал оружие? – пробормотал кто-то в толпе зевак.

- Кто это? – громко потребовал Сорик, встревожено оглядываясь и поднимая пистолет. – Демоны? Ещё демоны? Мне снились демоны!

- Никаких демонов, Агун! Нет демонов! – успокоил Дорден.

- Вышвырни их прочь отсюда, - шикнул он Кёрт.

- Пошли! Сейчас же! – приказала Кёрт, выгоняя наблюдателей прочь. Она задёрнула занавеску за ними и глянула на Дордена.

- Каким образом он всё ещё жив? – прошептала она.

- Потому что я крепкий старый ублюдок, милая хирург Кёрт, - ответил Сорик. – Первая Вервунская плавильня, с малых лет, аах! Работа сталевара закаляет тебя, и ещё как! Она милая девочка, не так ли, док? Милая, милая девочка!

- Всегда так думал, - спокойно сказал Дорден. – Почему бы тебе не отдать лазпистолет мне, Агун? Быть может, я смогу застрелить этих демонических крыс?

- О, нет! – сказал Сорик. – Это будет нечестно по отношению к вам, док. Вы не пользуетесь оружием. Всегда восхищался этим в вас. Вы спасаете жизни, а не отбираете.

- Почему бы тогда его не взять мне, Агун? Помнится, на курсе основной подготовки сил планетарной обороны я была лучшей в группе по стрельбе из личного оружия. Спорим, что смогу пристрелить этих крыс для тебя?

Сорик посмотрел на неё. С изумительной ловкостью он провернул пистолет в руке, так что его рукоять внезапно оказалась направленной на неё.

- Что ж, валяй, – сказал он. – Милая, милая девочка, - добавил он в сторону Дордена.